Бенони (пер. Ганзен)
Шрифт:
Но тутъ Свенъ вдругъ почувствовалъ отсутствіе хора и прервалъ псню:- Стой! Тутъ вы вс должны подхватывать: Ой вы, сорозскія двушки красныя! А вы только пляшете. Настоящее зврье!
Отъ Макка прибжалъ запыхавшійся гонецъ позвать въ контору старшаго работника. Вс разомъ притихли и стали одинъ по одному тихонько выбираться изъ людской. Свенъ Дозордый уже не въ силахъ былъ расшевелить ихъ. Мельничиха послала къ нему своего мальчугана — проститься хорошенько и поблагодарить еще разъ за четвертакъ. Свенъ задержалъ маленькую ручонку въ своей и сказалъ:-
Затмъ вызвали самого Свена Дозорнаго. Онъ вышелъ съ тяжелымъ предчувствіемъ… Но оказалось, что вызвалъ его Бенони. Онъ пришелъ поговорить со Свеномъ.
— У меня дльце къ теб,- сказалъ Бенони, чтобы начать съ чего-нибудь. — Не хочешь ли и ты хать съ неводомъ?
— Не знаю… Да, хочу. Съ неводомъ?
Но они скоро перевели разговоръ на другое, на то, что у каждаго лежало на душ. Бенони съ угрожающимъ видомъ мотнулъ головой и сказалъ, что собирается къ Макку въ контору.
— А я ужъ былъ тамъ и отдлалъ его.
— Онъ подло поступилъ со мной, — продолжалъ Бенони.
— А со мной-то? Элленъ пропала!
— Почему такъ?
— Онъ вчера опять звалъ ее мыть его.
Бенони покрутилъ головой, — ничего, дескать, не подлаешь.
— Но вдь мы съ Элленъ уже поладили, — сказалъ Свенъ.
Бенони отвтилъ:- Не выдадутъ ея за тебя до поры, до времени, — ты самъ понимаешь?
Свенъ Дозорный зловще сверкнулъ глазами.
— Такой ужъ здсь порядокъ, — продолжалъ Бенони. — Одна смняетъ другую. Только Брамапутра все держится…
Старшій работникъ вернулся отъ Макка и сообщилъ, что Свену Дозорному велно уходить со двора.
— Уходить…? Какъ..?
— Такъ приказано. Я приставленъ соблюдать порядокъ и ничего не могу тутъ подлать.
Свенъ Дозорный, видно, разсчитывалъ все-таки какъ-нибудь уладить дло ради Элленъ; но теперь понялъ, что ему приходится убираться, и сильно упалъ духомъ.
Бенони вступился:- Ступай и скажи, что Свенъ Дозорный побудетъ здсь со мной.
— Ну, хорошо, — отозвался работяикъ.
— Такъ и передай ему, Макку Сирилундскому, отъ Бенони Гартвигсена!
Работникъ пошелъ. А эти двое остались, гордясь своей побдой. Но скоро Свенъ Дозорный опять упалъ духомъ при мысли о томъ, что ему надо уходить изъ Сирилунда.
— Теперь у меня нтъ ничего за душой, кром этого вотъ алмаза. И тмъ нечего рзать, — стеколъ нтъ.
Пока они стояли тутъ и разговаривали, съ крыльца лавки спустился самъ Маккъ и пошелъ прямо на нихъ. Шелъ онъ своимъ обычнымъ ровнымъ шагомъ. Когда онъ приблизился къ нимъ, оба сняли шапки и поклонились.
— Что это за гонцовъ ты ко мн посылаешь? — спросилъ Маккъ.
— Гонцовъ? О, это я такъ сказалъ… — отвтилъ Бенони, сбитый съ позиціи.
— А ты все еще тутъ? — спросилъ Маккъ другого.
Свенъ Дозорный промолчалъ.
