Белая фабрика

Глуховский Дмитрий

Ланге жестом подзывает Румковского. Тот подходит, снимая шапку.

Коппе. Знаете, кто я?

Румковский. Я не понимаю по-немецки, пан офицер.

Коппе. Эй, вы! Кто-нибудь тут говорит по-немецки?

Йосеф. Я.

Ланге. Ну-ка подойди. Шапку долой! Понимаешь по-нашему?

Йосеф. Да. Моя мать

была из Австрии.

Ланге. Переводи.

Коппе (Румковскому). Ты знаешь, кто я?

Йосеф. Ты знаешь, кто я?

Далее Йосеф будет говорить хором с Коппе, когда он как бы будет переводить синхронно Коппе на польский, и хором с Румковским, когда будет переводить Румковского на немецкий для Коппе.

Румковский и Йосеф. Пан начальник.

Ланге и Йосеф. Герр группенфюрер Коппе.

Коппе и Йосеф. Вы директор сиротского приюта, так? Хаим Румковский.

Румковский и Йосеф. Так точно, пан начальник.

Коппе и Йосеф. Мне рекомендовали назначить вас старейшиной евреев гетто Литцманнштадта. Можете приступать.

Румковский и Йосеф. Но у нас есть Еврейский совет, Юденрат. Такие решения… Они должны обсудить это… Такое назначение, пан начальник…

Коппе и Йосеф. Обсуждать это, боюсь, вам не с кем. Юденрат ликвидирован. Есть вы. И именно вы будете отныне отчитываться перед немецкой администрацией.

Румковский и Йосеф. Вы назначаете меня старейшиной евреев Лодзи?

Коппе и Йосеф. Литцманнштадта. Теперь этот город называется Литцманнштадт.

Румковский и Йосеф. Благодарю вас за доверие, пан группенфюрер.

Коппе и Йосеф. И вот что… Нам нужны будут помощники из числа евреев, чтобы следить тут за порядком. Нужно будет создать какую-то… еврейскую полицию. Разумеется, под нашим контролем.

Румковский и Йосеф. Я этим займусь.

Коппе и Йосеф. Потрудитесь проследить, чтобы этот вертеп прогорел до конца, а потом разровняйте тут все как следует. Идемте, Ланге. У нас еще масса дел.

Коппе бросает окурок в сторону пепелища. Эсэсовцы покидают сцену.

Румковский (Йосефу). Как вас зовут?

Йосеф. Йосеф Кауфман, пан Румковский.

Румковский. Йосеф? Прямо как моего брата. Кем работаете?

Йосеф. Я адвокат…

Румковский. Законник… И немецкий знаете. Слышали, Кауфман, нам тут придется самим поддерживать порядок. Не хотели бы вы помочь мне создать еврейскую

полицию?

Йосеф. Я? (Пауза.) Нет. Увольте. Эти люди у вас на глазах сжигают нашу синагогу… А вы соглашаетесь на них работать?

Румковский. Послушайте-ка, пан Кауфман. Допустим, я не соглашусь стать старейшиной. Согласится кто-нибудь другой. Какой-нибудь жулик или какой-нибудь головорез. А у меня ведь целый приют на попечении!

Йосеф (пожимает плечами). Дело ваше.

Румковский. Вы слышали, что он сказал: Юденрат ликвидирован. Их вызвала немецкая полиция к себе в Красный дом. И все. Больше их никто не видел.

Йосеф. Тем более. Зачем вам работать на убийц? Не берите грех на душу…

Румковский. Грех? На меня свалилась огромная ответственность, пан Кауфман. Наладить жизнь, быт, безопасность ста с лишним тысяч человек! Включая и моих сирот. В моих силах обустроить их жизнь достойно и оградить их от преследования. Так что лучше? Неужто отвертеться?

Йосеф молчит.

Румковский. Так что же, пан адвокат, вы мне отказываете?

Йосеф. Работа на вас будет работой на них. Прошу простить, пан Румковский.

Румковский. Экий вы благородный, принципиальный человек, пан Кауфман. Хорошо же, я вас услышал. Будьте здоровы.

6

Сосновый бор, поляна. На сцене появляются Коппе и Ланге.

Коппе. Как, вы говорите, называется это место, Ланге?

Ланге. Хелмно, герр группенфюрер. Язык сломать можно. Наши зовут его Кульмхоф.

Коппе. Да уж, Кульмхоф как-то поприятней звучит. Ну, лес славный, густой. От дороги ничего не видно. Так, значит, железнодорожная станция близко? Сколько времени в пути от Литцманнштадта?

Ланге. Полтора часа чистого времени по железной дороге.

Коппе. Полтора часа… Это, допустим, один состав может делать по восемь маршрутов за сутки. Там же, я полагаю, одноколейка?

Ланге. Так точно. Это хозяйственная ветка, для товарных составов…

Коппе. Ну, товарные мы и пустим. Вагоны для зерна вполне подойдут. Для скотины. Рассчитайте пропускную способность состава. Если ехать стоя.

Ланге. Я посоветуюсь с железнодорожниками и представлю расчет на этой неделе.

Коппе. До чего такая простая штука, как железная дорога, делает логистику более эффективной. О какой продуктивности можно было бы без нее говорить!