Бенони (пер. Ганзен)
Шрифт:
— Нтъ. Онъ не часто здсь бываетъ.
Роза отослала Марту къ отцу въ лавку и затмъ сказала:- То-то и есть, что часто,
Маккъ попытался отдлаться: — Преувеличиваешь. Ужъ эти женщины!
Ахъ, чего ужъ тутъ, когда даже матери его, старух, приходится ухать отъ нихъ къ дочери… Стыдъ и срамъ! Просто ужасно! Изъ-за того только, чтобы не объдать ихъ; у Николая вдь никакого заработка зимою. Не поговоритъ ли Маккъ съ нимъ?.. Не поможетъ ли имъ какъ-нибудь? На Николая подйствовало бы, если бы Маккъ хорошенько поговорилъ съ нимъ. Эта компанія съ кузнецомъ и эти вчныя прогулки въ
— Ну, что за преувеличеніе!
Роза безнадежно покачала головой: каждый день, а то и по два раза въ день! И все идетъ такъ плохо, вся жизнь, самый тонъ… А тутъ еще ребенокъ все слышитъ. Нтъ, пускай двочка съ Богомъ вернется домой къ матери! Такъ не поговоритъ ли Маккъ съ нимъ поласкове, помягче? Вдь эти посщенія погребка такъ непристойны…
Маккъ старался утшить свою крестницу и пообщалъ взяться за дло.
— Скажи ему, что человкъ порядочный… Вотъ теперь рыбаки возвращаются съ Лофотенъ; Николаю непремнно надо сидть дома, чтобы люди могли его застать. А то что же это будетъ? Подумать только — торчитъ тутъ у винной стойки и пьетъ на виду у всхъ — адвокатъ!
— Преувеличеніе! Нтъ, вотъ что похуже: онъ проигрываетъ дла.
— Да, и дла проигрываетъ.
— Теб надо было выйти за Бенони, — сказалъ Маккъ.
— За Бенони? Совсмъ не надо было, — возразила она съ горячностью, вся вспыхнувъ. — И ты самъ хорошо это знаешь. Мн надо было выйти за того, за кого я вышла.
— И порядочно сглупила. Ты пошла наперекоръ всмъ моимъ совтамъ.
Роза прервала:- Такъ я, значитъ, могу взять у Стена Лавочника въ долгъ разной мелочи… пока что?
Бенони шелъ въ Сирилундъ и встртилъ Розу съ маленькой Мартой на обратномъ пути изъ лавки. Увидавъ, кто идетъ ему навстрчу, онъ вздрогнулъ и замедлилъ шагъ. Само собой, ему нечего было бояться Розы, и, кром того, не было никакой возможности спрятаться на ровной открытой дорог. Но посл такого большого промежутка времени и столькихъ крупныхъ событій нелегко тоже было идти спокойно, ровнымъ шагомъ, какъ ни въ чемъ не бывало. Но вотъ, и она увидала, кто идетъ ей навстрчу, и тоже замедлила шагъ, будто въ нершимости. Видъ у нея былъ такой, словно ей хотлось провалиться сквозь землю.
— Добрый день! — сказалъ онъ. Уже съ перваго взгляда онъ увидалъ, какъ измнилась она за эти нсколько мсяцевъ. Маленькая Марта присла передъ нимъ; вышло это очень мило, но на Бенони произвело странное впечатлніе: присдали только дти изъ благороднаго званія. И эта присвшая передъ нимъ двочка вдругъ напомнила ему, что передъ нимъ господа, что Роза успла за это время сдлаться дамой.
— Добрый день! Съ пріздомъ! — отвтила Роза, какъ полагалось.
— Какъ это ты несешь такое тяжелое ведро? — спросилъ Бенони у двочки.
Онъ самъ не зналъ, что говоритъ. Хорошо, что тутъ случилась двочка. И Роза тоже въ замшательств наклонилась къ ребенку и спросила:- Да, врно, теб тяжело? Дай лучше я понесу.
— Нтъ.
