Белые стяги победы

Казаков Дмитрий Львович

– Доброе утро. Вставай, что ли, – сказал он, обнаружив, что девушка не спит, и ее обдало смачным «ароматом» перегара. – Отправимся скоро, вот только набьем брюхо, – и возница похлопал себя по животу.

Дождь прекратился, но облака никуда не делись, так и остались висеть над землей плотным занавесом. Отдельные солнечные лучи сумели пробиться

через него лишь в тот момент, когда гномий обоз выбрался на дорогу и покатил дальше на запад.

Пегас болтал, точно так же, как вчера и позавчера, рассказывал анекдоты, более бородатые, чем старейшина из Снежных гор. Джадия слушала, время от времени издавая одобрительное хмыканье, но любые попытки возницы «познакомиться поближе» пресекала.

Миновали деревушку, прижавшуюся к берегу озера, и потянулся лес, достаточно старый и мрачный, чтобы в нем имелась какая-нибудь пакость. Охранники перестали трепаться, зашарили взглядами по зарослям, и девушка подобралась тоже, положила руку на меч.

Громкий скрип пронесся над чащей, и впереди, чуть не шарахнув по голове лошадь Рацибужа, упало дерево. Скакун купца взвился на дыбы, так что тот едва удержался в седле, и в тот же момент с двух сторон по обозу ударили лучники.

– Вот курва! Рази гнид! – рявкнул Пегас, выхватывая огромный топор, а с той телеги, что ехала позади, донесся вскрик – летучий снаряд нашел цель, воткнулся в одного из бородатых нелюдей.

Джадия соскочила на землю, и ринулась в заросли, на ходу выхватывая клинок – если ты родилась в варварском племени, то должна кидаться в бой, не раздумывая, да еще и вопя от радости. Затрещали ветки, и она налетела на мужика в рванье, вооруженного луком и с мечом на поясе.

Тот на миг задумался, то ли стрелять в нее, то ли хвататься за эфес, и этого мгновения девушке хватило. Она ударила в горло, дергающееся тело упало наземь, и по буро-зеленой подстилке из иголок заструился алый ручеек.

Джадия развернулась туда, где, судя по звукам, прятался второй разбойник, но там через лес с воплями ломился

кто-то из гномов. Побежала, держась вдоль обочины, и вскоре налетела на двух могучих головорезов, таких же оборванных и грязных, как и первый.

– О, девка! – рявкнул один, и заухмылялся плотоядно, но улыбка исчезла с его рябой физиономии, стоило воительнице увернуться от выпада топором и самой перейти в контратаку.

Получив тычок в бок, головорез завыл, попытался метнуть оружие, но Джадия увернулась и убила рябого одним ударом. Второй попытался удрать, но из-за спины девушки вылетел топор и вонзился трусу между лопаток.

– Клянусь пальцами Урда, это я удачно попал! – прозвучавший между деревьями голос принадлежал Рацибужу, а вслед за голосом явился и сам купец в сопровождении верного Цайнеке – помощник воинственно топорщил бороду и сжимал шестопер, настолько же полезный в бою с разбойниками, как сковородка.

– Тут опасно, могут быть еще, – сказала Джадия.

– Ерунда, они все удрали, понятное дело, вон мои за ними гоняются, – и Рацибуж махнул в ту сторону, откуда доносились лихие вопли, топот и удары, наводившие на мысли о твердых головах, что входят в соприкосновение с древесными стволами. – Молодец, девчонка, хотя чего еще ожидать от Седых Волков?

Она изобразила кровожадную ухмылку, а купец подошел к убитому и вытащил оружие из его спины. Осмотрев лезвие и осторожно потрогав его, он повернулся к «Зарине» и заявил:

– Если в армию Ардила не завербуешься, то найди меня, возьму в охрану. Отправимся из Гардза мы дней через пять, надо там кое-чего прикупить, ну а отыскать меня можно на постоялом дворе «Сердце гор», что в гномьем квартале, на Малой Шахтной улице. Поняла?

Джадия кивнула и подумала, что Рацибуж, если в самом деле задумает нанять ее, то запросто разорится. Вернувшись к своей телеге, обнаружила очень довольного Пегаса, счищавшего кровь и мозги с лезвия топора.

Конец ознакомительного фрагмента.