Зато Бенони усплъ за эти дв-три минуты оправиться. Онъ выпрямился: разв онъ не совладлецъ Сирилунда, и разв передъ нимъ не разорившійся человкъ, не мошенникъ?
— А вы что тутъ допрашиваете насъ? — спросилъ онъ, глядя
Оба весьма недружелюбно смрили другъ друга глазами, но Бенони все-таки оказался только ученикомъ. Маккъ вынулъ свой тонкій платокъ, слегка высморкался и повернулся опять къ Свену Дозорному.
— Теб разв не оказано, чтобы ты уходилъ отсюда?
Свенъ Дозорный покорился.
— Ступай прямо домой ко мн! — крикнулъ ему Бенони. — Вотъ ключъ. Теб я могу доврить все свое добро. Ступай себ и дождись меня. Мн еще надо поговорить съ этимъ человкомъ.
«Съ этимъ человкомъ»! Это о Макк-то Сирилундскомъ?!
Они прошли въ контору. Маккъ опять пустилъ въ ходъ свой носовой платокъ и сказалъ:- Ну?
— У меня дло небольшое, — отвтилъ Бенони, — насчетъ денегъ.
— Что такое насчетъ денегъ?
— Вы меня надули.
Маккъ молчалъ съ снисходительнымъ видомъ.
— Я устроилъ, что закладную засвидтельствоваля. Вы не думали, что меня хватитъ на это?
Маккъ улыбнулся:- Я все зналъ.
— Вашъ братъ въ Розенгор хозяинъ всему. Вы у него въ карман со всми вашими потрохами… Не угодно ли!.. — Бенони выложилъ на конторку закладную и тыкалъ въ нее пальцемъ.
— Въ чемъ же дло? — спросилъ Маккъ. — Ты хочешь взять свой вкладъ изъ оборота?
— Взять свой вкладъ? Откуда вы мн возьмете его? Сапоги на васъ и т не ваши. Двадцать три тысячи! Вашъ братъ далъ восемнадцать, да я пять, выходитъ двадцать три. Вы меня разорили; я теперь почти такой же голышъ, какъ вы сами.
Маккъ отвтилъ:- Во-первыхъ, это лишь молодой помощникъ судьи внесъ все это въ твою закладную…
— Онъ по закону заступалъ судью.
— Положимъ. Но самъ судья никогда бы не внесъ всхъ этихъ глупостей насчетъ моего брата. Это все одн формальности, понимаешь? Какъ вообще бываетъ между братьями… На самомъ дл скоре я поддерживалъ моего брата, чмъ онъ меня, — напримръ, когда онъ расширилъ свой заводъ для выдлки рыбьяго клея.
— Да, да, оба вы, какъ видно, одного поля ягоды, банкроты! Но мн-то отъ этого не легче.
— Во-вторыхъ, — съ непоколебимымъ величіемъ продолжалъ Маккъ, — я теб долженъ не пять тысячъ. У насъ съ тобой особые счеты.
— Вы это про четыре сотни за ваши сокровища? А на что мн ихъ теперь? Розу съ адвокатомъ уже огласили въ церкви; свадьба двнадцатаго.
— Не знаю хорошенько; мн не удалось поговорить съ Розою. Но очень можетъ быть, что ты самъ тутъ не безъ вины. Это засвидтельствованіе закладной у меня за спиною не особенно располагало меня хлопотать за тебя.
— Ну и что-жъ? — воскликнулъ Бенони съ раздраженіемъ. — Богъ съ ней, съ Розой! Не стану я клянчить ея милостей. Но ужъ что касается этихъ вашихъ штукъ, то Роза слишкомъ хороша, чтобы быть вашей крестницей. Да. И я напишу ей письмо, чтобы она больше ни ногой къ вамъ. У насъ съ вами особые четы? Не хочу я имть съ вами никакихъ счетовъ. Я постараюсь расквитаться съ вами за ваши сокровища при первомъ же случа. И тогда подавайте мн мои пять тысячъ.