Бес Славы
Шрифт:
Тут не спорит бабушка:
– Конечно.
Мы начинаем пить вкусный травяной чай, рассказывая за столом новости: бабушка про деревню, я про детскую комнату, Матвей немного про свою работу и своего отца после вопроса бабушки. Нам комфортно вместе, я чувствую – бабушка и Матвей приятны друг другу.
Потом мы помогаем бабушке собрать небольшой урожай ягод. Марта в это время спит, а когда просыпается, Матвей берет ее на руки и не отпускает, пока мы не собираемся возвращаться в город. Они, отец и дочь, так трогательно смотрятся вместе. Так похожи друг на
Уезжаем ближе к вечеру. Причем, никто из нас этого особо не хочет. Но завтра у Матвея важные дела по работе.
– Хочу тебя попросить, – начинает Матвей, как только мы выезжаем из деревни.
– О чем?
– Я, конечно, доверяю твоей бабушке, но... давай я отвезу тебя завтра к врачу. Чтобы знать наверняка и проверить, все ли в порядке.
Его просьба не обижает, наоборот, он заботится обо мне, переживает.
– Хорошо, – киваю я.
Матвей улыбается и гладит меня по плечу.
Домой мы добираемся поздно, уставшие. Я принимаю душ и сворачиваюсь калачиком на кровати, уже сквозь наступающий сон слыша, как Матвей ложится рядом, и чувствуя, как он меня обнимает.
Разве можно быть настолько счастливой?
Утром Матвея я рядом не обнаруживаю и на секунду поддаюсь панике. Нет, так нельзя. Он может быть в душе, на кухне, уже ехать на работу… да где угодно! А я уже выдумываю невесть что. Поднимаюсь и выхожу из комнаты. Кухня пустая, гостиная тоже. И тут слышу голос в кабинете. Дверь слегка приоткрыта, но я все равно не могу разобрать слов.
Стучу. После небольшой паузы Матвей отвечает:
– Входи.
Ступаю на пушистый ковер в полутемное помещение и моргаю, чтобы быстрее привыкнуть к освещению.
Матвей сидит за столом, держа телефон возле уха и записывая что-то. Потом говорит в трубку:
– Спасибо, Елена Васильевна.
И кто такая Елена Васильевна? Неужели я теперь на каждое женское имя буду так реагировать? Ревностью.
– С кем разговаривал, – вместо пожелания доброго утра спрашиваю я.
– С врачом, – вскидывает брови Матвей, а через минуту начинает смеяться: – Я и не думал, что ты такая ревнивая! Может, мне всех женщин из компании уволить, чтобы ты себя не изводила?
Становится неловко. Хорошо, что в полумраке кабинета не видно, как я начинаю заливаться краской.
– Прекрати, – тихо отвечаю я. – У них есть дети, пожилые родители, они наверняка долго учились и работали, чтобы занять свои места…
– Слава, ты прелесть. Заботишься о людях, которых совсем не знаешь. И причем думаешь только хорошее. А в бизнесе как на войне иногда бывает, когда все средства хороши. И кто-то кого-то подставляет, и кто-то спит с начальством, стучит на коллег, только бы выбить место потеплее. Ну ладно, не об этом сейчас. В два часа поедешь к врачу, у меня в это время совещание, так что отвезти тебя не смогу. Водителя у нас никогда не было, так что и прислать за тобой некого. Но я обязательно займусь этим вопросом, чтобы ты могла беспрепятственно
– Матвей, я и на автобусе могу.
– О, я тебя прошу, не начинай опять. Никаких автобусов. Сегодня возьмешь такси, а завтра начнем искать человека.
– Сегодня в двенадцать привезут оставшуюся мебель для детской.
– Здорово! – улыбается Матвей. – И комната уже будет готова. Сама справишься?
– Да-да, конечно.
Не хватало еще, чтобы из-за какой-то мебели он отменил совещание. Наверняка там будут обсуждать какие-то важные вопросы.
– Тогда я пойду в душ – и на работу, – произносит Матвей и идет к выходу. Проходя мимо, он резко ловит меня в свои объятия и целует.
Мы выходим из кабинета, Матвей направляется в душ, а я на кухню. Надо же завтрак приготовить. Я как раз успеваю пожарить омлет и заварить кофе, когда Матвей спускается на кухню.
После завтрака Матвей уезжает, оставив мне кредитную карту. А я бесцельно брожу по дому, вытирая невидимую пыль. Просто не знаю, чем себя занять до приезда грузчиков с мебелью. В кабинете беру первую попавшуюся книгу с полки и устраиваюсь с ней в гостиной. Чтение затягивает, время пролетает быстро – и вот уже звенит дверной звонок.
Иду в прихожую, открываю дверь. На пороге стоит молодой человек, праздно здоровается, уточняет заказ, после чего в дом поочередно заносят коробки еще двое мужчин, оставляя их в холе. Я остаюсь в прихожей, наблюдая.
– Что здесь происходит? – вдруг слышу я. На крыльце появляется девушка. Как ее там... Марина! Надо же, а я даже не заметила, как она подошла. А сейчас стоит, стреляя глазками и выпячивая грудь, которая вот-вот и вывалится из глубокого декольте. Матвей назвал ее шлюхой. Наверное, не просто так... А что, если... Если у него что-то с ней было? Неужели такие ему нравятся? Я ведь не такая...
– Мебель привезли, – отвечаю я.
– Какую? – хмурится Марина. А я стою и хлопаю глазами, не зная, что делать. Выгнать ее? Матвей в прошлый раз так и сделал. А имею ли я на это право?
– Детскую, – отвечает один из грузчиков, проходя мимо.
– Детскую?! – удивляется девушка и смотрит на меня. А я в этот момент инстинктивно прикрываю рукой живот. Марина видит мой жест и хмурится еще больше.
– Ах, вот как, – фыркает она. – Шустрая ты, однако. Но знаешь ли, плохая примета. Заранее нельзя покупать.
– Простите?
– Не прощу, – усмехается она. – Матвей где?
– На работе, – отвечаю, пожимая плечами. Марина обводит взглядом помещение и, фыркнув еще раз, молча уходит.
Смотрю ей вслед и думаю: вот почему? Почему Матвея окружают такие неприятные люди? Он же хороший человек, но и такие портятся, общаясь с нехорошими. Как говорится, с кем поведешься.
Когда в дом заносят всю мебель, я закрываю дверь. Показываю грузчикам детскую комнату, в которую они переносят коробки, открывают их и приступают к сборке мебели. На все это примерно уходит час. Так что, проводив мужчин, я тут же начинаю собираться к врачу, вызвав заранее такси на определенное время.