Бегущие по мирам
Шрифт:
– Эндерад, ты жив?
– Разве она даст спокойно умереть, – с досадой буркнул конопатый, но в его голосе неожиданно промелькнули веселые нотки.
– И не мечтай, – отозвалась я ехидно, – ты мне еще разговорчик должен, а от должников я так просто не отстаю.
Тут я обнаружила, что правитель разглядывает меня как-то странно, и вдруг вспомнила, что обещала вернуть их домой, когда тащила сюда, а на улице уже ночь. Прислушалась к себе – нет, рисковать не стоит, – и сообщила ему виновато:
– Кантилар, ты уж извини, но вернуться домой вам сегодня
– Да мы уже и не торопимся. – Он смотрел все тем же непонятным взглядом. – У нас теперь тут дела появились. Ты отдыхай, завтра поговорим.
– Вот твое мясо. – Хенна с подносом, уставленным тарелками, присела рядом, вгляделась в мое лицо. – Что ты чувствуешь?
– Голод, – честно сказала я, торопливо пододвигая к себе тарелку с разрезанным на ломтики куском мяса, и вонзила зубы в первый кусочек.
Черт! Да как они такое едят? Ведь оно же почти несоленое и жесткое, как подошва!
«Эх! – отодвигая тарелку и хватая холодный пирог, презрительно сопела я. – Не умеют дураки даже мясо жарить! Шашлык Дэса был в тысячу раз вкуснее. Кстати, там в корзине еще оставалось что-то…»
Но по мере того как я насыщалась, мысли постепенно возвращались к чему-то намного более важному, чем еда, и я точно знала, что это такое. Но вставать и идти просить прощения сейчас не было ни сил, ни желания. А стоило мне представить их оскорбленные и презрительные взгляды и любопытную толпу вокруг, как это неприятие вспыхивало с особой силой. Там же сейчас небось не протолкнуться от народа – лекари, женщины и вездесущая Янинна… Нет, только не сейчас. И не так.
– Хенна, – с сомнением покосившись на сидевшую рядом магессу, осторожно спросила я, – а ничего, если я сейчас пойду спать? У меня все равно сил нет. Да и вроде никого больше пока не нужно выводить, я слышала, что остальных привезут только завтра.
– Я тебя провожу, – кивнула она, поднимаясь и беря меня за руку, и мы пошли.
Но уже в дверях я вспомнила… А почему я не видела Найкарта? Тревога трепыхнулась слабой птичкой. Куда еще влез этот ненормальный? Стремительно обернулась и увидела, каким напряженным взглядом наблюдает за мной Кантилар. Да что же это такое? Что происходит, почему он так подозрительно себя ведет?
– Хенна, прости, но мне кажется, кто-то хочет что-то сказать, – забормотала я, поворачиваясь назад.
– Тут нет… маленькой комнатки? – шагнул Кантилар навстречу. – Или ты позволишь мне тебя проводить?
– Да, это будет лучше всего, – чувствуя себя в безопасности рядом с этим могучим воином, сразу согласилась я, – проводи.
Он молча подхватил меня на руки и понес прочь, и я ничуть не удивилась, что повелитель отлично знает путь к моей башне. Кстати, в холле никого из спасенных и магов уже не было, только смывали последние следы происшедшего поднятые по тревоге служанки. Я увидела среди них цветастое платье Сины и окликнула девушку, но она и сама уже заметила нас и бежала навстречу.
– Магесса… Ох! С вами все в порядке?
– В полном, не волнуйся. Пошли домой, Синжата,
– Страсть что творится, – докладывала Сина на бегу, – стенку сломали, пылища, ужас! Но они сказали, сами помоют… и лазят теперь через окно новой кухни… Дракоша новеньких кусает.
– А как тебе кухня? Ты проследила, чтобы тебе было удобно?
– Хорошая. И из окна все видно, кто идет, а кладовка вообще замечательная.
– Кто планировал! – Я специально болтала все, что приходило на ум, чтобы отвлечься от нехороших подозрений, и сказанное служанкой не сразу укладывалось в картинку.
А когда наконец сложилось и я осознала, что мы подходим к тому, от чего я сбегала, к любопытной толпе строителей, резко объявила:
– Стоп. Сина, иди наливай мне ванну, я приду через пять минут. – Проследила, как сообразительная девчонка бежит по дорожке к башне, и вежливо сказала правителю: – Спасибо, дальше я дойду сама. Только объясни сначала, что случилось с Найком?
– Ничего, – спокойно заявил Кантилар, поставив меня на дорожку, а потом вдруг повернул лицом к фонарю, заглянул в глаза и признался: – Я в замешательстве. Не могу решить простой вопрос: кто для тебя Найкарт?
– Ну ты и сказал, – охнула я, – простой вопрос! Что тогда называется у вас сложным? Но я отвечу, раз сама напросилась. Найкарт очень хороший, правда. Чем больше я его узнаю, тем все сильнее в этом убеждаюсь. Он честный, смелый, бесхитростный. И я боюсь, понимаешь, все сильнее боюсь его обидеть, сделать больно, он как-то незаметно стал мне другом. Я понимаю, что это очень плохо, мальчишки в классе говорили: пусть бы лучше пристрелила, чем предлагать дружбу. Но, Кантилар, я ведь тоже человек? И хочу любви, так же как и все. Но только взаимной, чтобы сначала полюбить и понять, до конца понять, что вот это – единственный нужный мне человек. Неужели это так много?
– Нет, – тяжело вздохнул он, – это не много. Для тебя в самый раз. А Найка я послал таскать ведьм. Специально послал, понимаешь? Там есть весьма хорошенькие, и я буду очень счастлив, если он… к кому-то потянется.
– Я тоже, – совершенно искренне заявила я, – он заслуживает счастья.
– Тогда я могу надеяться, что ты не станешь никого посылать за ним?
– Зуб даю! – поклялась я своей детской клятвой, с помощью которой удачно пристроила четыре своих молочных зуба и один папин. – Но если сам прибежит, прогонять не стану, извини.
– Спасибо, договорились, – кивнул Кантилар и хищно усмехнулся: – Я постараюсь, чтобы не прибежал. А обо всем остальном поговорим завтра. Спокойной ночи!
И стремительно унесся к храму. А я устало поплелась к крыльцу, думая только о том, как бы добраться до ванной.
– Заговорщики, – зло шипела тень, распластанная на нависающем над крыльцом козырьке и закутанная в маскировочный плащ воина. – Ну и как после этого доверять родственникам? Вот как чувствовал, что нужно самому за ним проследить! Зато есть и кое-что приятное – не ждал, что Таресса так волнуется.