Белые силуэты
Шрифт:
Ее разбудил телефонный звонок. Звонил незнакомец, представился полицейским. Рина уже хотела послать его, подумав на мошенника, но он говорил странные вещи…
Сквозь сон в сознание просочилась страшная чудовищная мысль – Кир умер? Он попал в аварию. Как такое может быть? Может, он все же выжил, и полицейский ошибся? Он же не врач.
Звенящая тишина накрыла в пустой квартире. Никто не шуршит одеялом, никто не гремит на кухне чашками, никто не шаркает тапочками, никто не ругается и не высказывает подозрений… И соседи молчат, будто в таком же шоке, как и Рина. Неужели это правда?
Он уехал, полный обид. Она сама отпустила его и позволила умереть. Она сама отпустила его в объятия смерти. Если бы она не наговорила столько мерзостей, он остался бы жив. И пусть бы они расстались не в силах продолжать пытку, но он был бы жив.
Черная бездна горя и разрастающегося чувства вины начала засасывать Рину. Она щупальцами подбиралась к ней, обматывалась вокруг шеи и затягивала петлю. Все сильнее, сильнее. Иногда не хватало воздуха, и начинала болеть голова. Рина теряла счет времени. Она могла провалиться в сон и проснуться посреди ночи или в четыре часа дня. Не помнила, что делала, на что тратила часы бодрствования. Сто чашек кофе, выпитых за несколько недель или месяцев, сто перекусов из того, что оставалось в холодильнике. Есть толком не хотелось, хотелось пить и спать. И пить не кофе.
Она не могла позвонить родителям, потому что их давно не было. Не было друзей, которым можно нормально поплакаться, были только знакомые, с которыми в тяжелые минуты говорить не хотелось, потому что между ними встанет стена непонимания.
Однажды Рине захотелось набрать его номер. Просто набрать номер и обнаружить, что на самом деле Кир не умер. Это все сон. И тогда бы она перестала чувствовать себя так плохо, будто виновата в его смерти.
«Я сейчас не могу ответить на звонок, перезвоните, пожалуйста, позже».
У Рины ёкнуло сердце, когда спустя пару недель она услышала голос, который навсегда замолчал. В тот вечер Кир ушел с телефоном, и она не знала, где и с кем остался телефон. Скорее всего, его отдали матери. Рина набрала еще раз и прослушала сообщение снова. Потом еще и еще раз. И так она продолжала иногда набирать номер и слушать.
Она наговорила Киру страшные вещи, любой бы отреагировал, как он. Надо было думать, когда она позволила ему выйти из квартиры. Или отобрать ключи. Тогда бы он не сел в машину.
Может, подсознательно она хотела закончить отношения? Потому что они были несчастливы. Но закончить не так. Не так.
«Я просто тварь», – думала про себя Рина и продолжала набирать его номер. До умопомрачения. Пока запись не изменится и не отпустит ей грехи.
3
Рине понравился коллега. Он был так мил с ней, открыто флиртовал, сыпал комплиментами, и она растаяла. Он умел ухаживать, не выносил мозг, ничего не требовал. Уже дважды дарил букеты, но она вынуждена была оставлять их на работе, чтобы не объясняться с Киром.
Кир редко дарил цветы. Даже по праздникам не всегда, потому что экономил деньги. Считал это пустой тратой. Он предпочитал практичные полезные подарки или милые сувениры вроде привезенной ракушки из другой страны. Они снимали квартиру, Кир копил на нормальное жилье, деньги тратились
Магазин, куда временно устроилась Рина, чтобы хотя бы немного участвовать в построении будущего, обрушил на нее поток новых интересных людей. Посетители улыбались ей и награждали комплиментами, сотрудники подмечали любезность и любили ее общество.
С коллегой, который дарил цветы, могли часами вести разговоры о музыке, кино и флиртовать. Рина сдалась через пару месяцев и подарила ему поцелуй. Страстный, долгожданный. Ей почти мгновенно стало стыдно за себя, но к коллеге тянуло невообразимо.
Кира она тоже хотела, и он хотел ее, они регулярно занимались любовью, но новое чувство отравляло, увлекая в дерзкую тайну интриги. Рина понимала, что это мимолетно, и уговаривала себя, что простые поцелуи не измена. Коллега был женат, он тоже не лез на рожон, и сбрасывать напряжение смелыми ласками казалось подходящим выходом для обоих.
Рина начала тщательнее выбирать одежду на работу, чтобы дразнить коллегу красивой картинкой. Киру конечно не нравился выбор. Он считал, что некоторые платья совсем не для работы, а для демонстрации себя.
– По-твоему, я должна выглядеть, как серая мышь? Лишь бы на меня никто не смотрел?
– А зачем тебе, чтобы на тебя кто-то смотрел? У тебя есть я. Тебе не достаточно?
– Женщины любят внимание.
– Какие женщины?
– Любые.
– Нет уж, приличным женщинам на внимание плевать, если они уже обязали себя отношениями. Но мне же ты досталась, так что приходится терпеть.
– Я неприличная женщина?
– А ты как считаешь? Думаешь, нормально одеваться на работу, как в ресторан? Что я должен думать? Для кого ты там стараешься? Явно не для меня. Но тебе плевать на мои чувства. Ты только отмахиваешься, как от назойливой мухи. Отпусти уже меня, не мучай. Скажи, зачем я тебе такой? Я ревнивец с вечными психами в голове, а ты красивая девушка, которая может найти кого-то получше.
– Люблю я тебя! Люблю, понятно?!
Она отшила коллегу на следующий день. Ее бесила взбалмошность собственного характера. Рина действительно была не уверена, что Кир ее судьба. Они постоянно выясняли отношения, и когда его обуревала ревность, он мог наговорить гадостей, а потом извинялся. А она мстила за его оскорбления вниманием других мужчин.
Поначалу Рина была влюблена без памяти, дарила ему все внимание и не смотрела на других, она любила жадно и страстно. Но Кир с каждым годом, с каждым месяцем душил ревностью, не верил, что она могла обратить на него внимание, сомневался, источал неуверенность, плакал, когда ему было больно, когда выдумывал несуществующие связи, и Рина теряла веру в их отношения, несколько раз уходила, но потом все равно возвращалась. Пыталась строить отношения с кем-то другим, но к Киру тянуло неизменно, и постепенно их связь превратилась в парадокс. Рина не заметила, как начала намеренно искать чужого внимания, как будто наказывала Кира. Он не мог остановиться ревновать, выдумывать поклонников, и ей надоело оправдываться за то, что она не совершала. Теперь хотя бы он ревновал не просто так. Он сам сподвиг ее на это.
Конец ознакомительного фрагмента.