Бендиго Шефтер
Шрифт:
Он кивнул.
— Тут волноваться нечего. У меня хорошая семья. Мы будем работать сколько нужно и все перенесем.
— Поезд еле тащится — рельсы заметает снегом, — сказал я. — Если он остановится, не выходите без команды. Бывали случаи, когда людей забывали… Случайно, конечно.
Я видел, как внимательно они меня слушают. Один тихий человек сказал:
— Спасибо, сэр. Боюсь, нам придется еще многое узнать о Западе. Вы говорите, вам доводилось встречаться с индейцами?
— Да… И не раз. Весной племя сиу выйдет
— Вы золотоискатель?
— Нет. У меня есть небольшое стадо, и я собираюсь его увеличить. Мы построили городок возле Южного ущелья, но, похоже, наше время на исходе. Там не с чего жить.
— В Южном ущелье? — поднял голову другой. — Так ведь там золото! Почему же вы говорите — не с чего жить?
— Всего несколько приисков, и они уже иссякают. Многие старатели едва сводят концы с концами.
Он мне не поверил.
— Хотите нас испугать? — сказал он. — Не выйдет, мистер. Мы все знаем.
— Буду рад, если вы найдете то, что хотите. А пока — постарайтесь, чтобы вам хватило топлива для печки.
Я повернулся было уходить, но тот, который решил, что я их нарочно запугиваю, спросил:
— Вы и в самом деле с Запада?
— Я строил первые дома. Я был там с самого начала.
— Я слышал, что там дикие места. Много женщин, много стрельбы и бандитов. Говорили про одного мексиканца бандита, как он навел там шороху. Этот, как его, — Эррара…
— Ну да, был такой, Эррара, — сказал я. — Но его поймали.
Пассажир недоверчиво смотрел на меня.
— Как это поймали? Он же там всех терроризировал. Я читал.
— Город, в котором каждый мужчина носит оружие с детства, запугать невозможно. Этот тип покрутился вокруг, но потом терпение жителей лопнуло, и его выгнали. Так же, как его народ когда-то выгнал его из Мексики.
— Неправда!
Я молча посмотрел на него.
— Друг мой, — сказал я, помолчав. — Там, куда вы едете, за ваши слова вас уже убили бы. Если вы там решите кого-нибудь обвинить во лжи, то готовьте пушку. Язык без костей у нас не в почете. Зарубите это себе на носу, пока не поздно.
— Ха! — выдохнул он с презрением. — Если мне придется стрелять, так уж будьте покойны — выстрелю, не постесняюсь! Я стреляю не хуже других. Можно подумать, что вы из другого теста сделаны!
— Не забудьте, что я говорил о топливе. Держитесь поближе к печке и топите экономно. — Я направился к выходу.
Меня догнал тот вежливый человек.
— Я могу задать вам пару вопросов? — Он указал на привлекательную бледную женщину с мальчиком. — Это моя семья.
— Да.
— Мы слышали о городке Южного ущелья. Я хочу заняться золотодобычей.
Я пожал плечами.
— Друг мой, все места — хороши, если у вас есть правильный подход. Люди там приличные, хоть попадается и всякая дрянь. Это небольшое поселение, а золото там моют на десятке ручьев. Мы живем всего в нескольких милях от ущелья и охотно приняли бы вас. Но некоторые, как мне кажется, вскоре уедут. Доходные делянки уже застолблены, а движение обозов по тропе Оверленд скоро прекратится. Как только заработает железная дорога. А может быть, она уже заработала. Я не узнавал, потому что меня это не касается. Мы будем вам рады, но искать свое дело вам придется самому.
— Вы заняты скотоводством?
— Ну, скажем так. Еще у нас с братом есть лесопилка. Мы заготовляли шпалы для железной дороги и снабжали крепежным лесом некоторые прииски. Но крепеж нужен не всем.
— Там опасно? Вот Алек Уильямс, — он показал на мужчину, который говорил об Эрраре, — рассказывал нам об убийствах. Он говорит, тамошний шериф, некто Бен Шафтер — настоящий убийца.
— Ни его, ни той общины опасаться не стоит. Стреляют там не каждый день.
Уильямс прислушивался к нашему разговору.
— Много вы знаете! Этот Шафтер в прошлом году прикончил двоих. Прямо посреди улицы.
— Возможно. Его дело — поддерживать порядок. Те двое — заезжие негодяи, они сами напросились.
— А вы что — там были? — воинственно спросил Уильямс. — Откуда вы все знаете?
— Да, я там был. Я это видел.
Мне захотелось уйти. Поезд тащился еле-еле, снова пошел снег, еще гуще, чем прежде. Ветер усилился.
— Берегите дрова. Жмитесь друг к другу и к печке, — предупредил я и вышел в тамбур.
Похоже, этот Уильямс был падок на сенсации. Блюстители закона, случалось, убивали людей и на Востоке, но никто и не думал называть их убийцами — этот почетный титул приберегался исключительно для Запада.
Я вернулся в наш вагон и подошел к Лорне с доктором Фэрчайлдом.
— Нас ожидают неприятности, — тихо сказал я. — Надвигается снежная буря. Ветер усиливается.
— Но ведь мы в поезде, — сказал Фэрчайлд. — Здесь нам ничего не грозит.
— У нас мало дров, доктор. И мы можем застрять в снегу.
— Разве поезд может остановиться?
— Да. И нас заметет снегом. Такое уже случалось.
Удары снежных зарядов сотрясали тонкие стенки вагона, окна залепило белым.
Я остановил кондуктора.
— Лучше собрать всех людей в один вагон. Вместе теплее, да и топлива уйдет меньше.
— Хорошая мысль.
Он поспешил к пассажирам. А я не мог усидеть на месте. Что за места мы проезжаем? Есть ли тут овраги, деревья? Потом я вспомнил, что большую часть пути я проспал. Где-то тут есть станция, или поселок. Когда кондуктор перевел людей из вагона в вагон, я спросил его об этом.