Бегущий За Ветром
Шрифт:
Хан взял саблю, примерился к дереву, замахнулся и ударил. Клинок прошел сквозь древесину почти без сопротивления, оставив чистый гладкий срез. Кублан-хану пришлось даже приложить усилие, чтобы затормозить движущийся по инерции клинок. Подрубленное дерево завалилось в сторону и рухнуло на землю.
— Ну, теперь ты мне будешь доверять? — с улыбкой спросил волшебник.
— Я буду тебе и доверять, и верить! — воскликнул Кублан-хан. — Прости, что сразу не признал в тебе друга!
— Ничего, у тебя еще будет для этого много времени.
— Правда?
— Конечно. На твой счет у меня далеко
Это заявление повергло Кублан-хана в оцепенение. Огромное кайвайское государство располагалось к востоку от степных владений разрозненных кочевых племен. Оно имело многочисленную армию, которая уже не раз отражала набеги степняков. Кроме армии, в Кайвае было много укрепленных каменных городов, которые не умели захватывать всадники.
— Я вижу, ты немного удивлен? — волшебник испытующе посмотрел на молодого хана. — Конечно, ты можешь отказаться.
Тот с видимым усилием произнес:
— Э-э-э, нет.
— Нет?!
— Э-э-э, это слишком неожиданно. Кто ты такой, что спокойно говоришь о завоевании Кайвая?
— Ох! Я забыл представиться! — спохватился волшебник. — Меня зовут Бегущий За Ветром.
Столбняк поразил Кублан-хана еще на несколько минут. Потом, справившись с непослушным языком и дрожащими губами, он смог пролепетать:
— Тот самый?
Бегущий За Ветром утвердительно кивнул головой, потом, оценив состояние молодого хана, предложил:
— Давай присядем вон на те большие камни. Я поподробнее расскажу тебе о Кайвае и о том, почему ты должен завоевать… нет, не завоевать, а СПАСТИ это государство…
Когда пыльная буря, прогнавшая спутников Кублан-хана, наконец утихла, всадники пришпорили лошадей и помчались на выручку своему господину. Однако, приблизившись к месту встречи с волшебником, они увидели, что Кублан-хан и его недавний противник сидят на камнях и мирно беседуют.
Завидев приближение свиты, хан повелительно махнул рукой. Всадники медленно приблизились и спешились.
— Сидите тихо! — приказал Кублан-хан. — Своим вниманием нас почтил сам Бегущий За Ветром!
— Бегущий За Ветром… — зашелестели приглушенные голоса.
Молодые степняки с детства слышали легенды о великом волшебнике, поэтому взирали на него, как на сошедшего с небес бога.
А Бегущий За Ветром, как ни в чем не бывало, продолжал говорить:
— …Некогда Кайвай был могущественной державой. Но теперь он ослаб. Ослаб изнутри. Его правители погрязли в роскоши и развлечениях. Армия разваливается. В Кайвае в почести актеры, поэты и музыканты. Крепости разрушаются, и вместо них архитекторы устраивают сады и парки. Народ платит непосильные налоги, чтобы содержать толпы тунеядцев. Еще немного, и Кайвай рухнет. Или народ восстанет против своих правителей, или внешний враг воспользуется слабостью страны и опустошит ее нашествием. И в том, и в другом случае простых людей Кайвая ждут беды и мучения. Я не могу этого допустить. Я хочу, чтобы в Кайвай влилась новая кровь, я хочу очистить эту страну, я хочу, чтобы красота гармонично соседствовала с силой…
Кублан-хан завороженно слушал Бегущего За Ветром. Его свита также притихла, постепенно осознавая, ЧТО предлагает им легендарный волшебник.
Пять
В Летнем дворце жили император Лайтэй, его многочисленная семья, еще более многочисленные придворные сановники и чиновники, а также совершенно неисчислимые слуги. Так как правители Кайвая последние сто с лишним лет предпочитали руководить страной из Летнего дворца, неподалеку отсюда были выстроены монастыри наиболее почитаемых святых сложной и чрезвычайно запутанной кайвайской религии, торговые представительства крупных купеческих союзов, резиденции послов соседних государств. Иностранцев никогда не забывали приглашать на роскошные дворцовые празднества, чтобы лишний раз напомнить о богатстве, могуществе и величии Кайвая.
Вот и сейчас на день рождения жеребенка собрались высокопоставленные кайвайские чиновники и царедворцы, генералы и адмиралы, монахи и придворные мудрецы, богатейшие купцы и иностранные послы, в том числе представители молодого, но быстро растущего и набиравшего силы ханства под названием Степной Ветер. Послы ханства были необыкновенно молоды и заметно выделялись среди седовласых, почтенных кайвайцев и подданных других стран. Хотя они были одеты в наряды из дорогого узорчатого шелка, некайвайский покрой которых выдавал иноземцев, а под мягкими струящимися тканями проступали рельефные стальные мускулы. И при себе послы имели не парадное, отделанное золотом и драгоценными камнями оружие, а простые сабли в слегка потертых ножнах.
Впрочем, на послов ханства Степного Ветра мало кто обращал внимание. Слуги низкими поклонами встречали прибывавших к парадным воротам гостей и вежливо, ненавязчиво приглашали их проследовать к главной площади, которая располагалась перед резиденцией императора Лайтэя. Своих лошадей, паланкины, повозки, кареты, колесницы и прочие транспортные средства гости оставляли в специально отведенных местах. По Летнему дворцу гостям (и особенно иностранцам) разрешалось передвигаться только пешком. Исключение составляли особые уполномоченные чиновники, обеспечивавшие безопасность императора, его семьи и высших сановников.
Проходя пешком по дворцовому комплексу, гости восторгались праздничными украшениями, которые специально для этого дня изготовили придворные архитекторы и оформители. На аллеях парков были расставлены статуи лошадей, выполненные в полный рост и раскрашенные столь искусно, что казались живыми. Стены зданий украшали гирлянды в виде лошадиных голов. На подвесках и высоких шестах красовались фонари из полупрозрачной промасленной бумаги, натянутой на решетчатый каркас. Фонари были вручную разрисованы узорами и фигурами, разумеется, тоже изображавшими лошадей. Фонари еще не горели, так как гости прибыли на торжество к полудню, но можно было представить, как украсят они дворцовый комплекс с наступлением темноты. А ведь готовился еще и праздничный фейерверк!