Белые росы
Шрифт:
— Вроде принятия на работу маглов.
— Да, или кентавров. Представляете лошака в качестве преподавателя? А Дамблдор чуть не нанял одного. И если с вами я бессилен, то копытное порога школы так и не переступило.
Катерина приподняла брови, в красках представляя себе подобную картину. Кентавров ей видеть ещё не доводилось, хотя она и знала от Филча, что целое племя их живёт в Запретном лесу.
— Ужасная перспектива, — почти искренне почувствовала она Снейпу. — И от меня не отделаться, и обязанностей своих не выполнить. Вас, случаем, с работы не выгонят?
— Маловероятно. В Министерстве мало желающих
— Профессор, неужто вам не чужд мазохизм?
— Я бы предпочел, чтобы Вы называли это ответственностью и чувством долга.
В ответ на эту беспардонную ложь Катерина только фыркнула, не скрывая скепсиса.
— Вы злая, циничная женщина, — фальшиво пожаловался Снейп, допивая свой напиток. — А я ведь пришел, чтобы предложить вам помощь.
— Очень интересно, я вся внимание, — наклонила голову Катерина, не ожидая, впрочем, многого.
— За прошедшее время я заметил, что вы не очень хотите здесь находиться, но единственная возможность оставить должность технического работника — выполнить желание замка. Чем быстрее вы поймёте, что от вас надо, тем быстрее я смогу от вас отделаться. Следовательно, я намерен оказать вам посильную помощь в поисках. Конечно, из-за специфики своей работы, вы уже много узнали о Хогвартсе, но в школе есть места, куда вам, как маглу, попасть нельзя, и я могу вам в этом посодействовать.
Катерина внимательно глянула на профессора. Она прекрасно знала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и у нее не было причин доверять этому человеку.
— И что же вы попросите взамен, профессор?
— Вы не только злая, но ещё и считаете окружающих корыстными? Мисс Лассер, разве не могу я сделать этого из чистого гуманизма, желая помочь ближнему своему?
— Давайте мы забудем, что вы бормотали подобную чушь.
— Хм, возможно, мне просто неприятно видеть в стенах замка ваше вечно недовольное лицо, и, избавившись от вас, я выполню свою работу и, наконец, смогу спать спокойно?
— Да, желание избавиться от меня больше похоже на правду. Хотя трудно поверить, что вы не потребуете за оказанные услуги мою правую руку или ухо.
— У вас в роду гоблинов не водилось? Своей подозрительностью вы раните мои чувства.
На эту инсинуацию даже отвечать не хотелось, Катерину слегка восхитило, как бессовестно Снейп объединил в одном предложении "ранить", "чувства" и "мои". Будто у этого скользкого типа действительно была тонкая, ранимая натура, ха! Чтобы задеть этого человека, мало было усомниться в его порядочности — вряд ли профессор смутился бы, даже если бы она достала из его рукавов крапленую колоду.
— Обдумайте мое предложение хорошенько, и, если решитесь, давайте в среду после шести начнем поиски.
После профессор положил на стойку пару монет, коротко попрощался и стремительно удалился, направляясь обратно в школу.
Глава 8
Вместо того, чтобы надеяться на помощь "откуда не ждали", лучше вовсе ничего не ждать и помочь себе самому
Вернувшись домой после смены в баре, Катерина с удовольствием переобулась в теплые домашние сапожки и устроилась у очага в кухне. За месяц она достаточно обжила Визжащую хижину, и дом почти приобрел жилой вид. Старые стены прогрелись,
Временами она даже обдумывала дальнейший ремонт, но ее останавливала неизвестность и надежда покинуть это место в кратчайшие сроки.
Предложение Снейпа помочь звучало чрезвычайно соблазнительно, женщине ужасно хотелось согласиться, но от старых привычек не так-то просто было отделаться — только благодаря своей паранойе ей удавалось выживать в одиночку долгие пять лет, и просто так отказываться от доказанно полезных принципов было попросту глупо.
Расчертив на листе в блокноте два столбца, она начала обдумывать плюсы и минусы такого решения. Главный плюс был солидным — в случае успеха предприятия Катя могла уйти из школы очень далеко, никогда не вспоминая об этом зверинце.
Основным минусом оставалась неизвестность — она никак не могла поверить в то, что Снейп стал добрым самаритянином и предложил помощь просто так, бескорыстно, не сохраняя за пазухой никаких камней.
Вряд ли он потребует от нее левую почку или определенные сексуальные услуги — Катерина здраво оценивала свои внешние данные и не считала, что профессор страдает извращениями настолько, чтобы на нее покуситься. Однако он мог ударить ее по очень больному месту — по кошельку. В процессе поисков Снейп мог из вредности потребовать от нее выполнять какие-нибудь особо неприятные обязанности, которые нельзя доверить студентам и домовым эльфам. При этом, Катерину пугал не сам факт дополнительной работы, а то, что заработка это не сулило, и могло повлиять на ее подработку у Аберфорта, приносящую реальные деньги. И тогда — прощай, сладости, хороший чай и другие излишества, которые в обычной жизни Кате перепадали довольно редко.
Подумав ещё немного, Катя решила проигнорировать "жест доброй воли" от мутного Снейпа, не ходить никуда после работы в среду и попытаться разобраться со всем своими силами. С этими мыслями, протопив камин в спальне и плотно закрыв все двери и ставни, она спокойно заснула, не забивая себе голову этим вопросом.
Утром в понедельник, как ни в чем не бывало, Катя отправилась на работу, поеживаясь от лёгкого морозца. Под ногами похрустывал лёд на лужицах, ветер иногда путал полы неудобной мантии, но под мантией были крепкие ботинки и плотные брюки, так что это не доставляло беспокойства. Шагать по подмерзшей грязи было легко, и двухмильная прогулка доставляла удовольствие и бодрила.
Хотя идти приходилось по окраинам Запретного леса, в котором, как с удовольствием рассказывал Филч, водились кровожадные хищные звери, Кате не было страшно. Она все так же носила с собой дубинку, кроме того, ей доводилось в жизни встречать людей, более страшных, свирепых и кровожадных, чем любой монстр этого волшебного леса.
Подходя к воротам замка, Катерина ощутила лёгкое воодушевление. Несмотря ни на что, ей нравилось это место, и замок отвечал ей искренней добродушной привязанностью. Это ощущалось в мелочах и в том, насколько комфортно ей было в этих толстых, местами замшелых стенах.