Беременна от босса
Шрифт:
Но Алмазов медленно отошёл в сторону. Покинул квартиру Риты. Сказать, что у меня добавилось сомнений — значит, ничего не сказать.
— Все мужики одинаковы. Им нужен только секс. Желательно, без последствий! — изрекла Рита.
— Рит, пожалуйста, сейчас я не готова говорить. Лучше я пойду спать.
47. Руслан/Ева
Руслан
Ева вернулась на следующее утро, как и обещала.
— Привет, Рус! — холодным тоном произнесла Ева. — Я успела?
— Никого не было. Успела, —
Под ноги Еве кинулся пёс, радостно тявкая.
— Привет, Саурон! Как ты, малыш?
Ева наклонилась и потрепала Саурона по голове. Пёс сразу же развалился на спине, подставляя Еве брюхо.
Как я мог до такого докатиться, что псу тепла и ласки достаётся больше, чем мне? Разумеется, я виноват сам. Но стоит только представить, как я пытаюсь превратить чувства в слова, как на меня нападает косноязычие, а в горло словно натолкали стекловаты.
— Я пойду заниматься.
— Иди. Я на кухне, — отозвалась Ева и обратилась к псу. — Малыш, тебя кормили?
Саурон обиженно тявкнул и поплёлся за Евой, сделав вид, что голоден. Такими методами Саурон скоро превратится в откормленного кабанчика. И опять пёс в приоритете, а я словно не существую.
Я предпочёл не растравливать себя. Отправился в комнату с тренажёрами, чтобы согнать злость на себя или просто отвлечься от дурных мыслей.
Я провёл в зале больше часа. Действовал на пределе сил, старался не думать ни о чём. Просто выполнял упражнения. Но образ блондинки не шёл из головы.
Чёрт побери, это какое-то наваждение!
И ведь я сам кипячусь по поводу или без — Ева не закатывает ни скандалов, ни истерик. Её детские выходки заставляют меня бегать за ней. Но я сам принимаю решение — бежать за ней или остаться на месте. И почему-то выбор всегда склоняется в сторону — бежать.
Я вытер пот со лба и стянул футболку, промокшую от пота, скомкал её, повесив жгутом на шею.
Надо поговорить с Евой.
— Ева! — я вышел из тренажёрной стремительным шагом и едва не сбил с ног красавицу.
***
Ева
— Ты… ты меня напугал! — вымолвила я.
Автоматически я схватилась за плечи босса. Он прижимал меня к своему разгорячённому телу. Я сглотнула ком в горле, переместила руки ниже. На грудь. Бурно вздымающуюся и опускающуюся от частого дыхания.
Жар его тела опалял ладони. Кажется, я опять расположила руки в неправильном месте. Ладони босса лежали на спине и мешали мне думать. Мысли начали напоминать густое желе.
— Ева… — выдохнул Алмазов. Его взгляд переместился на мои губы.
Внезапно он потянулся к моим волосам, запуская пальцы в волосы. Всего лишь сжал волосы и коснулся кожи головы — но по телу пронеслось торнадо мурашек.
От волнения мои ноги едва не подкосились. Волнение наполнило меня до кончиков пальцев. С ним было сложно совладать.
Босс подался вперёд, прижав меня спиной к стене. Я бы сползла по этой стене, если бы Алмазов не прижимал меня к себе.
— Ты очень красивая, знаешь?
Руслан медленно сжал волосы, потянул книзу. Шея оказалась беззащитной. Губы Алмазова тотчас же оказались там.
— Ты мне безумно нравишься, — шёпотом сказал Руслан, проведя губами по шее.
Он был невозможно близок, сводя с ума. Его близость подталкивала меня к грани, переступив которую, становилось всё равно на обстоятельства, сомнения и препятствия.
— Никогда бы не подумал, что скажу этого…
Сердце сжималось, сладко и мучительно замирало, вновь пускаясь вскачь. О чём он хочет мне сказать? Поцелует?
Тело пронзило дрожью. Меня потряхивало от напора чувств — новых, острых и невероятно прекрасных.
— Я хочу…
— Чего ты хочешь? — спросила я пересохшими губами.
Руслан приблизился, опалив дыханием мои губы.
Но внезапно раздался звонок. Руслан саданул кулаком по стене.
— Кого ещё принесла нелёгкая? — выругался он.
— Постой! — я удержала Алмазова на месте. Обхватила лицо ладонями. — Может, это и к лучшему.
— Не понял…
— То, что ты не успел ничего сказать и наделать глупостей, — улыбнулась я. — Открой дверь. Скорее всего, это кто-то из твоей родни пожаловал с утра пораньше, чтобы проверить, как мы живём.
— Ева. Я…
— Нет, Руслан. Не нужно говорить того, в чём ты не уверен. Лучше придерживаться прежнего плана. Мы — пара для твоей родни. И всё.
Я направилась в сторону кухни. Босс перехватил меня за запястье.
— Я намерен выяснить, мой это ребёнок. Или нет. Вернее, я уверен, что это мой ребёнок. И тогда у тебя просто не останется шансов отнекиваться от меня. Ясно?
— Я не согласна! Не стоит впутывать в этом ребёнка.
— Моего ребёнка.
— Зачем тебе это? Ты против создания семьи, Алмазов. Ты… Ты даже выдавить из себя не можешь, что я тебе нравлюсь. Отпускать шуточки за десять и делать порочные намёки — пожалуйста. Но как только дело касается чувств, приходится взламывать тебя, как сейф, или вытаскивать из тебя слова клещами, шантажом, угрозой срыва всего, что ты так усердно пытаешься изобразить перед роднёй. Алмазов, миленький. Не насилуй себя! — я похлопала босса по груди. — И не переживай за своих родственников. Я отыграю на все сто. Будь уверен. Ведь мне даже не нужно притворяться, правда? Гораздо сложнее приходится тебе, ведь надо развешивать лапшу о том, что ты грезишь детьми, семьёй, совместными ужинами и присматриваешь дом. Одним словом, изображать то, против чего ты настроен всей душой, очень трудно. Давай не будем усложнять? Всё, открывай дверь. Принимай гостей.
48. Ева
— Хорошо! Но потом мы вернёмся к этому разговору! — Руслан рывком открыл дверь и недоумённо спросил. — А вы кто такая?
На мгновение я потеряла твёрдость в ногах и прислонилась к стене плечом, почему-то решив, что за дверью стоит моя мама. Кто знает, какой подлости можно ожидать от Ильяса? Вдруг он транспортировал мамочку втайне от меня?
— Мир вашему дому…
Услышав эти слова, я расхохоталась.
— Ева, ты знаешь, кто это?
— Скорее всего, Свидетели Иеговы.