Белый джаз

Эллрой Джеймс

Быстро.

Разворачиваю револьвер, прячу его под кучей бумаг.

Хенстелл: «Ну, что тут у нас»?

– Да пока только папки и разрозненные бумаги.

– Нунан сказал, что ему все это нужно, и я не прочь убраться отсюда до обеда.

Я опустил руки – в ладони мне легли два носовых платка. Закрываюсь от него, вытираю оружие.

Три раза – Гленда – тщательно убедиться, что ничего не осталось.

Я протянул револьвер. «Хенстелл, взгляните-ка, что я нашел».

Он повертел револьвер в руках и сделал пару коротких выпадов –

черт, хреновое дежа вю.

– Перламутровая рукоятка – этот Джуниор, видно, неровно дышал к ковбоям. И – смотри-ка – номера спилены.

Я принялся выдвигать остальные ящики. «Не желаете осмотреть их содержимое на предмет наркотиков?»

– Нет, но повторюсь: Нунан желает, чтобы мы взяли все, когда вы закончите осмотр. Еще он сказал, чтобы я обыскал вас, как будем уходить, но это не в моем стиле.

– Спасибо.

– Вам понравится быть охраняемым свидетелем. Нунан настаивает, чтобы его арестантов кормили бифштексом – каждый день.

Я притворно закряхтел: «Не желаете помочь донести?»

– Да ну, не думаю, что оно такое уж тяжелое.

Хитрость удалась – я поволок свою добычу в укромную кабинку. Стол, стул; изнутри, правда, комнатка не запиралась – я подпер дверь стулом.

И высыпал на стол содержимое ящиков:

Папки, фотографии, разрозненные бумаги – грудой лежали на крышке стола.

В кожаном кармашке – связка из четырех ключей. «Браунелл'с Локсмитс, 4024, Уобаш Эйв, восточный Лос-Анджелес».

Отдельно лежавшие газетные вырезки – я расправил смятые:

Посмотрим – что у нас здесь:

Отпечатанные на машинке показания: Гленда Бледсо – Дуайт Жиллетт – убийство первой степени. Моя попытка скрыть вещественные доказательства – детальное описание от руки.

Показания Джорджа Инджа – отпечатанный на машинке оригинал и пять копий под копирку.

Увеличенные фотоснимки: отпечатки пальцев из дела Гленды – несовершеннолетней воровки и отпечатки пальцев на револьвере. Отчет экспертизы по сравнению отпечатков – под глянцем фотографий – перечень показателей совпадений.

Рапорт о местоположении свидетеля:

«Мистер Индж ныне проживает под вымышленным именем в одном местечке в районе Сан-Франциско – в каком именно, я раскрывать не буду. Я могу связаться с ним по телефону; я снабдил его деньгами, с тем чтобы он мог укрыться от посягательств лейтенанта Дэвида Д. Клайна. Я в любой момент могу связаться с ним и заставить его давать показания по делу „округ Лос-Анджелес против Гленды Луизы Бледсо"».

Щелкнул мой персональный детектор лжи: Индж смылся по собственной инициативе – готов об заклад побиться.

Страницы, исписанные от руки, – каракули, перечеркивания – и половины не разобрать:

(Неразборчиво.) «У меня есть изложенные на бумаге факты» – (снова неразборчиво). «Он уже потратил целое состояние» (неразборчиво) – чернильные кляксы. «Так что он уже потратил целое состояние, манипулируя сотрудником Джоном Дьюхеймелом» – кляксы – «Ну

разумеется, он ведь сынок богатенького папочки, который умер (апрель 1958-го) и оставил свои миллионы ему».

Каракули, рисунки – пенис во всех подробностях – треклятый пидор-торчок Джуниор. «Богатенький сынок» – Эксли – нетрудно догадаться – «манипулируя сотрудником Джоном Дьюхеймелом» – тоже тайна невеликая. Каракули, рисунки – пистолеты, неразборчивый бред. «Манипулируя тем, в историю которого невозможно поверить». Пятна от кофе – кляксы – вновь рисунки мужского достоинства – «См. папку „Доказательства № 1».

Где она у нас… ага, вот:

Газетные вырезки – середина апреля 1958-го. Слезоточивые истории:

Джонни Дьюхеймел уходит в профессиональный спорт – его «состоятельные» родители погибают, оставив ему лишь долги – все, что осталось, идет на оплату учебы в Калифорнийском университете. Джонни учится, работает на трех работах – какие уж тут планы карьеры профессионального боксера? В университете сказали: либо ты платишь долг за учебу, либо тебя исключают.

Четыре вырезки – та, что у меня в руках, – «Лос-Анджелес Таймс» от восемнадцатого апреля сего года; также там имелись вырезки из той же газеты от двадцать четвертого апреля, второго и третьего мая.

Странно:

Четыре выпуска лос-анджелесской ежедневной газеты – ни одного нового факта, ни одного нового направления поиска. Только подтверждение слов Боба Галлона о том, что родители Джонни погибли банкротами.

Прочее содержимое папки «Доказательства N°1» – фотокопии документов. Сразу вспомнилась квартира Джуниора – и фотокамера «минокс».

Фотографии под номерами 1, 2, 3 – бланки Первого национального банка: счета – депозитный и до востребования – на имя Уолтона Уайта, 2750, Норт-Эгмонт Лос-Анджелес. На обоих счетах – по тридцать штук: забавно – нумерация домов в Норт-Эгмонте заканчивается на 2400-х.

Заметки на оборотной стороне:

№ 1: «банковский служащий описал „Уолтона Уайта" так: „странно знакомое лицо", невысокого роста, светлые волосы, которые уже начали седеть, очки, лет под сорок».

№ 2: «показал банковскому служащему журнальную фотографию Эдмунда Эксли. Тот подтвердил, что это и был „Уолтон Уайт", который и открывал счета».

№ 3: «тот же служащий показал, что „Уолтон Уайт" (Э. Э.) незамедлительно потребовал незаполненные банковские чеки, чтобы сразу начать перечисление денег».

Внезапно стало жарко – я обливался потом.

Фото № 4 – 6: погашенные чеки «Уолтона Уайта». Четыре тысячи, еще четыре, пять штук – 23. 04, 27. 04 и 30. 04. 58.

На имя:

Фрици Гунтца, Пола Смитсона, Фрэнка Бригантине

Ага: так вот откуда наши статейки.

Фото № 7 – также погашенный чек. Одиннадцать с чем-то штук, выписан на имя Фонда бывших выпускников Калифорнийского университета. «Так что он уже потратил целое состояние, манипулируя сотрудником Джоном Дьюхеймелом».