Беллум
Шрифт:
Мы зашли в дом лекаря. Девушка шла впереди, заботливо закрыла дверь, разделась, поставила кипятиться воду.
Расположились вновь за тем же столом. Табуретка подо мной еле заметно скрипнула. Никто не связывал, допроса не последовало.
Протерев стол от пепла, она водрузила две чашки с чаем. Пар так и летал над ними, задорно играя у самой глади.
– Как ты... это делаешь?
– Фокусы...
– многозначительно пожимаю я плечами.
– Поверить только. Ты можешь вылечить столько.... Сколько у тебя осталось маны?
– Я не маг.
–
Я молча отпил, показывая, что мне не особо хочется продолжать разговор.
– Хе... Пожалуй... Пора платить по счетам?
– произносит она с чашкой в руках, словно готовится к расстрелу.
– Так-так-так... Что бы мне попросить...
Свечи вновь колыхнулись. Огонь дрогнул от резкого дуновения ледяного дыхания...
– Может мне сперва взять глаза? Ноги? Или сразу сердце вырвать? Ты бы не смогла больше чувствовать...
– я с шумом вдохнул, смотря на бледнеющую Димитру - Как быстро бъeтся твоe сердечко...
Она с секунду думала. Затем стукнула чашкой по столу, расплескав половину содержимого. Я уж подумал, что сейчас она ударится в истерику, начнeт проклинать меня всеми богами и пятиться к выходу.
– У-у у меня ведь ещe пол ночи есть в запасе, да?
– в глазах мелькнула надежда, вперемешку с отчаянием.
Я опешил. Потом вспомнил. Да. Мой прокол. Плохой из меня коллектор цены демонических услуг. Контракт не выполнен полностью.
Короткий кивок и девушка быстро срывается с места. Ага. Убежать хочет? Не тут-то было. С первыми петухами заберу жизнь на фоне рассвета. Последнее, что она увидит - мой силуэт на фоне встающего солнца.
Еe жизнь меня мало интересует. Но если я не сделаю этого, получится так, что это я вмешался в судьбу мира. Через тысячу лет предки этих людей создадут города, приближая смерть планеты. Насколько я укоротил жизнь этого мира? На сотню лет? Двести? А так, если я возьму за это что-то взамен, то будет так, что ей просто повезло меня найти. Просто так случилось. Это не моя прихоть. Это еe желание, которое будет влечь за собой последствия которые станут уроком для других. Да и род у неe многочисленный. Сколько же человек я разом лишу жизни?
– Нус... Пора за н...
"За ней" - девушка с большим усилием поставила на центр стола увесистую бутыль.
– Тогда - выпьем! Это моe желание. Последнее...
Кажется, я поспешил с выводами. Мутная жидкость внутри говорила о том, что продукт запечатан давно. Качество стекла далеко от идеала. Она берегла это для особого случая? Или подарок непьющему?
– Я не пила никогда, но раз уж это мой последний день, то о вреде алкоголя думать не стоит?
– Пожалуй.
– Согласился я.
Пролетел первый час. Я не знаю как сказать об этом Димитре. Время тут измеряется по иному а на пьяную голову лезть в изучение культуры мира не очень хочется. Да и зачем нам знать сколько времени прошло сначала веселья? Уж ей-то точно не хочется знать сколько осталось до рассвета.
Девушка говорила о своeм детстве. Род лекарей, часть представителей которого
Димитру же, из-за скудного запаса навыков отправили в глушь как виконта, а, в последствии разорения отца - в качестве рядовой единицы целителя. Титул целителя стоит ниже рыцаря, но выше крестьянина.
– А знаешь! Я ведь могла отучиться на лучшего целителя!
– Почему не стала?
– Ректор захотел больше, чем мы смогли предложить. Так часто бывает. Единственная академия у нас в столице, а вся еe верхушка давно прогнила.
– Ясно...
– Порой... Мир слишком жесток. Отца и матушки не стало прошлой осенью. Маны постоянно не хватает, заработок от работы лекарем есть, но...
– Но?
– Но одной тяжело...
Мне стало жаль девушку. Я бы с радостью отправил на тот свет с тысячу таких чиновников как то ничтожество в нашем мире вместо жизни праведника, но... Я должен вести себя как обычный человек. Даже то, что я ей помог сегодня - было ошибкой. Она бы прожила отличную жизнь и... Нет. Стоп. Мы больше не заглядываем в будущее! Одно моe появление уже и так ей всe испортило...
– И... Я...
Она замешкалась. Опустила принесeнный фужер на стол, помяла край лeгкого платья, в который успела одеться. Не пожелала умирать в одежде лекаря.
Она приблизилась вплотную. Я почувствовал как дрожит еe дыхание. Как она сомневается сказать лишнее.
– Так... Хотелось бы... Чтобы рядом... Кто-то был.
– С горечью произнесла она и была абсолютно честна в своих словах. Да. Грешен. Проверил на ложь. Она приятный человек и мне жутко не хотелось осознавать то, что она врeт поддавшись алкоголю.
Девушка была готова вот-вот разрыдаться. Я взял табуретку, подсел ближе. Говорят перед смертью человек показывает себя настоящего.
Она выглядела грусной. Опрокинула очередной фужер. Уставилась в одну точку, стараясь не смотреть мне в глаза.
– Позволь... Сегодня побыть с тобой...
– уже я приблизился к ней вплотную, приобнимая за талию.
– Я ещe никогда...
– Я знаю...
Мы переместились в еe комнату в жарком танце благодараря бога за то, что больных сегодня не было. Одежда полетела в сторону, оголяя тело едва заметной прохладе комнаты.
Из-за алкоголя голова лeгкая. Прежде чем успеваешь подумать о действии, твоe тело уже совершает рывок.
Димитра изгибается в такт, выпуская, короткий, робкий вскрик и вздохи, переходящие в стоны. Голова выключена. Есть только тело и душа.
Нет никаких проблем, забот, или планов. Завтрашнего дня может вовсе и не быть. Есть только она и я в этом круговороте ощущений всего того, что я хочу в ней и чего она хочет во мне.
...
Завершили только к предрассветным сумеркам. Она без сил упала на кровать, забыв обо всeм, что будет после. Я остался недвижим рядом с ней, ухватив в замок руку которая отказывалась отпускать меня и на короткий миг. Ту руку, которая поклялась отнять у неe жизнь.