Белый Дух
Шрифт:
– Вы даже знаете, кто меня рекомендовал! И вы в курсе того, что мне говорили о гестапо!..
– Мне известно гораздо больше.
– Почему за мной следят? – Мария чувствовала себя подавленной. Воздух вокруг неё сгустился, сделался душным.
– Не только за вами. За всеми. Так положено. Так устроен полицейский аппарат. Государство должно знать всё обо всех. Рейх опирается на абсолютное знание.
– На тотальную слежку, вы хотите сказать?
– Это вопрос терминологии. Уверяю вас, Мария, что человеку нечего бояться, если у него нет дурных замыслов… Хотите чаю или кофе? Может быть, коньяку?
– Чего-нибудь. –
Карл открыл дверцы старинного шкафчика и достал пузатые бокалы.
– Зачем вы хотели видеть меня? – спросила Мария тихо. – Это военное ведомство? Здесь всюду люди в форме СС.
– Нам нужно поговорить. – Он звякнул бутылкой, наливая коньяк. – Хочу предложить вам перейти работать ко мне. Вы получаете какие-то жалкие триста марок, сидите за машинкой с семи утра до пяти вечера. Так? Это скучно и бесперспективно.
– А у вас?
– Экспедиции, раскопки, древние рукописи, эксперименты. – Рейтер остановился перед ней и протянул бокал.
– Звучит заманчиво… Но почему я? Мы виделись всего дважды, и вы ничего не знаете обо мне, герр Рейтер. Я говорю не об анкетных данных, а о моих склонностях, пристрастиях, слабостях. Или вы осведомлены обо всём?
– У меня есть веская причина.
В его глазах Мария уловила что-то такое, чему она не могла подобрать определения, но что она отнесла на счёт мужского интереса к женщине.
– Вам нужна именно я?
– Да.
– Зачем? Вы хотите затащить меня в постель?
– Фройляйн, поверьте, что у меня с этим нет трудностей. Любая женщина Рейха с радостью ляжет со мной, – произнёс он насмешливо. – Я не думал, что вы такого плохого мнения обо мне. Вдобавок не забывайте, что в вас есть примесь неарийской крови. Такие связи не одобряются, а иногда за них можно и пострадать. [4]
4
Весной 1940 года Гитлер приказал министру внутренних дел немедленно уволить всех чиновников, «лишённых чувства национальной гордости», и конфисковать их имущество. Имелись в виду гауляйтеры на территории Польши, позволившие себе вступить в сексуальную связь с польскими женщинами.
– Ваши службы отслеживают даже личную жизнь членов партии?
– Что поделать! – Карл пожал плечами и глотнул коньяка. – Таковы реалии. Некоторые особенности нашего общества меня огорчают, но с ними приходится мириться. Я принимаю обстоятельства такими, какие они есть, и это даёт мне возможность заниматься любимым делом. Вы необходимы мне для моей работы.
– Но я ничего не смыслю в археологии. И я не историк.
– Вы нужны мне по другой причине, Мария. Мой астролог сказал, что мы с вами связаны мистически.
– Астролог? Какая жуткая мешанина: древние рукописи, раскопки и астрология… Похоже, в Германии все просто помешались на астрологии. – Она слабо улыбнулась.
– На приёме у фон Штрассена я сразу обратил на вас внимание. Внутреннее чутьё. Это вам знакомо? Астролог лишь подогрел мой интерес.
– Любопытно. Что же он поведал вам?
– Об этом позже. Давайте я для начала покажу вам мои владения.
Она поставила на стол пустой бокал.
– Спасибо за коньяк. На
Он подал ей руку, и она поднялась из кресла.
– Что это за эмблема? – спросила она, указывая на небольшой золотой значок на груди Рейтера, напоминающий перевёрнутую букву «Т» и украшенный вязью тонких рунических узоров.
– «Аненэрбе», – ответил он и уточнил, увидев, что собеседница не удовлетворена ответом: – Общество «Наследие предков». Мы восстанавливаем древнюю культуру Германии, опираясь на опыт мировой дохристианской истории. Мы работаем под личным контролем рейхсфюрера СС. Надеюсь, вы понимаете теперь, насколько серьёзна эта работа и насколько обширны наши полномочия. В «Аненэрбе» входит более пятидесяти научных институтов…
Он провёл её по пустынным коридорам в подвальные помещения.
– Здесь хранилище? – поинтересовалась Мария.
– Тут можно найти уникальнейшие предметы старины.
Возле дверей стояли два охранника. При появлении штандартенфюрера они синхронно щёлкнули каблуками и выбросили вверх правые руки, отдавая нацистский салют.
– Входите. – Карл пригласил спутницу внутрь.
Сразу за дверью находился письменный стол, заваленный стопками бумаги. Сидевший за ним худощавый писарь стремительно вскочил и тоже отдал честь. Рейтер небрежно махнул ему рукой, позволяя сесть.
Склад был уставлен деревянными и металлическими ящиками. Всюду меж ними стояли большие и малые статуи, вазы, сосуды всевозможных форм и расцветок.
– Полюбопытствуйте, – сказал Карл, подходя к одному из деревянных коробов.
Он поднял крышку, едва не поцарапав руку торчавшими из досок гвоздями, и вытащил из соломы предмет, напоминавший небольшой щит. Золотой ободок был сделан в виде плетения, середина инкрустирована бирюзой разных оттенков и несколькими небольшими золотыми пластинами, выложенными в виде какого-то угловатого знака.
– Нагрудное украшение Ацтеков, – пояснил он. – Взгляните, какая дивная работа.
Он обеими руками приложил украшение к её груди.
– Чувствуете прикосновение времени? – спросил он тихо.
Десять золотых конусов, подвешенных по нижнему краю щита, тонко звякнули, заколыхавшись.
– Жаль, я не понимаю смысла этого знака. – На лице Карла появилась досада.
– Вы убеждены, что все нанесённые орнаменты несут какой-то тайный смысл? – спросила Мария, поглаживая украшение.
– Без сомнения. Те, о ком принято говорить как о дикарях, были гораздо ближе к истинным знаниям, чем нынешние цивилизации.
– Странно слышать это от представителя СС. Насколько я понимаю, вы бьётесь за чистоту арийской расы и считаете всех, кроме немцев, людьми неполноценными.
– Видите ли, Мария, – он доверительно понизил голос, – наши руководители сильно запутались. Они смешали всё в одну кучу. Я вынужден пользоваться термином «арийцы», хотя не считаю его верным. Никаких арийцев нет и в помине. Но есть другое… Человечество стоит перед серьёзной проблемой. Оно деградирует на глазах. Пришло время перетрясти планету и очистить её от мусора. И в этом я согласен с политикой партии. Многое следует разрушить до основания. И прежде всего я говорю о людях. А вот знания мы будем хранить и оберегать. В этом я вижу мою главную задачу. Истинные знания придётся собирать по крупицам.