Берсеркер
Шрифт:
— Расскажите мне историю, — попробовал Майкл однажды, когда в рубке, кроме них с Координатором, никого не было.
— Какой сюжет должен быть у этой истории?
— Доброжилы.
После длившейся несколько секунд паузы машина начала рассказ. Она принялась описывать ужасы и мучения, которые пришлось перенести людям, попавшим в руки зложитей, чтобы помочь берсеркерам уничтожить огромное количество других людей.
— Все, не хочу больше слушать, — решительно оборвал Координатора Майкл.
Машина остановилась на середине предложения
Когда мальчик в следующий раз был вызван в рубку, он застал там вместе с Координатором Сталя.
— Расскажи Майклу, как хорошо быть доброжилом, — приказала машина своему живому прислужнику.
— С радостью.
Сталь помолчал некоторое время, словно человек, собирающийся с мыслями. Но Майклу показалось, что эта пауза, как и последовавший рассказ, была тщательно отрепетирована.
— Единственным благом жизни является то, — начал Сталь, — что она служит делу смерти.
— Почему смерть является благом? — прервал его Майкл.
Сталь выразил недоумение, показывая всем своим внешним видом: «Если ты сам этого не понимаешь, я вряд ли смогу тебе помочь». Наконец он заговорил:
— Юный сэр, если вы познакомитесь с жизнью поближе, этот вопрос отпадет сам собой.
— Вы близко знакомы со смертью?
— Смерть является целью, к которой мы стремимся, это дар обретения вечного спокойствия. Смерть...
— Но ведь вы же еще живы. Как и те две женщины.
Белокурый мужчина снисходительно посмотрел на мальчика:
— Мы нужны здесь во имя великого дела. Нам пока отказано в успокоении.
— Координатор, — посмотрел на машину Майкл, — этот человек действительно хочет умереть?
Где-то в рубке какое-то электронное устройство издало едва уловимую мелодичную трель; в остальном в помещении царила полная тишина.
— Да, хочу, — спокойно ответил Сталь. — Понимаете, Майкл? И вы тоже нужны здесь. Даже очень долгая жизнь может быть благом, если она посвящена служению правому делу; жизнь тоже по-своему приносит удовлетворение.
Его взор на мгновение подернулся едва заметной рябью, и Майклу показалось, что Сталь ему подмигнул.
— Координатор? — на середине этого слова голос мальчика стал таким жестким, что, казалось, он вот-вот треснет. — Если этот человек хочет умереть, убейте его прямо сейчас. Я буду рад видеть, как он умрет. Мне так будет спокойнее.
Светловолосый мужчина дернулся было к Майклу, но, подобно сломавшемуся роботу, застыл на середине движения. Непроницаемая маска на миг спала с его лица, смытая волной страха, и Сталю пришлось приложить все силы, чтобы взять себя в руки.
— Майкл, маловероятно, — заметил Координатор, — чтобы тебе когда-либо прежде доводилось отдавать распоряжение об уничтожении живой единицы. Поэтому мои расчеты показывают, что такое действие не окажет положительного влияния на твое спокойствие. Следовательно, твой приказ в настоящий момент не будет выполнен.
На этом разговор был окончен, и Майкл долго
Еще до этого происшествия Майклу почти не приходилось видеть Элли и доброжилов в одном помещении. Должно быть, машины по какой-то причине старались держать их порознь. Элли, подобно Майклу, имела ограниченную возможность перемещаться по кораблю, и, как и мальчика, ее всюду сопровождал по крайней мере один робот. Ни она, ни он не имели никаких шансов попытаться захватить спасательную шлюпку или, проникнув в рубку, отключить системы управления кораблем.
По обоюдному молчаливому согласию разговоры Майкла с Элли всегда проходили сдержанно, словно существовала постоянная угроза, что Координатор с помощью какого-либо устройства их подслушивает. Помимо ограничения свободы, пленники не испытывали никаких особых неудобств. Но Элли, по крайней мере внешне, сильно сдала. Она похудела так, что серая ряса свободно болталась на ней. Однако молодая женщина, по-видимому, не обращала на это никакого внимания.
— Ты-mo как держишься? — спросила она однажды Майкла и, взяв за подбородок, повернула его лицом к свету.
При этом движении машины-охранники подались вперед, готовые пресечь всякую попытку задушить ценнейшую добычу Координатора.
— Да ничего, — бодро ответил мальчик. И это действительно была правда; Майкл не знал, как и почему, но он и вправду чувствовал себя в полном порядке. — Знаешь, я, похоже, расту. Костюм жмет.
Оранжевый спортивный костюм, который он периодически пропускал через имеющуюся в его каюте мини-прачечную, по-прежнему оставался единственной одеждой Майкла.
— Да, кажется, ты прав. — Судя по голосу, Элли тоже весьма смутно представляла себе ход времени. Она как-то странно взглянула на сына. — Но твои волосы стали короче.
— Их подстригла машина... — Майкл о чем-то задумался, а потом спросил: — Элли, если ты действительно моя мать...
— Да?
— В таком случае кто мой отец?
Майкл решил, машинам уже удалось выбить из молодой женщины это признание, и теперь уже неважно, услышат ли они еще раз ответ на этот вопрос.
Но тотчас же послышался предостерегающий голос Координатора, заговорившего через одного из роботов.
— Не отвечайте на этот вопрос.
Элли, устало отвернувшись, промолчала.
Майкл поднял взгляд вверх.
— Почему мне нельзя это знать?
— Только в будущем можно что-либо изменить. Прошлое нам неподвластно.
Через несколько часов — или, быть может, через несколько дней? — когда Майкл был один у себя в каюте, один из роботов принес ему новую одежду, судя по всему, только что изготовленную на борту корабля. Это была миниатюрная копия наряда Сталя, включающая даже металлические с виду ботинки. Обычно на борту корабля не носили никакой обуви, но тут... Майкл подумал было отказаться от одежды, но вдруг его осенила новая мысль.