Беслан
Шрифт:
Трупов – 406. Эта страшная цифра посильнее, чем затонувший 'Курск'.)
Но так уж, видно, привыкли они к постоянной лжи, что врут уже по инерции, не задумываясь о последствиях.
И ведь задай прямой вопрос кремлевским мудрецам – еще и обидятся. Не для себя, мол, стараемся. Для вашего же блага. Чтобы не сеять панику и страх. Чтобы не дать террористам 'парализовать волю и разложить наше общество' (цитата из обращения Путина).
Даже после штурма, когда было очевидно, что число погибших подошло к четырем сотням (по крайней
106…' – рапортовали каждый час официальные вруны.
Если постепенно, в час по чайной ложке, вроде и не так страшно…
'Террористы считают, что они сильнее нас', – сказал президент.
Наверное, он (а точнее, те, кто писал ему речь) полагал, что звучит это очень эффектно.
А на деле – так оно и есть. Да, террористы сильнее нас. Потому что еще ни в одной стране мира за неделю не случалось 5 терактов, да еще такого масштаба.
406 погибших в Беслане. 90 – в двух самолетах. 8 – на
'Рижской'. Этот счет явно в пользу террористов.
А что в ответ? Мы до сих пор не знаем даже, сколько бандитов орудовало в школе.
Говорили сначала о тридцати. Троих якобы задержали, восемь нашли бездыханными. Где же еще девятнадцать?
'Анонимные источники' (о неприятном всегда говорят 'анонимные источники', чтобы потом не с кого было спрашивать) рапортуют: ведется поиск оставшихся тринадцати террористов. Потом отчего-то объявляют, что ищут уже не тринадцать, а четырех, хотя число задержанных при этом не меняется.
Дескать, боевики покинули здание под видом заложников. Какая низость! (Помнится, поза-поза-позапрошлый директор ФСБ Барсуков тоже очень сильно сокрушался, что блокированные в Первомайском чеченцы ушли из тройного кольца окружения, ибо никто не мог предположить, что они умеют бегать босиком по пашне.)
Как будто не было до этого 'Норд-Оста' и уходивших из него боевиков. Как будто не было Первомайского и Кизляра.
Спецслужбы так сроднились уже с этими граблями, что впору менять щит с мечом на щит и грабли. И ордена за теракты надо тоже давать, увенчанные граблями, потому что ордена все равно будут, как бы позорно ни проводились операции, ибо такая уж сложилась у нас добрая традиция: вместо отставок – ордена.
Единственный генерал, у которого хватило совести подать сейчас в отставку, – это осетинский министр внутренних дел, хотя его вины, как и вины милиции в целом, здесь меньше всего. ФСБ, а не МВД в первую голову отвечает за борьбу с терроризмом.
Вопреки всеобщему убеждению борьба с терроризмом – это вовсе не 'Альфа' и 'Вымпел', отравляющий газ и шумовые бомбы. Это – кропотливая оперативная работа. Внедрение в банды. Вербовка агентуры.
Не с последствиями терактов надо бороться, а с причинами.
Упреждать. Не допускать. Локализовывать заранее. (К каждой школе,
Череда последних терактов наглядно показала слепоглухоту наших спецслужб. Что толку от рассказов: теперь-де мы знаем всех боевиков поименно. Это все равно что, если врач, у которого то и дело на операционном столе умирают пациенты, станет похваляться тем, что зато он знает точные причины смерти.
Где были наши хваленые спецслужбы, когда 30 вооруженных бандитов – арабов и негров – входили в Осетию? Где были они, когда шахидки закладывали взрывчатку в самолеты – ясно ведь, что, не имея сообщников в аэропорту, преступники действовать не могли.
Не до этого им было. В очередной раз реорганизовывались и реформировались, потому что всего 2 месяца назад Путин подписал указ о новой структуре ФСБ. Понятное дело, в целях 'оптимизации',
'усиления', 'повышения эффективности'. Но теперь нужно, оказывается, создавать 'гораздо более эффективную систему безопасности' (еще одна цитата из президентского обращения).
Подождите. Как же так? Всего 2 месяца назад отреформировали – и опять по новой?
Да и куда еще эффективнее? И без того – передали в ФСБ погранслужбу, половину ФАПСИ. Каждый второй министр – выходец с
Лубянки.
Сколько угодно можно перестраивать, перекраивать, латать.
Только от перемены мест слагаемых сумма не изменится.
Разруха, говорил профессор Преображенский, не в клозетах, а в головах.
За десять последних лет ФСБ пережила столько реформ, сколько не было за все предыдущие семьдесят. Каждая новая приводила к вымыванию профессиональных кадров.
Результат – налицо.
И наверное, не стоит удивляться, что вот уже полгода должность начальника оперативно-розыскного управления – того самого, которое в первую очередь занимается борьбой с терроризмом, – остается вакантной…
Трагедия в Беслане не только показала всей стране беспомощность спецслужб. Очевидностью стала еще одна страшная реальность: власть на Кавказе полностью импотентна.
Кого требовали к себе на переговоры террористы? Президентов
Осетии и Ингушетии, детского доктора Рошаля.
Рошаль прилетел тем же вечером. Репортажи об этом показали по всем каналам. Об участии в переговорах Дзасохова и Зязикова не сказали не слова.
Давайте подумаем: если бы пошли президенты в захваченную школу или хотя бы связались с бандитами по телефону, сообщили бы об этом стране? Да в ту же самую минуту. С придыханием и героической патетикой.
Но телеканалы молчали. Вместо Дзасохова мы видели его пресс-секретаря – на приличном удалении от места событий. А Зязиков и вовсе объявил в коротком газетном интервью, что впрямую переговорами не занимается.