Берлога

Мантуров Георгий Олегович

– Можно посмотреть?

Лялька широко распахнула дверцу:

– Смотри! Я же говорю, что ничего нет. Мышь повесилась.

Димон опытным взглядом прошелся по полкам. Такого он не ожидал: не было ни масла, ни яиц, ни майонеза. В холодильнике действительно было шаром покати, только на дверце, где обычно хранят лекарства, стояла одинокая бутылочка соевого соуса. Он открыл морозильник, там в дальнем углу каким то чудом завалялись несколько сосисок, завернутых в заснеженный полиэтиленовый пакетик. Это уже было кое-что.

– Ну вот, – бодро

сказал Димон, – а ты говоришь ничего нет. – Он развернул пакет, – целых три сосиски.

– На десять человек? – насмешливо сказала Лялька, – как это ты себе представляешь?

– Погоди, – Димон почесал в затылке, – а здесь можно посмотреть? – он показал на полки, висевшие по бокам от вытяжки.

– Смотри, – пожала плечами Лялька.

На полках оказались полпакета риса, мука в пластиковой банке, остатки растительного масла в бутылке. Под мойкой в рваном черном полиэтиленовом мешке Димон обнаружил пару сморщенных проросших желтым пером луковиц, и это действительно было все. Голод все сильнее давал о себе знать, будил фантазию.

– Давай, рис вари. Сумеешь? – спросил он Ляльку.

– Ну, наверное, – неуверенно ответила она, – только ты скажи, в сырую воду бросать или в кипящую?

– В сырую. Это тебе не лапша. Только помой сначала.

– А воды сколько?

– Неважно, лей побольше, все равно сливать будем, когда сварится. А я пока сосисками займусь. Это будет, конечно, не лягушка-путешественница под малиновым соусом, но все равно, что-нибудь да будет.

Димон высыпал часть муки в миску, влил немного воды, размешал. На блины маловато. На десять человек явно не хватало. И креатива тоже явно не хватало.

– Пива принеси, – попросил Ляльку.

Влил в разведенную муку полстакана пива, всыпал остатки муки, размешал снова. Почистил две луковицы, нарезал их кольцами, вбил в разведенную муку, порезал три сосиски на кружочки тонкие, как монетки. С удовлетворением отметил, что монеток получилось много, должно на всех хватить. Всыпал монетки в муку, размешал.

– Та-а-ак. Пошел креатив, – повеселел Димон.

Желудочный сок выделялся у него все сильнее. Ему казалось, что он доходил до точки кипения где-то на уровне пупка и потом через всевозможные сосуды начинал циркулировать по всему телу. Бурлящий желудочный сок прочищал мозги, сосал под ложечкой, бился в висках. Он уже весь был во власти этого желудочного сока.

– Сковородку давай! – крикнул он Ляльке и еле удержался, чтобы не шлепнуть ее от избытка чувств по одному месту. Он отодвинул на дальнюю конфорку кастрюлю с закипавшим рисом и поставил на ближнюю конфорку большую чугунную сковородку, вылил в нее все масло, оставшееся на дне бутылки.

– А что это ты делаешь, – спросила Лялька, с испугом следившая за его бешеными темпами. – Что это будет?

– Это будет… – Димон на секунду задумался, – это будет «Фудзи в грозовых облаках». – Голод до предела обострил его креативные способности. – Не пробовала? Зря. Любимое блюдо последнего императора Японии.

Лялька с уважением

посмотрела на него.

– Это вас в разведке так учат готовить?

– Вот Вадик чертов, – подумал Димон, – выдумал невесть чего да еще разболтал всем.

– Так! Ассистент! Ложку, – скомандовал он Ляльке.

– Какую?

– Большую!

Он дождался, когда дно сковородки засинело сизым дымком, зачерпнул месива из миски, стараясь, чтобы в ложке поместились одновременно и колечко лука, и сосисочная монетка, и вылил содержимое в заскворчавшее масло. Бросил взгляд на булькающий в кастрюле рис, – все нормально.

– Салфетки есть?

– Должны быть, – Лялька полезла в ящик кухонного стола и достала пачку бумажных салфеток.

Через пятнадцать минут они торжественно вносили в комнату дымящееся блюдо вареного риса горкой, обложенного румяными жареными лепешками, политых соевым соусом. Вялое бормотанье комнаты сменилось внезапным восторженным ревом.

Димон сбегал на кухню, домыл свой стакан и бегом вернулся в комнату.

– Так, народ, – поднял он стакан с пивом. – Я предлагаю всем выпить за Лялю поздравить ее с днем рожденья и пожелать ей счастья.

Народ одобрительно заурчал, прожевывая горячие лепешки, все были голодные как черти. Лялька расцвела от удовольствия, а две другие девушки стали смотреть на Димона восторженно, как на кинозвезду.

Второй тост сказала лялькина подруга, потом неожиданно активизировался худосочный парень, и пошло-поехало. В колонках загремела музыка. «System Of A Down». Димон их давно не слышал, хорошая группа, заводит быстро. Тихо их слушать нельзя, SOAD должен орать на полную катушку!

Настроение резко пошло наверх, после второго стакана пива и пары плюшек в животе потеплело, захотелось сказать что-нибудь хорошее и доброе всем присутствующим.

Про ПЛОТ рассказать, например, про то, что вот он сейчас может набрать комбинацию, и через десять минут сюда ворвутся спецназовцы, и тогда мало никому не покажется. Он наклонился к Вадику и прокричал ему на ухо:

– А у меня ПЛОТ есть!

Вадька не расслышал, но важно кивнул и показал Димону большой палец.

Музыка гремела на полную мощность, девчонки повалили на диван худосочного парня, как самого беззащитного, и стали расстегивать у него на груди пуговицы рубашки. Тот для вида отбивался, но по лицу было видно, как он на самом деле страшно доволен. Веселье набирало обороты.

Лялька озабоченно оглядела стол, собрала полные пепельницы, вернулась с чистыми, протерла пивные пятна на столе. Вадик сбегал в прихожую, принес оттуда закупленную вскладчину выпивку и закуску. Димон выпил еще стакан пива, после плюшек с соевым соусом хотелось пить. Вадик торжественно стал доставать из полиэтиленовых пакетов бутылки.

– Вот, – сказал он, выставляя на столик бутылку водки и пару двухлитровых пузырей колы, – сейчас я вам тоже кое-что покажу. Ляль, кофе есть? Кто хочет коктейль? Называется «Третья космическая скорость».