Белка

Бушов Сергей Александрович

– Добрый день, Егор Тимофеевич.

– И ты здравствуй, - ответил Пахотнюк. – Помнишь наш последний разговор?

– Как не помнить… - Домкрат потер натёртые кандалами запястья.

– Ты и правду можешь Белку убить?

– Попробовать могу.

– Если справишься – забирай Марьянку, куда хочешь. И на кой хер она мне сдалась? А если нет – чтобы больше я тебя не видел даже поблизости.

– Что за Марьянка? – постарался припомнить Домкрат.

– Ну, Галя по-ейному. Дочка моя. Согласен?

– Галя?

Согласен.

– Три дня тебе сроку. Иди. Идти-то можешь?

Домкрат покачнулся.

– Дадите выпить – смогу.

– Твердищев, налей ему вон из мензурки.

– Ишь ты, - пробормотал Твердищев.
– А я думал – микстура какая.

– Толку-то от криворотовских микстур, - пробурчал Пахотнюк.

Домкрат влил в себя спирт. Обожгло губу. Прослезился.

– Будет вам Белка, - сказал он, отстранился от Твердищева и, похрамывая, пошел к выходу.

В коридоре на него накинулась Галя. Обнимала до хруста в больном плече, лобызала, гладила, приговаривая:

– Миленький мой, дорогой мой Домкратик…

– Осторожно, - сказал Домкрат.
– Губу больно.

– Я слышала всё. Я с тобой уеду. Куда скажешь.

Домкрат улыбнулся.

– Это хорошо. Только Белку вначале надо поймать.

– Поймаем. Я с тобой пойду.

– Ещё чего!

– Я тебя не брошу. Вдруг с тобой что случится, а я и знать не буду? А вдруг со мной что? Давай уж вместе, а?

– Ладно, - сказал Домкрат. – Мне отдохнуть надо и подготовиться. Завтра у входа в парк, с третьими петухами.

– Да петухов-то уж и не держит никто.

– Да? – Домкрат немного опешил.
– Ну, тогда в восемь.

– Буду.

…Наутро они встретились у ворот парка. Галя была свежа и хороша как никогда – в коричневом прогулочном платье, обшитом белой кружевной тесьмой, при английской шляпке с розовой лентой да зонтике от солнца. Домкрат тоже не подкачал – надел чистые портки, рюкзак за плечи. Да и синяки побледнели, а на правом глазу припухлость спала.

– Ну, пошли, - сказал он, и они по тропинке направились в лес.

– А в рюкзаке что? – спросила Галя.

– Да так, припасы по мелочи и оружие.

– Оружие? Покажи.

Домкрат извлек из рюкзака абсолютно фантастического вида конструкцию, похожую на металлическую трубу, слегка расширенную спереди, с рукоятью и светящимися циферками сверху.

– А что это? – спросила Галя.
– И где ты это взял?

– Ракетница. Игрушку одну взломал компьютерную.

– Как это?

– Э… Ну, трудно объяснить. А ты вот ножичек держи.

Галя взяла в руку нож, вынула из чехла, потрогала дол и зазубрины на лезвии.

– А сейчас я тебе одну штуку покажу, - Домкрат, как мог, подмигнул, снял с себя рюкзак и взял в руку ракетницу.
– Называется «рокет джамп». Ну, ракетный прыжок то есть.

– Я знаю по-английски, - кивнула Галя.

– Кхм. Смотри.

Домкрат разбежался, подпрыгнул и в тот же миг выстрелил из ракетницы себе под ноги. Взрывом его подбросило высоко в воздух, перекувырнуло, после чего он камнем грохнулся оземь. С минуту лежал на спине, закрыв глаза. К его многочисленным повреждениям добавилась опалённая спереди шевелюра и слегка оплавленная куртка.

– Ты жив? – спросила Галя, склонившись над ним и уставив на него пенсне.

– Вроде… - Домкрат привстал и потёр голову.
– В игре почему-то не было больно… Помоги встать.

Домкрат подобрал рюкзак, и они побрели дальше.

– А как мы Белку найдем? – спросила Галя.

– Я надеюсь, она нас найдет. По запаху. Все звери лесные больше носу доверяют, чем глазам. А чем люди сильнее всего пахнут?

– Ну… Перегаром, наверно.

– Правильно. Заметь – Белка ни разу в городе на трезвого человека не нападала.

– А где бы она нашла тверёзого-то?

– Тоже верно, - вздохнул Домкрат.

– И потом – я трезвая, ты вроде тоже.

– Так у меня водка с собой.

Они уселись на пенек и стали пить из пластиковых стаканчиков тёплую водочку, закусывая прихваченными Домкратом лепёшками.

Потом, дойдя до нужной кондиции и вполне удовлетворённые производимым ими ароматом, двинулись в путь. Шли долго, всё больше кругами, поскольку решили, что Белка не должна уходить слишком далеко от города. Пошёл дождик, и Галин зонтик от солнца моментально промок, так что она, несмотря на опьянение, начала дрожать, и Домкрат обнял её за плечи.

Лес выглядел мрачным – разлапистые ветки тёмных елей, густой мох, поваленные сухие деревья, паутина и серое тяжелое небо в вышине. У Гали скоро устали ноги – не догадалась она сменить свои башмачки на высоком каблуке на что-то более подходящее для прогулок по лесу – и они то и дело присаживались на пенек и попивали вкусную водку.

Когда начало смеркаться, Домкрат забеспокоился. Фонарика с собой он не взял, всё в лесу было сырым, и огонь развести представлялось затруднительным. В темноте же они представляли слишком легкую добычу для Белки. К тому же они поняли, что совершенно потеряли ориентацию, и непонятно было, в какую сторону двигаться, чтобы выбраться из леса. Очень хотелось спать - давали себя знать усталость и выпивка.

– Что же я за идиот?
– корил себя Домкрат.
– У меня же и компас дома есть, и фонарик, и зажигалка бензиновая - без бензина, правда, и без кремня…

– Ты не идиот, - возражала Галя. – Ты просто не подумал…

– Чу! – сказал Домкрат. – Слышала?

Они замерли. Поодаль хрустнула ветка. Потом другая, ближе. Домкрат вгляделся в полумрак и увидел вдали, возле ствола высокой ели, два круглых жёлтых огня.

– Нашла, - сказал он шепотом.
– Ну, сейчас ты у меня получишь…