Береника
Шрифт:
Неужели вернулся? Я вскочила, замоталась в одеяло (чего стесняться, все свои!) и рванула во двор с твердым намерением лишить одного поганца рыжей шевелюры. Спалю к Сумрачному!
— Да как ты только мог так со мной поступить?!
Увы, практиковаться в парикмахерском искусстве было не на ком. То есть шастали по двору домочадцы, но они меня на экстремальное творчество вдохновляли мало.
— Думаешь, страдать по тебе стану?
Я обшарила взглядом двор и видимую часть сада и чуть с крыльца не свалилась от открывшейся картины. Одетая и причесанная наставница (ни намека на вчерашнюю
— Да ты слезинки моей не стоишь!
Беззащитный куст согласно помалкивал.
— Какого Сумрачного здесь происходит? — Я поплотнее завернулась в одеяло и с тоской покосилась на свои босые ступни. В следующий раз, когда соберусь вершить страшную месть (справедливость в смысле), сначала оденусь.
— Он-то здесь при чем? — Вышедший на крыльцо вслед за мной Марлекс вздрогнул и как-то поменялся в лице.
А еще обзаведусь полезной привычкой сначала думать, а уже потом говорить. Даже спросонья. Даже при зашкаливающем удивлении. Что там гласит легенда? Дасхи были заточены глубоко под землю за то, что Сумрачному поклонялись?
— Мы им ругаемся. — Я пристыженно опустила глаза. — Прости. Не хотела оскорбить твои религиозные чувства…
Мужчина коротко и, как мне показалось, зло хохотнул.
— Ничего. Мы не были особенно близки.
Вот не зря я утром про отражения подумала!
— Так что здесь все-таки происходит? — решила вернуться к главному, пока окончательно не замерзла.
— Да так… — загадочно улыбнулся дасх. — Я решил не ждать, пока она пойдет клин клином выбивать, и посоветовал выговориться подходящему собеседнику.
Дельный совет, ничего не скажешь! Я так и прыснула, глядя на груду листьев возле «подходящего собеседника». Тоже поучаствовать, что ли?
— И, между прочим, ничего смешного! — оторвалась от увлекательного занятия Бриалина. — Мне действительно стало легче. Так что завтракайте без меня, и в Ужевку с зельями тоже одна сходи, ладно? А мы тут еще поговорим…
Так и сделала, как было сказано. Правда, Марлекс попытался навязаться в сопровождающие, но светить «жениха» я не собиралась, о чем с радостью и сообщила дасху. Знаем мы таких! Сегодня я тебя просто провожу, а завтра ты и шагу без моего разрешения не ступишь.
Нет уж, со мной этот номер не пройдет!
Он, конечно, попытался спорить, но я стояла твердо, аки скала. Так что очень скоро в гордом одиночестве топала через лес, аккуратно придерживая висевшую на плече сумку с зельями.
Под ногами шуршали разноцветные листья. Осень в этом году радовала нас отсутствием дождей, так что узенькая тропка все еще оставалась утоптанной. Вот размоет ее — и селяне сами будут за заказами приходить. Я колдунья, а уж никак не служба доставки!
Коварный ветер так и норовил забраться под плащ. Я поежилась и запахнулась плотнее, еще и капюшон натянула. Только бы дальфов не встретить! Сомневаюсь, что мне так легко простят обиду.
Стоило вспомнить Даанда, как мысль зацепилась за что-то…
— Добрый день, госпожа колдунья! — хором гаркнули стражники, дежурившие у ворот.
Поймать ускользающую мысль не удалось.
В душе прочно поселилась уверенность, будто под самым моим носом лежит что-то важное. Только успей схватить! Ну да сейчас не до этого. Пришлось благодушно улыбаться и отвечать на многочисленные приветствия и добрые пожелания. Каждый в Ужевке считал своим долгом выказать уважение к «госпоже колдунье». Никогда ведь не угадаешь, в какой момент эта самая госпожа тебе понадобится. Так что с нами лучше дружить.
Иногда меня останавливали с вопросами. И к тому времени, как сумка на плече опустела, набралось штук пять новых заказов, щедро подкрепленных выплаченными задатками. Прибыльная у меня все-таки профессия.
— Береника! — Едва различимый полушепот остановил меня уже на подходе к воротам.
Из распахнутого окна выглядывала бледная мордашка с распущенными русыми волосами.
— Совсем сдурела?! — Я бесцеремонно втолкнула видимую часть девушки примерно моих лет обратно в дом и захлопнула окно. Хочет поговорить, пусть отворяет дверь.
Майна так и сделала.
Ее семейство выращивало овощи на продажу. Оно давно обосновалось в этих краях, еще до моего появления у наставницы, и жило безвыездно. Естественно, со временем мы раззнакомились. Я всю местную молодежь знала неплохо, хоть и не дружила близко ни с кем. Не сложилось как-то. Но обращались юные ужевцы ко мне даже охотнее, чем к Бриалине.
Вот и сегодня замерзшую и порядком уставшую меня не просто впустили в дом, но и сунули в озябшие руки кружку с горячим чаем.
— Что-то случилось. — Это был не вопрос — утверждение.
Девушка помялась немного, потеребила отливающую рыжиной прядь. Надо же, как-то не замечала раньше… Наверняка какие-нибудь новомодные штучки.
— А нет амулета какого, чтобы мужчина к тебе интерес потерял?
Приятно согревающая ладони кружка мгновенно была забыта и отставлена подальше.
— Странные ты вопросы задаешь… Ну-ка колись, что стряслось?
Бледное личико медленно наливалось краской.
— Только ты никому… Этот дальф так и норовит заманить кого-нибудь посимпатичнее в свой дом. А утром они такие возвращаются… Будто лет на десять постарели! Бледные, измученные. Я пыталась расспрашивать, но вроде ничего необычного он ни с кем не делает.
Я слушала ее рассказ и чувствовала, как медленно расширяются мои глаза. Вот гад! Пол села совратить успел. А еще в женихи набивался!
— Теперь твоя очередь пришла? — Не надо быть большой умницей, чтобы догадаться, что именно так напугало бедную Майну.
— Поможешь? — В глазах напротив светилась безграничная надежда.
Вдох — выдох. Сейчас главное — сохранять спокойствие. Что реально я могу сделать?
Хм, вообще-то многое. Посоветоваться с Марлексом и наставницей, они наверняка знают, как поступить с мерзавцем. Поставить в известность Алесса. Радетель у нас мужик правильный, разврата на вверенной ему территории не потерпит. На худой конец сожгу к Сумрачному дом этих дальфов. Пускай уматывают в свою столицу и там мерзости творят!