Бесова длань

Ковальский Даниил

В лесу она нещадно убивала тёмных тварей, готова была изрубить колдуна. А могла бы она убить невинных людей? Могла бы она поднять меч на человека?

Она подняла собственные ладони, чистые, но временами свет падал на них так, что, казалось, какие-то капли засохшей крови остались, и нужно оттирать с мылом и болью. Руки мечницы, руки убийцы. Штаб не будет рисковать людьми, если можно всё решить полюбовно.

— Мне действительно жаль, что так вышло, — в очередной раз проговорил Брайс. — Ты не заслуживаешь такого, каким

бы человеком ты не хотела казаться.

Наверно, он пытался убедить больше себя в этом, чем успокоить её. Однако от этих слов становилось как-то спокойней на душе, и желания обнажить меч становилось всё меньше и меньше.

Она просто убьёт колдуна и принесёт его голову к Воротам.

Она просто победит его.

Только оставалось одно незавершённое дело.

— Как думаешь, мне разрешат сходить к Лексу перед… этим?

Он медленно качнул головой.

— Лайза сказала, чтобы я тебя никуда не выпускал, пока не поступит новый приказ. — он замолчал, а затем вдруг сказал. — Извини.

Словно от него что-то зависело. Словно он мог нарушить приказ Штаба. Это не его вина.

— Тогда попросишь у него прощения за меня?

Прозвучало это слишком резко. Она не хотела этого говорить, но невольно вырвалось и… с этим более ничего не сделаешь.

— Он давно не держит на тебя зла, Дэл… — мягко проговорил Брайс.

— Это не значит, что я не держу на себя зла.

— Ты никогда не была виновата в этом.

— А тебя никогда рядом не было, чтобы ты мог оценивать степень моей вины.

Он хотел что-то ответить, да только слов не нашёл. Бросил это дело, встал за новым стаканом воды, чтобы агрессивно залить его содержимое в глотку.

Дэл снова повернулась на другой бок, на мгновение сжала покрепче порванную куртку. А потом отложила её аккуратно в сторону. Это было в прошлом. Это… она сама справится.

Да только после пяти минут мучительной попытки заснуть, она всё-таки вернула себе куртку, обняла её и прикрыла глаза. Если хорошо постараться, то можно представить, что Матфей рядом.

Куртка до сих пор хранила его запах.

Глава 4. Разозлённая

Она не вернётся. Сложная мысль для осознания.

В детстве она мечтала о том, чтобы уйти далеко в лес, чтобы никто её больше не трогал. После первой своей вылазки она мечтала не выходить за ворота, чтобы не вспоминать разодранные трупы первых товарищей. После смерти Матфея она мечтала не возвращаться в город, чтобы не говорить об этом Лайзе и… он был единственной причиной возвращаться.

А теперь её выгоняют из города. Отдают в лапы колдуна, которого она не успела добить. У неё будет достаточно времени, чтобы найти способ его убить.

Хочет ли она после этого вернуться? Смотреть в глаза и подчиняться приказам тех, кто отправил её на верную смерть? В городе больше не было её друзей. Но уходить всё равно почему-то

было страшно. Давно она не испытывала страха…

Она не смогла убить в себе всё человеческое, как бы жизнь не помогала в этом.

Чёрная куртка появилась у изголовья кровати слишком неожиданно. Дэл попыталась сложить грамотно слова, чтобы отказаться от такого подарка, да только Брайс выглядел слишком серьёзным.

— Давай ты признаешь, что в лесу может быть бесов холод. И кто тебя там согреет? Твой колдун?

Она бросила в него подушку. Увернуться он не успел.

Впрочем, почти сразу подушка полетела обратно.

— Она мне всё равно не нужна… у меня таких много.

— У меня тоже дома есть чёрные куртки…

— А это не чёрная. А тёмно-синяя.

— Не различаю оттенки.

— Я заметил.

Оказалось, что спать по ночам — это очень интересный опыт. Однако ей было сложно привыкнуть к тому, что каждое утро она первым делом видела рядом Брайса, который занимался своими делами — писал какие-то вещи в толстую тетрадку, читал книги, проверял содержимое своих склянок.

— Глаза не устали…?

Брайс перевернул ещё одну страницу и лишь после этого поднял на неё взгляд. Дэл сидела и пыталась ровно пришить нашивку к новой куртке. Пусть она была чуть великовата в плечах, но в ней было также тепло, как и в старой. Выбрасывать остатки куртки она решительно отказалась, положила их под подушку и строго наказала Брайсу даже не касаться их.

— Хм… возможно, ты права. Тогда можно устроить чаепитие.

Пока Брайс искал чистые кружки, она аккуратно поднялась на локтях. Книга на столе выглядела интересной, судя по иллюстрации — что-то про целительское дело. Рисунок живота человека, только… странный, с какими-то червяками. Она нахмурилась, пытаясь понять, что это может означать.

— Тут Майя решила нас угостить… — проговорил немного растерянно Брайс, доставая коробку с парой кусков какого-то пирога.

Кажется, так звали его невесту. Он пару раз упоминал за эти дни, но она предпочитала не уточнять… и не запоминать такую бесполезную информацию.

Стакан ароматного чая стоял перед ней. Дэл попыталась взять его, но тот уже успел раскалиться до того, что обжигал пальцы. Учитывая, что Брайс по другую сторону стола зашипел, он тоже испытал подобную проблему.

Заметив недовольный взгляд, он пробормотал:

— Ну давай, обвини меня в том, что у меня нет нормальных кружек для чая… а лучше возьми кусок пирога.

Она неловко схватилась за рассыпающийся пирог, откусил уголок. Внутри оказалось что-то вроде повидла… приятно. Захрустел едой и целитель.

— Обожаю яблочные пироги…

Это было так странно. Она спокойно сидела вечером в палатке целителя, ела пирог и пила чай. Она перевела взгляд на тёмный настоявшийся напиток, аккуратно пальцами обхватила край и попыталась отхлебнуть. Горячий.