Бешеный волк
Шрифт:
– Почему с Пашей не связались?
– Ну так молчание же в эфире. У вас проблемы могли быть. С ментами. А что, нет?
– Допустим.
– Ну решили не светиться… И потом, я-то знал, что вы отмашку мне на этого «чеха» дадите.
– Почему ты так думал?
– Да потому что чеченов знаю. С ними только так – ударом на удар. Око за око. Только тогда уважать будут. А смолчишь, топтать начнут. Всем скопом. Пока в пыль не растопчут. А что, не так?
Не согласиться Родион просто не мог. Получалось, Кирьян сделал все как
– А ты знаешь, что у чеченов существует кровная месть? – спокойно, без нажима спросил Родион.
– Ну, так что ж теперь делать? Волков бояться – в лес не ходить…
– С тобой не поспоришь, – сдался Родион. – Прав ты, не в дочки-матери играем. Война у нас. Серьезная война. А ты, получается, герой этой войны. Потому что действительно мы должны были ответить ударом на удар… Куда тачку дели?
– Какую тачку?
– Которая в угоне?
– Сожгли и утопили, – буднично ответил Кирьян. – И ствол уничтожили… Ты только не думай, Сергеич, у нас все чики-пуки. Ни единого следочка ментам не оставили.
– Кто знает, кто знает… Домой вас надо отправлять. Только заменить вас некем. Так что остаетесь. Тем более сами кашу заварили. Теперь начнется.
– Да ничего не начнется, Сергеич. Я «чехов» знаю. Они врубят, что против них сила. И отступятся. Им на несколько фронтов войну не потянуть. А если не одумаются, будем приводить в чувство. Я тебе обещаю, сделаем все как надо.
Родион очень хотел, чтобы Аюб в самом деле одумался. Не нужна ему война. Но на удар он будет отвечать ударом. Чтобы никто не сомневался в его силе.
Уже неделя как со стороны Аюба никаких движений. Может, в самом деле признал право Родиона на существование, решил не связываться. Но тогда он хоть как-то дал бы о себе знать. «Стрелку» мог забить или просто пугнуть по телефону. Но в его стане тишина. А не затишье ли это перед бурей?
На всякий случай Родион велел всем бойцам сменить квартиры. Сам снял новую. Чуть похуже, но тоже ничего. И Танюшку с собой забрал. Без нее теперь никуда.
Она заметно изменилась. Посвежела, стала еще краше. Сменила прическу, рассталась с короткой юбочкой. Леньчик взял над ней шефство. Прошвырнулся с ней по бутикам, накупил ей дорогих фирменных шмоток. Теперь она смотрелась как королева.
Танюшка была счастлива. Это читалось в ее глазах, было видно по тому, как она улыбается, смеется. Только одно ее угнетало.
– Как же я с вами за все это расплачусь? – в один прекрасный момент спросила она. В отличие от прошлого раза, она не намекала на услуги в плане секса. – Вы так на меня тратитесь.
– Ерунда, – отмахнулся Леньчик.
Ему явно нравилась роль старшего брата.
– Но я так не могу…
– А ты не переживай, – успокоил ее Родион. – У нас сейчас кое-какие проблемы. Но скоро
– Это правда? – обрадовалась она.
– А то… Кстати, мы можем тебя прямо сейчас нанять. А что, это идея. Все, считай, ты принята на работу.
Родион нахмурил брови:
– Я бы хотел апельсинового сока. Прямо сейчас!
– У нас нет апельсинового сока! – забеспокоилась Танюшка. – Закончился… Но я могу купить.
– Так в чем же дело? Прошу вас заняться исполнением своих прямых секретарских обязанностей!
Танюшка испарилась. Было слышно, как захлопнулась входная дверь. Послышался удаляющийся стук каблуков.
Леньчик отправился в свою комнату. Послеобеденный сон для раненого бойца – это святое. Родион развалился на диване, уткнулся в телевизор. Милое дело – лежи себе да боевики смотри. Хоть до рези в глазах. А домашняя секретарша Танюшка соками будет поить. И никаких тебе чеченов.
А можно и самому боевики снимать. Режиссерского мастерства и опыта у Родиона ноль без хвостика. Зато документального материала хоть отбавляй. Только снимать успевай. И видеокамера у него есть. Жаль, что желания нет, а то можно было бы хоть сейчас за дело браться…
Послышался звук открываемой двери. Танюшка вернулась. Только что-то дверь долго не закрывается. Страшное предчувствие иглой вонзилось в душу. Родион вскочил с дивана. Но было уже поздно. В дверях комнаты нарисовался какой-то усатый горец с «узи» в руках.
– Тыхо, дарагой! – зло прошипел он.
Палец угрожающе шевельнулся на спусковом крючке. За его спиной послышался грубый мат и шум ударов. Похоже, это свалили с ног Леньчика. Хорошо, что не пристрелили. Хотя это всегда успеется.
– Ствол убери, – потребовал Родион.
– Ну, ты в натуре борзой! – послышался голос Аюба.
Он оттеснил в сторону боевика. Подошел к Родиону.
– Ты кому тут права качаешь, мразь?
Ответить Родион не мог. Даже если бы захотел. Прежде чем спросить, Аюб с силой зарядил ему ногой в пах. Сумасшедшая скручивающе-пронизывающая боль. Родион тихо взвыл, схватился за отбитые места и опустился на колени. В голове полная каша. Но он все же вовремя догадался, что в такой позе перед врагом стоять нельзя. Подняться не было сил, зато сумел сесть на пятую точку опоры.
– На колени, падла! – в бешенстве заорал «чех».
И подкрепляя свое требование, снова пустил в ход ноги. Родион пропустил удар в голову, который отшвырнул его в дальний угол комнаты. Ноги у Аюба чугунные, удар – как выстрел из пушки. Как это Родион еще в сознании остался – удивительно. А вот зубы не все уцелели. Два нижних и один верхний приказали долго жить.
– Думаешь, самый крутой, да? – зло прошипел «чех».
– Да пошел ты, – пытаясь подняться, бросил в его сторону Родион.