Бескрылый

Ie-rey

— Король сегодня милостив? — подколол Ямадзаки, когда разъярённая орава умчалась сравнивать с землёй клуб «S».

— Король сегодня изрядно всем подгадил, — лениво проворчал Бандо. — Знаешь, это особенное ощущение, когда видишь полную картину ты один, а все вокруг могут посмотреть лишь на кусочки.

— Кому это ты подгадил?

— Всем. Ты хоть понимаешь, чем это всё закончится?

Сэндо молча пил пиво и не встревал, хотя по роже было видно, что ни черта не понимает.

— Такии и Сэридзаве придётся разобраться между собой раз и навсегда.

—

Именно. Сэндо, надеюсь, тебе не пришло в голову убрать наблюдателей?

— Неа, ты ж не приказывал ничего такого.

— Умница. Значит, скоро мы узнаем интересные новости.

========== 7 ==========

Похоже, Такия и Сэридзава одинаково быстро принимали решения, потому что уже вечером Бандо знал о намечающемся разделе имущества, то есть, Судзурана. Место встречи назначили, осталось только дождаться часа Х.

— Мы идём?

— Нет, — обломал Бандо обрадовавшегося Ямадзаки.

— То есть как? Даже посмотреть не пойдём? — расстроился и Сэндо.

— Пусть сами разбираются.

Возражения и просьбы Бандо слушать не стал, завёл байк и умотал куда подальше. Даже если бы Сэндо и Ямадзаки рванули за ним, всё равно не догнали бы. Когда Бандо задыхался, никто не мог догнать его, а он именно задыхался. Весь мир вокруг напоминал стальную клетку, прутья которой давили ему на грудь. Слишком тесно, слишком душно, слишком… Слишком. Вот это слово Бандо всегда ненавидел. Ненавидел, когда слишком, а не в меру.

Он думал о тоннеле, мосте и одноглазом, но приехал почему-то к Судзурану. В сумерках школа могла легко сойти за дом с привидениями. Может, привидения тут и водились, но Бандо ни разу не видел ни одного.

Байк он пристроил во дворе школы, уселся рядом, чтобы чувствовать тепло движка, и полез в карман за сигаретами. Две штуки в пачке, ну вот что ты будешь делать? И чтобы купить новую пачку, надо отмахать кварталов эдак пять. Закон подлости, не иначе.

Риндамана он учуял не сразу. Учуешь тут, как же. Этот здоровяк умудрялся ходить бесшумно, как бесплотный дух. Вот уж кто походил на привидение Судзурана.

Бандо просто в какой-то момент повернул голову и обнаружил рядом крупную тень с закапюшоненной головой.

— Бессонница мучит? — буркнул он в адрес Риндамана, тот ожидаемо промолчал, никак не отреагировав на сомнительную шутку. — Тоже жаждешь поглазеть на драку за Судзуран?

— Драка за Судзуран вечна, — неторопливо ответил Риндаман. — На чьей стороне будешь ты, вот что любопытно.

— У меня своя сторона.

— Будет. Но ты пока принадлежишь Судзурану, а у Судзурана свои законы. Приходится выбирать.

— По тебе и не скажешь. Беру с тебя пример.

— Я — это другое. Ты иной.

Зашибись, какой диагноз! Любой психоаналитик удавится от зависти.

— Мне наплевать на грызню тех двух идиотов.

— Ну да. Ты смотришь в небо. Губа не дура. Но Судзуран и тебе поможет расправить крылья.

— Мне не нужна помощь.

— Ты заблуждаешься.

Красота… Бандо отбросил окурок и вздохнул. Судзуран или нет,

но он всё равно тут задыхался так же, как в бетонных джунглях города. Есть те, у кого проблемы с дыхалкой, есть астматики, а вот у него редкая неизлечимая болезнь, о которой ни один врач не подозревает. Удушье, не опасное для жизни удушье, зато опасное для ума. Задыхалось не тело, задыхалась душа в невидимых оковах. Это всё равно, как отрезать птице крылья и заставить влачить жалкое существование на земле. Или низвергнуть ангела с небес, запретив ему летать. Бандо был далёк от мысли, что он — ангел, скорее уж наоборот, просто сравнение казалось ему хорошим — неплохая попытка объяснить то странное чувство, что возникало у него всё чаще, то самое удушье, непередаваемое и ни с чем не сравнимое, но невыносимое и угнетающее.

— Хочешь крылья расправить, но не можешь. Мешает что-то. Или будто бы крыльев нет, хотя быть должны. Болезненная неправильность. Искажённая реальность. Давит, да?

Бандо выронил последнюю сигарету от неожиданности. Вот тебе и Риндаман… Несколькими фразами объяснил всё так легко.

— Просто в Судзуране это сильнее… Всякий, кто попадает в эти стены, начинает ощущать это острее, чем в любом ином месте. Поэтому нет у Судзурана короля и никогда не будет. Здесь у каждого один лишь враг — он сам.

— Если сейчас вякнешь, что своего «врага» только ты уделал, дам по башке. Тяжёлым. Больно.

Риндаман лениво повернул голову. В глазах отразился свет фонаря — из-за тени от капюшона смотрелось страшненько.

— Не вякну. Не надо по башке. Я такой же, как и все. Просто все видят лишь то, что хотят видеть, а не то, что есть на самом деле.

— Я тут с тобой окончательно спячу, — подытожил Бандо. Ну что за невыносимый тип? Ты ему слово, он тебе в ответ мудрое изречение, словно по книжке читает.

— У Гэндзи людей маловато.

— Это его проблемы.

— Хочешь, чтобы победил Сэридзава?

— Наплевать. У меня к Сэридзаве свой счёт.

Риндаман пожал плечами и двинулся к воротам. На полпути остановился и повторил негромко:

— У Гэндзи людей маловато, просто подумай об этом. И учти в расчётах, на что он способен ради своих.

Бандо проводил Риндамана озадаченным взглядом, потом уставился на сигарету, валявшуюся на песке. Чтоб черти её взяли.

Он задыхался, а в пачке было пусто.

========== 8 ==========

Приехать стоило хотя бы ради того, чтобы полюбоваться на рожи Гэндзи и Сэридзавы. Эти двое в тот момент походили на близких родственников, потому что удивились одинаково. Потом одинаково ждали, что Бандо отмочит. Отмочить он мог лишь одно — «Дайте мне голову Сэридзавы». Сэридзава трижды оскорбил байкеров, а за такое надо платить. Желательно с кровью.

На самом деле в трёх проколах был виноват Токадзи, но люди в ответе за тех, кого приручили. Токадзи шёл за Сэридзавой, а значит, Сэридзаве следовало хорошенько присматривать за ним. Не присмотрел, теперь заплатит по счёту — всё честно и справедливо.