Белый реванш
Шрифт:
Стас развернул свежий номер «АиФ». Что там интересного пишут? На третьей странице интервью с директором Иммиграционной службы Дмитрием Камышовым. Опять о проблемах с гастарбайтерами из Центральной Европы. Оставим на потом. И так заколебали уже эти румыны и поляки. В Белоруссии и Украине все стройки забиты нелегалами, готовы за копейки работать. Поэтому местные и недовольны, на рынке труда возникает нездоровая конкуренция. Стас не испытывал к бывшим нашим сателлитам никакого сочувствия: нечего было из Варшавского Договора и СЭВ выходить и обливать Союз грязью. Пусть теперь лапу сосут или что другое у богатых спонсоров.
На следующей странице
Средняя Азия у нас камнем на шее, мало того, что там уровень жизни очень низкий, постоянные проблемы с безработицей, коррупцией и криминалом, так еще туда ежегодно миллиарды рублей закачивают без какой-либо видимой пользы. Закавказье и Казахстан – тоже дотационные регионы, хотя ситуация на порядок лучше – пользу общему делу они приносят. Прибалтийская Республика на самоокупаемости, все, что зарабатывают, сами и тратят. А все дотации азиатам идут за счет России, Украины и Белоруссии.
Интересно, а что вообще в Средней Азии производят? Тут Станислав задумался – ничего толкового в голову не приходило. Есть там немного газа и нефти, уран добывают, несколько горно-обогатительных комбинатов. Еще вывозят они фрукты и хлопок. Сразу вспомнились все три «хлопковых дела» и убитый в прошлом году бандитами неподкупный высокопоставленный чиновник Министерства сельского хозяйства Борис Осиновский. Выходит, никакого толка, кроме хлопка, от Азии нет, одни проблемы и бездонная бочка для вливания финансов.
На предпоследней странице «АиФ» обнаружились воспоминания друзей Фаины Раневской. Кроме того, была дискуссия о предполагаемой экспедиции на Марс и очередном расширении станции «Мир-4». Из новостей: через три дня в Москве во Дворце съездов пройдет празднование трехлетия Ордена Будущего.
Интересная организация, один из действительно жизненных, долговечных проектов. Внешне это нечто вроде постепенно уходящего в небытие комсомола, а внутри… Стас неоднократно общался с ребятами из Ордена. Необычные, притягивающие к себе, уникальные люди. Уже через пять минут разговора с ними появляется ощущение, что это своего рода каста будущих лидеров, директоров, талантливых ученых и конструкторов, организаторов и правительственных деятелей. И главное, при общении с ними не возникает никаких предубежденностей. Ребята умеют с кем угодно, хоть с сантехником, хоть с министром, разговаривать на равных. А честность, ответственность, трудолюбие, энергичность, способность добиваться целей, умение держать удар у них прививаются с момента вступления в Орден.
Стасу не нравилась в этой молодежной организации только приверженность к древнему язычеству и легкий налет национализма, убежденность в превосходстве наших над всем остальным миром. А может, он просто чего-то недопонимал? Может, нельзя в этом мире быть святым? Добро должно быть эффективным, а Орден неоднократно демонстрировал свою эффективность. В особенности молодежные дружины.
– Ну что?! Почему тара пустая? – Стас хлопнул по плечу Макса и кивнул в сторону пустых рюмок и надломленных плиток шоколада.
– Понял, шеф, –
– Задам, которые дают нам! – скаламбурил тост Валера.
Дальше время потекло веселее. Хорошая дружеская компания, непринужденная беседа, отличный напиток, что еще надо, чтобы скрасить долгие часы перелета? «Что осталось, то осталось, что будет впереди, то будет», – так размышлял Стас, уютно устроившись в кресле. Макс тем временем рассказывал новый анекдот:
– Как известно: анекдоты про блондинок сочиняют брюнетки. Долгими тоскливыми вечерами.
– Кодируем от алкоголизма, – не остался в долгу Валера, – стопроцентная гарантия. Постоянным клиентам скидки.
– А я слышал, скоро во Франции христианство будет второй по популярности религией.
– А первой?
– Первой будет ислам, – усмехнулся Стас.
– Не смешно, – буркнул в ответ Макс, – это не анекдот, а реальность.
– Это уже вчерашний день, – откликнулся Валерий. – Старый Парашютист ведет и чистку, и зачистку, и отбеливание «Пемолюксом».
– Ле Пен, что ли? Так его вся Европа ненавидит!
– Ерунда, французы его поддерживают, и начал он хорошо. В первую очередь организовал кампанию против уличной преступности, наркоторговли, нелегалов и исламистского радикализма, – Стас пытался вспомнить, о чем говорили по телику этой весной.
– На него правозащитники спустили всех собак, – мрачным тоном добавил Макс. – Мало того, что самого называют фашистом, так еще обвиняют в геноциде, расизме и холокосте потомственных безработных и прожирателей пособия.
– Собака лает, караван идет. Мне кажется, он удержится и дело до конца доведет. У старика сил и энергии будь здоров. И Европа сейчас меняется. Либералы уходят на задний план, вперед выдвигаются нормальные правые консерваторы. Вместо мифических прав ублюдков занимаются реальной жизнью.
– Валера, но это еще бабушка надвое сказала. В прессе визг и писк страшный.
– Ерунда, – отмахнулся Шахов. – В Италии Берлускони свою мафию по тюрьмам распихивает. Немцы от нелегалов и гастарбайтеров потихоньку избавляются. Шредер уже заявил о сокращении безработицы.
– Мало ли что он заявляет. Там за полвека такое либерастическое болото образовалось, что еще полвека расхлебывать. Поднимают визг при каждом покушении на привилегии извращенцев, лиц с альтернативным расположением мозгов и прочей мрази. Только о правах нормальных людей забывают.
– Не бойся, Макс, как только нормальные люди станут меньшинством, так и нас защищать будут, – успокоил друга Валерий и негромко рассмеялся над своей шуткой.
– Мужики, а что это нас на политику потянуло? – при этих словах Стас требовательно постучал рюмкой по столику. – Или вода жизни кончилась?
– Есть еще порох в пороховницах, и патронов хватает, – Валера с готовностью поднял бутылку.
Так с шутками и разговорами «за жизнь» они до Новосибирска уговорили еще одного «Багратиона». А после посадки Макс вызвался сбегать в здание аэропорта, как он выразился: за местными достопримечательностями. Вернулся он через полчаса с довольной улыбкой до ушей и в мокрой куртке. На улице шел дождь. Из «местных достопримечательностей» Макс принес «Рижский бальзам». По его словам, погода стоит чудесная, в магазине международного сектора никого нет, а выбор напитков богатый. Никто и не сомневался в его словах. Два часа ночи по-местному, кто еще попрется под дождем за спиртным, кроме сумасшедших транзитников из Москвы?!