— А ты возьмешь этотъ свертокъ.
— Нтъ, свертокъ не такой тяжелый, — недовольно протестовала Марта.
— Да, да, не такой тяжелый, какъ ведро! — разсмялся Бенони. — А теб хочется потяжеле?.. Это дочка Стена Лавочника?
— Да.
Посл такого вступленія,
— Давненько я не видалъ васъ.
— О, да; время идетъ.
— Вы ни чуточки не измнились, — сказалъ онъ просто изъ доброты сердечной.
— Да вдь и не такъ ужъ много времени прошло.
— Какъ разъ годъ скоро… черезъ недлю. Хорошо поживаете?
— Да, благодарю.
— Да, да, конечно. Большая перемна. Замужемъ и все такое. Теперь вы важная дама.
— А ведро съ патокой, — сказала вдругъ Марта.
Бенони только поглядлъ на ребенка, но не разслышалъ. А Роза немножко сконфузилась такого дешеваго лакомства и сказала:- Да, это теб. Ты вдь такъ любишь… Дти и патока, — сказала она, обращаясь къ Бенони.
— Да, да, дти и патока, — отозвался онъ. По-правд то, Бенони самъ при случа не прочь былъ полакомиться хлбомъ съ патокой, но выходило, что Роза не признавала патоки, — значитъ, важный у нея былъ домъ!.. — Но вамъ, пожалуй, пора домой, — сказалъ онъ, — я не буду васъ задерживать своей компаніей.
— Вы меня не задерживаете, — отвтила она. — Да, да, Марта, намъ, пожалуй, надо поторопиться… А я хотла сказать теб… вамъ одну вещь; извиниться передъ вами за то, что все не отослала вамъ… вы знаете чего. Прямо не хорошо съ моей стороны.
Опять насчетъ кольца и креста!
— Не стоитъ и разговаривать объ этомъ, — сказалъ онъ.
— Я столько разъ собиралась, но все какъ-то…
— Если эти вещи васъ стсняютъ, бросьте ихъ въ воду. Тогда и съ глазъ долой, какъ изъ памяти вонъ, — по пословиц.
Роза вспомнила, что она уже распорядилась кольцомъ, надла его на покойника. Но нельзя же было пускаться тутъ въ долгія объясненія.
— Неужели вы думаете, что я захочу бросить ихъ въ воду? — сказала она.
— Такъ вы не захотите?
— Нтъ.
Радость теплой струйкой пробжала по его сердцу; онъ почувствовалъ такую благодарность, что у него вырвалось: — У меня есть еще вещицы, которыя я готовилъ для васъ; но, пожалуй, нельзя послать ихъ вамъ?
— Нтъ, нтъ, — сказала она, качая головой.
— Нтъ, нтъ. Впрочемъ, это просто-напросто ложка да вилка. Само собой — серебряныя, но… серебро самое простое. Впрочемъ, вы могли бы получить и всю дюжину, ежели бы захотли только.
— Благодарю васъ, но…
— Нтъ, нтъ, я знаю, вамъ нельзя предлагать. Я такъ только подумалъ на минутку… Нтъ, что же это я все стою и задерживаю васъ, — вдругъ перебилъ онъ себя самого и заторопился уходить. Онъ, какъ мальчикъ, струсилъ, что зашелъ больно ужъ далеко со своей болтовней о серебр.
Она ухватилась за предлогъ и кивнула ему:- Да, да, прощайте!
— Прощайте, — отвтилъ онъ. Онъ былъ такъ странно взбудораженъ и порывался было протянуть руку, но, не встртивъ поощренія, ухватился въ своемъ замшательств за ведро Марты. — О, да какое тяжелое! — сказалъ онъ, приподнимая и взвшивая его въ рук. — Ты просто молодчина, что тащишь его; вотъ теб за это денежка, — сказалъ онъ и далъ двочк четвертакъ. Пожалуй, это была не плохая выдумка; ему самому показалось, что онъ спасъ положеніе… Но вообще онъ не вполн ясно сознавалъ ходъ вещей.