Беглец
Шрифт:
Семеныч настойчиво пытался осознать то, что Она говорит. Но чем больше Она выкладывала информации, чем меньше у Семеныча оставалось понимания. Ему на самом деле показалось, что его разум стремительно уменьшается или перестает функционировать.
– Он ночью убил Ребенка. Да, да! И Ребенок все время был здесь. Нарядился в арабскую одежду, с головы до ног закрытую, и был рядом. И Доместик был рядом. Это было жутко. Твой двойник, Доместик. Он открыл небеса, и оттуда полилось что-то липкое, полупрозрачное, но черное, на волка похожее. А Ребенок стоял на земле. У него
– Мне покурить надо, – Семеныч поднялся.
– Ты понял меня? – спросила Она. – Что я рассказала, понял?
– Услышал, – оборвал Ее Семеныч.
– Давай сначала. Вечером я познакоми…
– Я тебя очень прошу, замолчи. Просто замолчи, – опять прервал Ее Семеныч. – Мне покурить надо. В тишине. У меня от тебя крыша съезжает.
Семеныч, доставая сигареты из кармана, вышел из каюты. Она, вздохнув, побрела следом, раздумывая про себя, что надо было бы сначала составить упорядоченный и связный рассказ, а потом предъявлять его Семенычу.
«Я бы и сама ничего не поняла из того, что я наговорила. И у меня нет доказательств. Стена в коридоре вместо лестницы. Ребенка нет. И этот помер невовремя. Хотя, Ленка видела Доместика! Она может подтвердить. Нет. Что она подтвердит? Что видела похожего на Семеныча мужчину? Но она могла и не обратить на это внимания спросонья», – Она облокотилась на перила, стоя рядом с Семенычем. Он молча курил и смотрел на воду.
К яхте по берегу приближалось несколько человек в полицейской форме. Поверх темных курток на них были бронежилеты, на головах – черные береты. Двое мужчин были в штатском, с папками под мышкой.
– Идут, – сказал Семеныч, потушив окурок о круглую металлическую пепельницу.
Пришедшие, поздоровавшись, поднялись на судно, а двое из мужчин в форме остались на берегу.
– Рашен, – сказала Она.
– Ыи, – кивнул мужчина в штатском и извлек телефон из кармана. Что-то прокричал в трубку и еще раз кивнул, обращаясь к Ней и Семенычу. – Ыи.
– Чего он сказал? – шепнул Ей Семеныч.
– Ладно, сказал. Нам, по идее, должны предоставить переводчика.
Мужчины скрылись в каюте, один из них поднялся на верхнюю палубу, а спустившись, остался стоять рядом с Ней и Семенычем, не сводя с них глаз. В открытую дверь каюты были видны перемещения мужчин, вспышки фотоаппарата. Слышался разговор, хлопанье дверьми шкафчиков и крышками сидений.
– Ты ремень старый свой бросила, – вертел Семеныч пачку сигарет в руках.
– Ну и что? – пожала Она плечами. – Этот ремень мне предназначался.
Семеныч возмущенно покосился на Нее, безнадежно махнул рукой и снова закурил.
Через полчаса к яхте подошли люди с носилками. Тело владельца яхты, накрытое тканью, вскоре вынесли.
– Ну и где переводчик? Я так понимаю, нас не отпустят? – Семеныч, нервничая, стрельнул окурком на берег.
– Иди
– Из-за тебя все!!!
– Взаимно. Если бы ты не приехал, я бы сюда не пошла, – не осталась Она в долгу.
Семеныч передернулся и покачал головой. Двое мужчин в штатском, выходя из каюты, жестами пригласили Ее и Семеныча пройти за ними. Трое полицейских, придерживая автоматы, направились следом, несколько человек осталось на яхте.
– Сюда, – около входа в двухэтажное здание их встретил седовласый подтянутый мужчина приятной, располагающей внешности. Он показал Семенычу на лестницу, ведущую на второй этаж. Семеныч оглянулся: Она в сопровождении полицейских пошла прямо по коридору.
«Все будет хорошо», – говорила Ее извиняющаяся улыбка, когда Она обернулась.
– Офицер национальной турецкой полиции… – мужчина представился, но Семеныч не услышал ни имени, ни фамилии.
– А Она?
– Мы запишем, как вы обнаружили тело владельца яхты. Проходите, – устало произнес офицер, пропуская Семеныча вперед и запирая дверь на ключ.
Усевшись за свой стол, располагавшийся у окна, мужчина пригласил Семеныча к столу.
– Ваш паспорт, – офицер протянул ему документ. – Мы сделали копию.
«Уже из отеля доставили паспорта, – неприятно кольнуло Семеныча. – Оперативно работают».
– Все, что вспомните, – мужчина включил диктофон, достал чистые листы из своей папки, положил их перед собой и взял ручку. – Вы прилетели сегодня утром. Не очень быстро, я не владею русским языком в совершенстве.
Семеныч сел в кресло напротив мужчины. Солнечный свет из узкого окна, на котором висели поперечные жалюзи, падал на письменный стол и сидящего за ним офицера чередующимися полосами, отчего в кабинете было не совсем уютно. Он напоминал помещение из американских фильмов. Высокий шкаф по одной стене, дверцы которого были из горизонтальных металлических полосок, письменный стол, заваленный бумагами, два кресла и кожаный диван в углу.
Рядом стоял напольный вентилятор, лопасти которого покрылись толстым слоем пыли. Семеныч мельком подумал о том, что аппарат давно не включали. Пыль в падающем солнечном свете величественно и несуетливо витала в воздухе по всему пространству кабинета. Казалось, что это ее личный кабинет.
– Я слушаю, – напомнил офицер причину их присутствия в кабинете.
– Я прилетел утром для того, чтобы подписать документы для моей компании, – начал Семеныч. – Один из наших сотрудников остановился в отеле…
– Вы договаривались с Ней встретиться здесь? Вы планировали в отеле провести уикенд?
– Нет. Это совпадение.
– Случайное? – уточнил офицер.
– Абсолютно, – кивнул Семеныч. – Мы случайно встретились на дороге.
– Случайно… – мужчина быстро выводил строчки на листке бумаги. – Не хотите ли вы сказать, что познакомились в этом городе?
– Не хочу. Мы с Ней давно знакомы. Последнюю неделю я провел в Индии, и мы с Ней не связывались по личным причинам. Поэтому наша встреча здесь для обоих явилась неожиданностью.