Белый пик
Шрифт:
Позади взвыла сирена. Повсюду в академии зажёгся свет. Алекс оттолкнулся и помчался вниз, с каждой секундой набирая скорость. Похоже, выбора больше не было. Что бы теперь ни случилось, назад пути нет.
Доктор Гриф в длинном халате серебристого цвета стоял у распахнутого окна в комнате Алекса. На миссис Стелленбош также был халат, но из розового шёлка, и в сочетании с её неуклюжей фигурой он смотрелся на редкость отталкивающе. Их указаний ждали три охранника.
— Кто обыскивал мальчишку? — спросил доктор Гриф. Ему уже показали дверь камеры с прожжённой дырой.
Охранники побледнели, но ничего не сказали.
—
— Наверняка пошёл вниз! — проговорила миссис Стелленбош. — Без лыж ему далеко не уйти. Дождёмся рассвета и поищем его на вертолёте.
— Думаю, этот мальчик сообразительнее, чем мы предполагали. — Гриф поднял с пола остатки гладильной доски. — Видите? Он соорудил что-то вроде тобоггана или санок. Ладно…
Гриф принял решение. Миссис Стелленбош обрадовалась, увидев, что его глаза снова излучают уверенность.
— Пусть за ним отправятся двое на снегоходах. Быстро!
Один из охранников выбежал из комнаты.
— А как же наряд у подножия горы? — спросила миссис Стелленбош.
— В самом деле.
Доктор Гриф улыбнулся. В долине он держал охранника и водителя на случай, если кто-нибудь попытается бежать на лыжах. Теперь эта мера предосторожности пришлась кстати.
— В любом случае, Алекс спустится в Железную долину. Чем бы он ни пользовался, железную дорогу ему не пересечь. Можно поставить там автоматчика. Если он туда доберётся, то будет лёгкой мишенью.
— Великолепно, — промурлыкала миссис Стелленбош.
— Хотел бы я посмотреть, как он умрёт. Ну, да ладно. Райдер обречён. Можно идти спать.
Казалось, Алекс летит по краю земли навстречу неминуемой погибели. На языке сноубордистов он ловил воздух, то есть отрывался от склона. Через каждые десять метров склон нырял на пять метров. Всё вертелось. Ветер хлестал по лицу. На очередном участке спуска ему всё же удалось выйти на нужную траекторию, и он рванул вниз, всё дальше удаляясь от Белого пика. Он летел быстрее ветра, мимо, слившись в одно светящееся зелёное пятно, проносились деревья и скалы. Что ж, в какой-то степени, чем круче, тем лучше. Один раз он попытался приземлиться на ровный участок, чтобы снизить скорость, и ударился с такой страшной силой, что чуть не потерял сознание, и следующие метров двадцать ехал вслепую.
Гладильную доску трясло и крутило нещадно, и Алексу приходилось напрягать все свои силы, чтобы совладать с нею. Он старался следовать естественной линии спуска, но на пути встречалось слишком много препятствий. Больше всего он страшился талого снега. Если на такой скорости доска попадёт в лужу, он упадёт и расшибётся насмерть. Алекс понимал, что, чем ниже он спускается, тем сильнее опасность.
Однако за пять минут спуска он упал только дважды — и оба раза его падения смягчили большие сугробы. Долго ли ещё? Он попытался вспомнить, что говорил Джеймс Шпринтц, но на такой скорости это было невозможно. Все силы были направлены на то, чтобы удержаться в вертикальном положении.
Выехав на небольшой ровный выступ, он затормозил юзом, погрузив край доски в снег. Дальше — устрашающе крутой откос. Страшно даже смотреть вниз. С обеих сторон стеной выстроились деревья. Впереди — зелёная муть: очки не позволяли видеть далеко.
И тут за спиной раздался шум. Рёв двух, а то и больше, моторов. Алекс посмотрел через плечо. Сначала он ничего не увидел. Но вот в поле зрения появились две точки. Они приближались.
Люди Грифа ехали
Алекс прыгнул на следующий откос. В ту же секунду раздался треск, серия отдаленных щелчков, и рядом фонтанчиком брызнул снег. На снегоходах стояли автоматы! Алекс с криком устремился вниз, еле удерживая под собой плоский кусок металла. Самодельное крепление натирало ему лодыжку. Доску под ногами неистово колотило. Не разбирая дороги, он просто мчался вперёд, стараясь удержать равновесие и надеясь, что путь впереди свободен.
Свет фар ближайшего снегохода высветил Алекса, и его длинная тень появилась впереди на снегу. Раздалась вторая автоматная очередь, и Алекс пригнулся, почувствовав, как рой пуль пронёсся над его головой. Послышался рёв, c ним поравнялся второй снегоход. Нужно съехать с трассы. Иначе его застрелят или задавят. Или и то, и другое.
Он перенес центр тяжести на край доски и повернул. Заметив просвет между деревьями, устремился к нему. Теперь он мчался сквозь лес — мимо, словно в компьютерной игре, родившейся в каком-то воспалённом мозгу, мелькали ветки и стволы. Смогут ли здесь проехать снегоходы? Ответом на этот вопрос стали новые выстрелы, порубившие с деревьев листья и ветки. Нужно отыскать тропу поуже. Доску тряхнуло с такой силой, что он чуть не полетел башкой вперёд. Слой снега становился тоньше! Алекс вильнул и устремился к двум толстым деревьям. Он проехал между ними, чудом не задев. Пусть попробуют снегоходы!
У снегохода не оставалось выбора: это был единственный путь, и вытормаживаться было уже слишком поздно. Водитель направил машину между деревьями, следом за Алексом, однако та была слишком широкой. Алекс услышал страшный скрежет, вопль и, наконец, взрыв. Над верхушками деревьев взлетели клубы оранжевого пламени, а на снегу заплясали чёрные тени. Впереди, за возвышением, снова замаячил просвет. Пора убираться из леса.
Он вылетел на возвышение и опять «поймал воздух». Оставив деревья позади, а землю внизу, он заметил второй снегоход. Тот догнал его. Какое-то мгновение они мчались рядом. Алекс резко подался вперёд всем телом и схватил носок доски. Всё ещё в полёте, он развернулся, пустив корму по дуге. Момент был выбран правильно. Хвост доски ударил второго охранника по голове, едва не выбив его из седла. Тот вскрикнул и потерял управление. Снегоход завалился набок, как в крутом вираже. Водителя выбросило из седла — он закричал, когда, закончив серию кувырков, снегоход придавил его. Машину и водителя ещё какое-то время по инерции тащило по насту, потом они застыли на месте. Приземлившись, Алекс резко затормозил. Перед глазами стоял зелёный пар от собственного дыхания.
Через секунду он снова оттолкнулся. Было видно, что все лыжные трассы ведут в долину. Наверняка, это Железная Долина. Выходит, у него получилось! Он спустился с горы. Но, с другой стороны, здесь он наиболее уязвим — это самое узкое место, и другого пути нет. Вдали горели огни. Там был город. Там была безопасность. А посреди долины проходила железная дорога, с двух сторон обнесенная насыпью и забором из колючей проволоки. Городские огни освещали всю местность. Железная дорога шла из туннеля, потом сто метров по прямой и, резко поворачивая, исчезала из виду.