Белый Трибунал

Вольски Пола

И это было только начало. Когда мальчик зазубрил наставления, настало время их выполнять.

Сперва Клыкач намеревался выучить своего юного помощника производить все мысленные и физические действия самостоятельно, однако вскоре выяснилось, что это невозможно. Понятливый и старательный ученик бился изо всех сил, но его усилия ни разу не увенчались успехом. Клыкач далеко не сразу понял, в чем дело. После долгих размышлений он пришел к выводу, что колдовство требует умственной сосредоточенности и самообладания, недоступных даже самому способному подростку. У умудренного годами

старика и того и другого было в избытке, но кольцо от этого не становилось больше и по-прежнему не налезало на палец.

Со временем они нашли действенный способ. Сотрудничество. Тред, с волшебным кольцом на руке, пытался воспроизвести необходимые действия. Клыкач, сжимая костлявыми пальцами виски ученика, повторял эти действия одновременно с ним, сдерживая пламя юности силой своего опытного разума. Получаться стало не сразу, но со временем они научились чувствовать друг друга и достигли полного мысленного слияния.

Когда Тред впервые ощутил в себе тонкий ручеек чужой, незнакомой силы, он от удивления невольно прервал мысленную связь, отшатнувшись и вырвавшись из цепких рук Клыкача.

Ручеек тут же иссяк, а мальчик, разрываясь между облегчением и досадой, добрых полчаса извинялся и оправдывался.

Они попробовали снова, но повторить успех удалось только через три дня. В этот раз слияние разумов вызвало такое мощное свечение кольца, что овощной погреб озарился холодным сиянием. Начинающие колдуны почти не замечали его. Их тела снова заполнила чужая сила. Она вырывалась наружу, заполняя погреб неуправляемой энергией, и казалось, что сейчас сбежится охваченная паникой стража…

Не сбежалась. Беззвучный ураган, бушевавший в погребе, остался незамеченным скучавшими наверху охранниками и постепенно утих, оставив колдунов обессиленными, трепещущими и торжествующими.

После этого они стали осторожнее и чаще сверялись с записями Юруна, привыкая сдерживать и направлять ошеломляющий поток энергии, проникающей в них из неведомого источника.

И вот настал день, через восемь или десять недель - время в крепости Нул проходит незаметно, - когда они впервые совершили настоящее чудо. Здоровенная брюква под их взглядами вдруг расплылась и растаяла, оставив после себя лужицу дурно пахнущей жидкости. За ней наступила очередь других ни в чем не повинных овощей, и все они исчезали на изумленных глазах Треда. Успех давался им все легче и легче. Вскоре буроватая жижа залила весь пол в погребе. Тред и Клыкач взглянули на эту лужу, потом друг на друга. Слов не понадобилось. Их силы слились, кольцо полыхнуло светом - и вот лужа высохла, оставив на полу лишь тонкий слой пыли.

Тред резко оборвал связь. Голова кружилась, ноги подкашивались, но в крови бурлил восторг. Мальчик медленно опустился на колени. Клыкач без сил шлепнулся рядом. Несколько минут оба переводили дыхание.

Наконец Клыкач поднял седую голову и проговорил, отдуваясь:

– Я тебе говорил, что у меня есть план? Тред кивнул.

– Ну, мой мальчик, хочешь знать, что делать дальше?

– Расплавить бы вот так сержанта Гульца!

– Неплохая мысль. Но прежде надо еще поупражняться, пооттачивать мастерство. А там посмотрим.

Они

честно упражнялись, и каждый день приносил все новые успехи. Медленно, но верно приходила уверенность в себе. Они учились быстро и твердо распоряжаться силой, проникавшей в них через кольцо.

В тот день, когда они убедились, что могут волшебством расплавить, рассечь, накалить или заморозить любой небольшой предмет на расстоянии десятка шагов от себя, Клыкач рассудил, что пора перейти к следующему пункту плана. Тред к тому времени наизусть знал весь замысел старика, который, при всей своей наивной простоте, все же мог сработать. Нужна была лишь отвага, хладнокровие, кольцо Юруна, да малая толика удачи.

Стояло то унылое, но внушающее надежды время года, когда зима уступает место первым приметам весны. Самое подходящее время. Туманы над озером лежали тяжелым покрывалом. В таком тумане легко затеряться двум беглецам.

– Итак, завтра, - решил Клыкач в конце утомительного, но успешного дня.
– Завтра.

Почему не сегодня, не сейчас? Тред удержался от вопроса. Ответ был слишком очевиден: Уже вечер. Через четверть часа за мной придет капрал Вонич, и побег тут же будет обнаружен. Риск слишком велик. Клыкач прав. Вслух Тредэйн сказал просто:

– Я готов.

– Я тоже, мой мальчик. Более чем готов, хотя сам не знаю, к чему.

– О чем вы?

– Задумайся на минутку. Предположим, завтра нам повезет. Что ты собираешься делать со своей свободой?

– Все, что захочу. На то она и свобода, верно?

– Не совсем так, но не будем об этом. Давай немного уточним. Куда ты отправишься, где будешь жить?

Тредэйн молчал. Он только сейчас понял, что вовсе не уделял внимания подобным, с его точки зрения, мелочам. Его мечты простирались не далее первой минуты свободы. О том, что будет после, он никогда не задумывался. Куда идти? Беглец, мальчишка без гроша в кармане. Ни семьи, ни друзей… Чем он будет жить? Разве только…

Он не додумал, спросив старика:

– А как вы собираетесь жить?

– Понятия не имею, - признался тот.
– Я почти не помню мира за стенами крепости. Наверняка он покажется мне чужим, холодным и пугающим. Очень может быть, я еще стану тосковать по своему спокойному, безопасному овощному погребу и с любовью вспоминать эти кучи гнилья.

– Но зачем же вам бежать, если не хочется?

– Без меня у тебя ничего не выйдет. Даже если я отдам тебе кольцо Юруна, ты не сумеешь управлять им самостоятельно.

– Пока не сумею. Но со временем, если продолжать упражняться…

– Молодец! Но тебе не придется ждать, мой мальчик. Мы будем действовать по моему плану. Кстати, насчет «продолжать упражняться»… Ты умный парень и, конечно, понимаешь, что это колечко, если разумно им распорядиться, может сильно облегчить нам жизнь в этом холодном внешнем мире?

Тред кивнул.

– Ага, я так и подумал. И что из этого следует, тоже понимаешь?

Второй кивок.

– И общество старика не покажется тебе слишком утомительным?