Бегущая с демоном

Брукс Терри

Холодок пробежал по телу Росса, несмотря на жару. О'олиш Аманех.

— Такой крупный мужчина, ветеран Вьетнама?

Она бросила на него быстрый взгляд.

— Вы его знаете?

— Может быть. Существуют истории об индейском шамане, провидце. Он использует разные имена. Я знаю людей, которые встречали его пару раз, и тогда у него было другое имя. — Но об этом он не мог сказать ей. О'олиш Аманех… — Думаю, он тоже на службе у Слова.

Нест снова отвела взгляд.

— Он этого не говорил.

— Он не стал бы этого делать. И никогда не делает. Просто

показывается людям и говорит о будущем, показывает, как оно связано с прошлым, как все в мире взаимосвязано, а потом исчезает. И так происходит всегда. Но я думаю, судя по тому, что мне известно, он может быть одним из нас.

Они протиснулись сквозь гущу кустов, обрамлявших узкую тропку, отгоняя мошек, вьющихся возле лица, отворачиваясь от ярких солнечных лучей.

— Расскажи мне про Духа, — попросил Джон Росс, пытаясь сменить тему.

Девочка пожала плечами.

— Вы его видели. Я не знаю, кто он. Он был всегда, с моего раннего детства. Защищает меня от пожирателей, но я сама не знаю, почему. Даже Ба и Пик как будто не знают. Я нечасто его вижу. В основном он появляется, когда мне угрожают пожиратели.

Она поведала ему о своих ночных вылазках в парк для спасения ребятишек, о том, как Дух всегда появляется, когда пожиратели пытаются остановить ее. Росс прокручивал информацию в мозгу. Он никогда не слышал ни о чем подобном и не мог сказать с уверенностью, является ли Дух творением Слова или Пустоты. Конечно, его поведение указывает на добрые цели, но Росс-то знал: все, что связано с Нест Фримарк, нельзя толковать однозначно.

— Куда мы идем? — спросил Росс, когда они преодолели подъем и двинулись в тень глубокой лесной чащи.

— Еще немного подальше. — Девочка указала на тропинку.

Начался спуск, и деревья стали расти гуще, бросая глубокие тени. Влажность и духота усилились, повсюду было полно насекомых. Росс отмахивался от них, но безрезультатно. Тропа постоянно изгибалась, ныряя в заросли мха и ежевики. Она то и дело разветвлялась, но Нест безошибочно выбирала дорогу. Росса поражало, с какой легкостью она ориентируется, чувствуя себя как дома в этом лесу. Это было доверие юности, девушки, знавшей каждую пядь земли, на которой выросла.

Они миновали густую чащу и вышли на поляну. Перед ними предстал гигантский дуб. Он простирал свои ветви в необозримой вышине — безусловно, самый большой дуб во всем парке. Один из самых больших из когда-либо виденных Россом. Но дерево было больно, его листья скрючились и почернели, ветви потрескались, и из них вытекал странный бесцветный сок, увлажняя почву у корней. Росс некоторое время смотрел на дерево, пораженный и его размерами, и степенью разрушения, а потом вопросительно глянул на Нест.

— Вот это и хотела показать вам, — сообщила она.

— Что с ним такое?

— Вот это вопрос! — заявил Пик, материализовавшийся словно ниоткуда на плече Нест. — Я думал, вы это знаете.

Лесовик был покрыт пылью и трухой. Он выпрямился на плече у девочки, решительно поглядывая на них.

— Я все утро провел в поисках корешков и трав, из которых

можно было бы приготовить лекарство, но все бесполезно. Пытался делать что угодно, включая магию, но не мог остановить разрушение. Оно уже охватило все дерево, поразило каждый отросток, каждый корень. Я в растерянности.

— Пик считает, это работа демона, — объяснила Нест.

Росс снова посмотрел на дерево, озадаченно нахмурился.

— А зачем бы это понадобилось демону?

— Ну, дело в том, что это дерево — тюрьма для мэнтрога! — с жаром воскликнул Пик. Он быстро пересказал Джону легенду о мэнтроге и его пленении, о том, как тот оставался в заточении все эти годы, не в силах причинить никому вреда за магической стеной и толщей древесины. — Но теперь этому приходит конец, — подытожил лесовик мрачным тоном. — Разрушение дойдет до конца, и он получит свободу!

Росс прошел вперед и молча постоял под кроной огромного дуба. Он кое-что знал о существах, служивших Пустоте, и в частности о мэнтрогах. Их было совсем немного, но что это были за ужасные твари! Росс никогда не видел ни одного из них, но знал, чем они опасны, движимые жаждой разрушения и страшным голодом. Ни об одном уже целые века ничего не было слышно. Страшно даже подумать, что будет, если такое чудовище окажется на свободе!

Трость в его руке запульсировала, чувствуя близость чудовища — сигнал об опасности. Он вгляделся в верхние ветви древнего дуба, пытаясь понять, как ему помочь.

— У меня недостаточно магии для помощи, — тихо проговорил он. — Меня этому не учили.

— Это ведь работа демона, так? — спросил Пик.

Росс кивнул.

— Похоже.

Узкое личико лесовика сморщилось.

— Я знал, я так и знал! Вот почему все мои попытки безуспешны! Он противостоит им!

Росс отвернулся. Все ясно. Мэнтрог — вот еще одна причина напряженности и замешательства. Так и работают демоны, сея вокруг смятение, чтобы скрыть истинное лицо.

Нест рассказывала Пику о встрече с демоном в церкви, и лесовик подпрыгивал у нее на плече, восклицая, что, дескать, он ее предупреждал. Нест была в смятении. Они начали спорить. Росс поглядывал на них, потом прошел вперед и постоял у самого ствола дерева. Посох пульсировал, в нем ожила магия, он прямо-таки раскалился. «Еще не сейчас». Он осторожно дотронулся до ствола свободной рукой. Он казался скользким и холодным под его пальцами, как будто болезнь вылезла на поверхность, покрыв его коркой. Мэнтрог, подумал он мрачно. Живой ужас.

Росс изучал почву под деревом: она была влажной, в рытвинах, отовсюду торчали обнажившиеся корни. Ни муравьев, ни жуков, вообще никакого движения. Дерево и почва под ним были преданы анафеме.

Росс глубоко вздохнул. Неспособность помочь лишала его мужества. Хорошо бы суметь что-нибудь сделать. Если бы магия была всегда доступна… Но он — рыцарь, и его магия годится лишь для разрушения.

Он повернул назад. Нест и Пик прекратили спор и безмолвно наблюдали за ним. В их глазах читался вопрос. Что им теперь делать? Они ждали его ответа.