Белый раб
Шрифт:
В 1854 году Хилдрет поселился в Нью-Йорке, где в течение нескольких лет работал в качестве журналиста в прогрессивной в то время газете «Нью-Йорк дейли трибюн». Следует отметить, что в «Трибюн» в те годы (1851–1862) печатали свои статьи Маркс и Энгельс. Они, в частности, беспощадно разоблачали лицемерную политику господствующих классов США и Англии.
В 1861 году президент Линкольн назначил Хилдрета консулом Соединённых Штатов в Триесте. К этому времени здоровье писателя было уже подорвано напряжённой работой, и после двух лет исполнения консульских обязанностей он вынужден был выйти в отставку. В старости больной писатель жил лишь на средства друзей.
В период, предшествовавший Гражданской войне (50-е годы XIX века), в американской литературе появляется ряд выдающихся произведений, нанёсших серьёзный удар рабовладельческому строю. В то время огромный успех выпал на долю «Хижины дяди Тома» Бичер-Стоу (1852). Этот роман завоевал признание читателей всего мира и был переведён на русский, китайский, французский, итальянский и многие другие языки. О книге Бичер-Стоу с восторгом отзывались Толстой, Герцен, Чернышевский, Диккенс, Жорж Санд, Гейне.
Почти одновременно с выходом в свет «Хижины дяди Тема» Хилдрет публикует роман «Белый раб, или Записки беглеца» (Бостон, 1852), основательно переработав сюжет своей ранней повести «Арчи Мур». Роман Хилдрета пользовался большим успехом в Америке и был переведён на многие европейские языки. В России он был издан со значительными сокращениями, сделанными главным образом за счёт публицистических фрагментов.
«Белый раб» полон откликов на исторические события, происходившие в США в течение первой половины XIX века. Эта книга даёт представление о некоторых особенностях социально-политической обстановки, сложившейся в южных рабовладельческих штатах и на Севере, где институт рабства фактически поддерживался законодательными актами правительства вплоть до гражданской войны 1861–1865 годов.
Мнимый характер американской демократии проявился с самых первых дней её существования. Из текста основных документов американской войны за независимость — Декларации независимости и конституции США — слово «раб» было исключено. Каждому штату, таким образом, предоставлялось право решать этот вопрос самостоятельно.
Не случайно Хилдрет избрал эпиграфом к своему роману первую статью билля о правах штата Виргиния, повторяющую основные положения Декларации независимости о равенстве и свободе людей. Всем содержанием своего романа писатель доказывал, что американские рабовладельцы в своей ежедневной практике цинично попирали свои же собственные законы.
Аболиционисты отлично понимали лицемерие северян в разрешении негритянского вопроса. Хилдрет, имея в виду принятые правительством законы о беглых рабах, с полным основанием и искренним пафосом убеждал читателей: «Пусть никто, однако, не поддаётся обману, когда при нём произносят эти полные лжи слова: «свободные штаты». Это название северных штатов не имеет под собой никакого основания. Какое право имеют эти штаты именоваться свободными после того, как они заключили с южными рабовладельцами соглашение, обязывающее их возвращать этим насильникам каждого несчастного беглого раба, который найдёт себе приют на их территории?»
На многих страницах романа Хилдрет с чувством глубочайшего негодования опровергает распространённую легенду о непричастности господствующей клики северян к произволу их южных собратьев.
Замысел автора — показать все стороны плантаторского строя — реализован широко и правдиво. Среди персонажей романа фигурируют люди различных склонностей.
Хилдрет разоблачает лицемерие рабовладельцев, выдающих себя за просвещённых сторонников свободы и прогресса. Так, за внешней учтивостью полковника Мура — «республиканца», готового на словах признать даже французскую революцию с её лозунгом «свобода, равенство и братство», — скрываются разнузданность и жестокость.
Не менее колоритна фигура генерала Картера — богатого плантатора, утопающего в роскоши, но лишённого какого бы то ни было подобия чуткости и элементарной человечности. Картер держит рабов в беспрекословном повиновении. Правда, такое повиновение обращается в свою противоположность, как это показывает Хилдрет на примере Тома, рвущего оковы гнёта.
Хилдрет очерчивает также образ «доброго» рабовладельца — майора Торнтона, поступки которого обусловлены прежде всего расчётом, желанием извлечь побольше дохода, добиться полной покорности от тех, кто на него работает it обеспечивает его паразитическое существование.
Рисуя разнообразные портреты американцев Севера и Юга. Хилдрет весьма убедительно показывает американских собственников, увлечённых жаждой обогащения. Со страниц книги встают зловещие фигуры плантаторов, дли которых кнут является подлинным «символом веры», продажных судей, лицемерных конгрессменов, ханжей, изуверов с евангелием в руках и пистолетом за поясом, респектабельных джентльменов, одержимых расистским бешенством, совершенно разложившихся «белых бедняков», готовых ради наживы предать и продать кого угодно. Все эти люди лишены самых элементарных представлений о человеческой честности и морали. А между тем именно они были «деятелями» ранней поры капиталистической «цивилизации» и представителями так называемых «свободных штатов».
Рабовладельческая система, по мнению Хилдрета, самым пагубным образом отражается на состоянии общественных правой, разрушает моральные устои, порождая многочисленные пороки, которые возводятся в норму человеческого поведения. Одни из эпизодов романа, где говорится о том, как Джимми Гордон предал Арчи Мура, характеризует степень морального убожества человека, управляемого инстинктом алчности.
От взора писателя не ускользают те отрицательные поступки, которые совершают в силу сложившихся социальных условий и негры: так, пьянство становится единственным источником радости для рабов, а воровство — тем средством, при помощи которого негр стремится облегчить своё полуголодное существование.
В своём романе Хилдрет показал, что американский Конгресс защищал права рабовладельческой аристократии, а отнюдь не свободу человеческой личности. Сошлёмся хотя бы на одну сцену. Вместе с другими невольниками Арчи Мур прибывает в Вашингтон. С глубоким волнением и надеждой он обращает свои взор на здание Конгресса. Здесь — самое сердце великого народа, место, где вся мудрость собрана воедино, чтобы создавать законы, которые должны обеспечить благополучие всего населения страны, законы, справедливые и равные для всех, законы, достойные свободного народа и великой демократии! Но вскоре иллюзии Арчи Мура рассеиваются, и щёлканье бичей надсмотрщиков заставляет его с особой остротой почувствовать, что этот «храм свободы» по сути дела является невольничьим рынком с его грубым насилием и произволом.