Белая ночь
Шрифт:
Поварихой например. Я тебя с моей Таней познакомлю. Такая жизнь начнется! Нам люди всегда нужны.
Много раз потом она вспоминала этот день.
И думала передумывала, что могло бы из всего этого получиться, если бы она тогда согласилась. Если бы бросила свою библиотечную жизнь, авторитарную маму, если бы поехала на край земли, где живут и работают совершенно незнакомые ей хорошие люди.
Да нет, ничего бы у нее не получилось. Она сразу это поняла, когда услышала о «его Тане».
И
А может, она просто себя уговаривала, что все равно ничего у нее бы не получилось, чтобы не сожалеть о прошлом. Ведь теперь, когда она получила так много тайных знаний вместе со всеми, кто собирался у Анны Яковлевны на квартире, она точно знала, что сожалеть о прошлом нельзя. Это разрушает будущее.
Но он все-таки сделал для нее то, о чем она не посмела бы даже помыслить. Узнав от нее, в конце концов, истинную причину всех ее бед, он думал недолго.
— Так, так, так. — Он сосредоточенно барабанил пальцами по столу. И разговаривал вроде бы сам с собой, глядя в пол:
— Значит, что ты собираешься делать, ты не знаешь… Так, так.
Ну, и что мы должны предпринять в сложившейся ситуации? — Он потер переносицу. Я предлагаю тебе одну вещь. Только не пойми меня не правильно…
Через десять минут, допив на ходу чай, они опять выбежали из дома. И он опять тащил ее на буксире. Флора со своей медлительной речью так и не успела ни возразить, ни членораздельно поблагодарить. Уже через полчаса они, под возмущенные крики уборщицы, перепрыгивали через тряпку, заметающую следы последних на сегодня счастливых женихов и невест.
Без пяти семь они вломились в маленькую конторку районного ЗАГСа, и он сунул ей под нос пустой бланк заявления и ручку.
У них над душой демонстративно стояла работница ЗАГСа в застегнутом на все пуговицы пальто. И не уставая, повторяла металлическим голосом:
— ЗАГС закрывается, товарищи. Имейте совесть! Брачуйтесь в рабочее время!
Флоре было ужасно неудобно под взглядом этой дамы спрашивать такие вещи, которые женщине, вступающей в брак, неплохо было бы выяснить значительно раньше. Она просто пихнула его легонько в бок, и они, как по команде, вписали свои данные, а заодно и познакомились.
Тут она и узнала дату его рождения, отчество и фамилию. А имя его к этому времени она знала уже целый день…
Заявление Флора потом забрала. И оно так и хранилось в правом ящике буфета вместе со всеми важными бумагами. Это было единственное свидетельство того, что у Женьки Невского был отец. Печать в паспорте ставили только через три месяца. Но вернуться для этого он просто не мог. А через шесть — его уже не было на свете. Флора узнала об этом случайно. От
Тайга далеко не всегда бывает гостеприимной.
Глава 10
БЕЛАЯ НОЧЬ
К телефону Альбину просили постоянно. Мама смотрела на нее косо. Иногда не выдерживала, заходила после очередного звонка к ней в комнату и раздраженно отчитывала:
— О чем ты думаешь? У тебя экзамены! Сколько можно болтать по телефону? Я тебя просто звать не буду, так и знай!
Альбина с независимым видом молчала и продолжала заниматься своими делами.
— Я с тобой разговариваю! кричала мама.
— Я слышу, — спокойным до омерзения голосом отвечала Альбина.
— Что ты слышишь?!
— Что ты разговариваешь. Только, по-моему, ты орешь.
— А как мне на тебя не орать, интересно?
Ветер в голове. В институт не поступишь, стыд какой будет!
— Да при чем, при чем здесь телефон и мои разговоры? — возмущалась Альбина. — Может, у меня задание узнают и ответы сверяют.
— Что-то я не слышу, чтобы ты ответы диктовала, — язвительно замечала мама.
— А ты что, подслушиваешь? — Альбина оскорбленно смотрела на мать.
Так обычно заканчивались все их разговоры.
Звонили Альбине, конечно, далеко не по поводу задачек и ответов. Ирка все время обсуждала с ней фасон выпускного платья и его цвет.
Рассказывала всякие истории, при прослушивании которых Альбина вполне ограничивалась замечаниями вроде «вот это да!».
А еще через каждые два часа ей звонил Акентьев. Он рассказывал ей ровно один анекдот и прощался. Сначала он ее удивлял. Потом она привыкла. А когда он звонить переставал, начинала чего-то ждать.
Как-то странно у них получилось. После ссоры у Маркова все сильно изменилось. Наглый Акентьев взял и извинился перед ней. Да не просто так, а при всей компании. А в качестве компенсации морального ущерба пригласил ее в БДТ, где работал его отец. Отказаться было совершенно невозможно. И потом Пахомова так на нее смотрела, что ради одного этого взгляда надо было идти. Ей ужасно приятно было обставлять девчонок и заставлять их ревновать, даже если, сам предмет этой ревности был ей даром не нужен. Просто был в этом восторг победителя.
А Альбина в душе желала быть только первой.
В театре он совершенно задурил ей голову тем, что повел ее за кулисы, где она внезапно почувствовала себя как дома. Запросто познакомил ее с известным актером, назвав его дядей Славой, и угостил ее дорогим коньяком.
Вида она не подавала, но на самом деле была польщена. Вспоминая уроки своей искусной бабушки, она старательно изображала легкую скуку.
Восхищенно на слова его не реагировала. Когда ей хотелось открыть рот и захлопать глазами, сдерживалась. В общем, контролировала себя железно.