Беглец
Шрифт:
В сумрачных коридорах, увешанных портретами ученых-мужей, стояла торжественная тишина. Только наши шаги гулко отдавались под высоким сводчатым потолком.
— А где студенты? — недоуменно вертя головой, удивился его величество. — Насколько я помню, это довольно шумный народ.
— Наши ученики почти никогда не занимаются в аудиториях, — с улыбкой объяснил Сергей Николаевич Зимин. — Мы предпочитаем обучать их на практике. Прямо сейчас одна из групп стажируется в Воронцовском госпитале. Они там помогают лекарям. Еще две группы изучают артефакторику в мастерских графа Воронцова и князя Пожарского. Ребята,
— Получается, в Академии вообще никого нет? — изумился император.
— А зачем, Ваше Величество? — улыбнулся профессор Зимин. — Все наши преподаватели, в первую очередь, практики. У них полным-полно важной работы. Вот мы и решили — пусть студенты им помогают, а заодно и учатся. Один умелый маг-практик стоит пятерых теоретиков. Не так ли, Ваше Величество?
— Очень необычный подход, но мне нравится, — справившись с изумлением, признал император. — Но учтите, я все-таки выберу время и сам заеду и в госпиталь, и в мастерские. Погляжу на студентов за работой.
Пока его величество разговаривал с профессором Зиминым, я отозвал Чахлика в сторону.
— Как там кладовики, Валериан Андреевич? — спросил я. — Не бунтуют? Помнится, им не очень-то понравилось преподавать.
— Я сумел с ними договориться, Александр Васильевич, — рассмеялся Чахлик. — Ребята они непростые, с характером. Но никто лучше кладовиков не научит студентов поисковой магии.
— А документы я все-таки посмотрю, — заявил император. — Порядок есть порядок.
Мы все вместе прошли в кабинет ректора. Вообще-то, ректором Императорской Магической академии считался я, но за время моего отсутствия в этом кабинете прочно обосновался профессор Зимин. Впрочем, он не стал ничего менять, и кабинет выглядел точно так же, как при моем предшественнике, ректоре Собакине. Даже письменный стол, за которым Собакин прятался от призраков, был тот же самый.
Первым делом император попросил списки студентов и тут же довольно заулыбался.
— В этом году студентов больше, чем в прошлом. Это хорошо. Да и Долгоруков как не пыжился, а не смог набрать столько студентов. Комнат для проживания хватает?
— С комнатами проблема, Ваше Величество, — признал Зимин. — Приходится селить по четыре человека в одну комнату.
— Это непорядок, — расстроился император. — Вот что, Александр Васильевич: будем строить новый спальный корпус. Подыщите подходящее место и доложите мне.
— На другой стороне улицы, прямо напротив Академии, пустует доходный дом купца Грелкина, — вмешался профессор Зимин. — Если его отремонтировать, получится отличный спальный корпус.
— Так и поступим, — обрадовался император. — Я вижу, дело у вас налажено хорошо.
Он заговорил с Валерианом Андреевичем, а я поинтересовался у профессора:
— Успели обжиться в новом мире, Сергей Николаевич?
— Отлично обжился, Александр Васильевич, — рассмеялся профессор. — Все еще снимаю квартиру у Прасковьи Ивановны. Знаете, у меня даже появился любимый трактир. Какие пельмени в нем подают — объедение!
Он понизил голос:
— И знаете что? Кажется,
— А ну-ка, попробуйте, — заинтересовался я.
Профессор Зимин закрыл глаза, лицо его стало сосредоточенным и покраснело. Он напрягся всем телом, и в моем сознании зазвучал его голос:
— Слышите меня, Александр Васильевич?
— Слышу, — успокоил я его. — Постарайтесь не напрягаться так сильно, лишнее напряжение только вредит магии.
— Это с непривычки, — шумно выдохнув, вслух сказал Зимин.
— И все-таки у вас получается, — подбодрил я его. — Значит, магии можно научиться, было бы только желание.
Успехи профессора Зимина меня порадовали, а император был просто счастлив.
— Дела в академии идут отлично, — громко заявил он и откинулся на спинку кресла. — Александр Васильевич, должен признать, вы прекрасный ректор.
Его похвала вызвала во мне внутренний протест.
— Думаю, вы должны благодарить не меня, Ваше Величество, — сказал я императору. — Это Сергей Николаевич и Валериан Андреевич так прекрасно наладили учебу. Думаю, будет справедливо назначить ректором академии кого-то из них.
По лицу императора я видел, что он собирается мне возразить. Но его опередил Чахлик.
— Ни в коем случае, Александр Васильевич, — сказал он, — ректором Императорской Магической Академии должны оставаться именно вы.
— Почему? — удивился я.
— Да потому что вы сделали Академию по-настоящему магическим местом. Без вашего руководства она быстро превратится в обычное учебное заведение.
Чахлик довольно улыбнулся.
— Кроме того, не забывайте о рекламе. Наши ученики гордятся тем, что учатся под руководством самого Тайновидца.
— Вот именно, — решительно кивнул император. — Александр Васильевич, вы остаетесь ректором, и это не обсуждается. А господин Чахлик и профессор Зимин станут вашими заместителями. Можете передать им любые полномочия на ваше усмотрение.
Так мы и решили.
— Вы до сих пор живете на съемной квартире, господин профессор? — спросил император Зимина.
— Мне там вполне удобно, — растерянно улыбнулся Сергей Николаевич.
— Во всём должен быть порядок, — наставительно сказал император. — Вы теперь не только профессор академии, но и заместитель ректора, то есть важный государственный служащий. Поэтому вам полагается собственная квартира, а еще лучше — дом. Присмотрите себе любой особняк, который вам понравится. Мы приобретем его за счет имперской казны и передадим вам.
— Спасибо, Ваше Величество, — растерялся профессор.
— Вам нужно по-настоящему обживаться в нашем мире, — улыбнулся император. — И собственный дом — лучшее место для этого.
— Прогуляйтесь как-нибудь по Каштановому бульвару, — посоветовал я профессору. — Там есть отличные особняки.
— Я бы хотел отблагодарить и вас, Валериан Андреевич, — обратился император к Чахлику. — Что я могу для вас сделать?
— Вы и так много сделали для нас, Ваше Величество, — поклонился Чахлик. — Когда я говорю «нас» то имею в виду всех магических существ. Вы сделали нас полноправными гражданами Империи. О чём ещё мечтать?