Белый Клинок
Шрифт:
Зодчий резко обернулся. Он хотел сбросить руку северянина, но сумел сдержаться. Эрд совершенно спокойно встретил его взгляд.
– Я беру это дело на себя!
Зодчий судорожно вздохнул и сжал руку северянина.
– Спасибо, брат! – проговорил он.– Только – не медли!
– Мы возьмем четырех лучших пардов! – произнес светлорожденный.– И пусть Ганг идет следом за нами с несколькими тысячами воинов – так быстро, как только сумеет. Если это наши, я все улажу, но если нет…
– Больше ничего не
– Каон! – сказал Биорк начальнику караула, что привел гонца.– Возьми у разведчиков четырех самых быстрых зверей, оседлай и веди сюда!
Воин отсалютовал и побежал выполнять приказ.
– Несмех!
Зодчий быстро обернулся к вагару.
– Держи наготове бойцов! Мой нюх говорит: одним Фарангом дело не обойдется!
Тилод вопросительно посмотрел на Биорка, но если зодчий ожидал, что вагар прояснит свои слова, то ошибся.
– Пусть наладят зеркальную связь! – сказал маленький воин невозмутимо.– Полагаю, она понадобится раньше, чем наши лагеря опустеют!
Когда Эрд и Биорк выехали из прибрежного леса, то увидели, что сторожевой пост на тракте восстановлен и дорога на Фаранг перекрыта.
Рослый смуглолицый воин в короткой кольчуге шагнул навстречу перешедшим на рысь пардам и предупреждающе поднял руку.
Пятеро солдат с эмблемами воинов-моряков Южной Императорской эскадры не слишком торопясь, поднялись со своих мест. Впрочем, в руках двоих из них вдруг оказались заряженные арбалеты, направленные на всадников.
Эрд отвернулся, чтобы скрыть довольную улыбку: ведь это были и его воины.
– Спешиться и подойти сюда! – гаркнул здоровяк-десятник.
От его резкого хольдского выговора у светлорожденного потеплело в груди. Но чувства эти остались внутри, а лицо приняло то высокомерное выражение, которое заставляло любого почувствовать разницу между светлейшим из рода Асенаров и всем остальным населением Мира.
– Ты так долго плыл сюда, солдат, что забыл, как обращаются к светлорожденным? – холодно осведомился он.
– Что?
Воин опешил.
Эрд демонстративно медленно вынул из ножен серебристый клинок Асенаров, положил его поперек на черную холку парда и, наклонясь, с напускной суровостью уставился на хольдца.
Тот свел было брови в сердитой гримасе, но тут рот его приоткрылся, а глаза расширились:
– Мать-богиня! – воскликнул десятник звонко ударяя себя кулаком в кольчужную грудь: – Властелин Судеб! Светлейший Эрд!
И губы хольдца растянулись в улыбке.
Эрд невольно улыбнулся в ответ. В отличие от Нила, он не помнил в лицо и по имени каждого, с кем делил палубу боевого корабля, и сейчас впервые пожалел об этом.
– Да, солдат! – кивнул он.– Это я! А теперь прикажи кому-нибудь
– Светлейший Робур, светлейший Эрд!
– Робур? – светлорожденный не слишком хорошо знал своего брата, но Асенар есть Асенар!
– Только его здесь нет, светлейший! – поспешно добавил десятник.
– Это я заметил! – Эрд слегка улыбнулся.
– О! Его нет в Фаранге! Он с пятью тысячами уехал брать здешнюю столицу!
– Расторопный молодец! – заметил Биорк, подъезжая поближе.
Десятник даже в лице переменился: вспыльчивость Эрда была так же хорошо известна, как и его крайняя щепетильность в отношении чести Асенаров.
Но гневной вспышки не последовало. Эрд был уже далеко не тот, что год тому назад.
А потом десятник узнал вагара, и от сердца его отлегло.
– Пять тысяч, ты сказал? – Эрд и Биорк переглянулись.
– Сорок восемь сотен!
– Так сколько же наших кораблей нынче в фарангской гавани?
– Вся Южная Эскадра, светлейший!
– Южная Эскадра? – лицо Эрда мгновенно омрачилось.– Южной Эскадрой командует Робур? А адмирал Адальг?
– Нет, нет, светлейший! – десятник сделал пальцами отгоняющий беду жест.– Адмирал заболел в походе. Лихорадка. Уже поправляется, не тревожьтесь! Желаете, чтобы я сам проводил вас к нему?
– Ты радуешь меня, солдат! – с облегчением проговорил Эрд.– Нет! Оставайся на посту! И, вот возьми. От меня! – светлорожденный отстегнул от пояса кинжал из оружейной сирхара Урнгура и протянул воину.– Ты меня очень порадовал!
– Чем? Болезнью твоего дяди? – поинтересовался Биорк на языке вагаров.
– Теперь я знаю, мастер, от кого твой сын унаследовал свой острый язык! – парировал Эрд на том же наречии.
Воин между тем благоговейно разглядывал оружие. Кинжал был замечательный.
– Спасибо, светлейший,– пробормотал он.
Впрочем, о щедрости Наследника Асенаров в Южной Эскадре рассказывали еще и не такое.
– Эй! – напомнил Эрд.– Мы спешим, солдат!
Воин опомнился и махнул рукой одному из воинов:
– Сигур! Живо в седло! Проводи светлейшего Эрда и достославного (тут он отсалютовал вагару подаренным кинжалом) Биорка к адмиралу!
– Этот десятник очень скоро станет сотником! – произнес Эрд, когда они отъехали на порядочное расстояние от поста.
– Да,– согласился Биорк.– Если захочет.
– Дядя! – с почтительной нежностью произнес Эрд, беря двумя руками кисть лежащего адмирала и наклоняясь, чтобы коснуться губами его запавшей щеки.
– Счастлив видеть тебя, Эрд,– ласково отозвался Адальг. Рука старика легла на голову племянника.– Я рад, что ты жив! Хорошо ли удался тебе твой путь?
– Долгий разговор, дядя! Как ты себя чувствуешь!