Беглец
Шрифт:
Чахлик подбежал и остановился над ним, держа руку наготове для нового удара.
— Это магия смерти, — предупредил он алхимика, — Так просто вы от меня не отделаетесь.
— Валериан Андреевич, что происходит? — окликнул я Чахлика.
Маг смерти оглянулся и увидел меня.
— А, вы тоже здесь, Александр Васильевич? Отлично! Этот негодяй пытался сбежать. Заявил, что тоже увольняется, и немедленно. Я пытался его образумить, но, видите ли, он уперся. А между прочим, по имперским законам он обязан отработать в академии как минимум две
— Из-за этого вы шарахнули его заклинанием магии смерти? — изумился я.
— А что мне еще оставалось делать? — нисколько не чувствуя себя виноватым, пожал плечами Чахлик.
— Вы ответите за это! — простонал алхимик, переворачиваясь лицом вверх. — Вы искалечили меня, убили!
— Еще чего! — презрительно бросил Чахлик. — Всего лишь заставил ваши мускулы омертветь. Это снимается одним движением руки.
— Будьте так любезны, снимите заклинание, Валериан Андреевич, — вежливо, но твердо сказал я Кощею. — Нам не нужны сложности с полицией.
— Извольте, — неохотно согласился Валериан Андреевич.
Он повел ладонью над ступнями алхимика и резко кивнул:
— Все, можете вставать, хватит притворяться.
Я помог Алексею Витольдовичу подняться. Алхимик был до смерти напуган. Его руки тряслись, а колени подгибались.
— Мои очки, — бормотал он, бестолково хлопая себя по карманам.
— Вот они.
Я поднял очки, которые отлетели в сторону при падении, и отдал их алхимику. Одно стекло в очках треснуло.
— Жаль, что мы с вами не познакомились раньше, Алексей Витольдович, — сказал я. — Но, может быть, вы хотя бы сейчас объясните, почему решили уволиться? Вас кто-то заставил?
— Никто меня не заставлял, — упрямо покачал головой алхимик. — Я сам так решил. Уволюсь, и все тут.
Он надел очки, затем снова снял их и ощупал битое стекло.
— А вам я крысиного яда в чай подолью, Валериан Андреевич! — внезапно выкрикнул он в лицо Чахлику.
Макс Смерти побледнел от негодования и снова поднял левую руку.
— Успокойтесь, господа, — вежливо попросил я, — скандалом вы ничего не решите.
Студенты во все глаза смотрели на нас.
Изгоев мрачно кивнул — похоже, в этой схватке он был полностью на стороне Чахлика. Елена Разумовская смотрела оценивающе. Кажется, она пыталась просчитать последствия.
А Михаил Долгоруков злорадно усмехался.
— Остальные преподаватели сегодня тоже не явились на службу, — возмущенным тоном сообщил мне Чахлик. — А вот этот, Алексей Витольдович, осмелился заявиться ко мне и в лицо сказать, что он увольняется.
— Ну, хоть у кого-то хватило смелости, — устало улыбнулся я.
— Лучше бы я тоже не приходил, как все остальные, — вдруг сказал Алексей Витольдович.
— А почему вы пришли? — поинтересовался я. — Постеснялись уволиться тайком?
— Вот еще! — дернул плечом алхимик. — У меня в кабинете оборудование. Мое, между прочим.
— Проверим
Но тут к воротам академии подъехали сразу три мобиля. Первый попытался въехать в ворота, но магический мотор заглох. Мобиль остановился.
Из него неуклюже выбрался грузный человек в дорогом костюме. Пиджак нелепо топорщился, не в силах скрыть солидное брюшко.
— А вот и мой отец, — злорадно объявил Михаил Долгоруков.
Старший Долгоруков уверенно шагнул вперед, но тут же наткнулся на невидимую преграду и замер. Похоже, магическая защита академии отлично работала.
Я заметил, что Владимир Гораздов довольно покачал головой.
Но Михаил Долгоруков пока ничего не понял.
— Отец, эти люди пытаются силой удержать Алексея Витольдовича, — крикнул он, — разберись с ними.
Он повернулся к нам.
— Теперь мой отец — глава рода Долгоруковых, и вам придется с ним считаться.
Два других мобиля тоже остановились. Пассажиры вышли, и я их узнал — граф Шувалов и граф Орлов. Вот, значит, как. Мои неприятели прибыли дружной компанией.
Я неторопливо направился к воротам. Слева от меня шел Валериан Андреевич Чахлик, справа — Кузьма Петрович. Профессор Зимин и Владимир Гораздов приотстали на шаг.
— Что вам угодно, господа? — спросил я, останавливаясь перед Долгоруковым.
— Мы хотим войти, — ответил князь, заносчиво дернув головой.
— Говорите здесь, — предложил я.
— Что за тюрьму вы здесь устроили? — сразу же вскипел Долгоруков. — Что это за магическая защита? Вы не имеете права силой удерживать преподавателя. Это нарушение законов Империи.
— Я не удерживаю Алексея Витольдовича, — спокойно улыбнулся я. — Но как ректор я обязан разъяснить ему последствия его необдуманного решения.
С этими словами я покосился на алхимика.
— Алексей Витольдович, если вы уволитесь, не отработав положенный срок, то потеряете право на компенсацию от Имперского казначейства.
— Ничего, он не будет в обиде, — хохотнул Долгоруков. — Идем, Алексей Витольдович.
— Он сможет выйти? — вполголоса осведомился я у Кузьмы Петровича.
— Да пусть катится, — воинственно тряхнул бородой старый артефактор. — Защита односторонняя. Это сюда никому не пройти, а отсюда любой может выйти.
— Всего хорошего, господин алхимик, — кивнул я.
Алексей Витольдович юркнул за ворота.
А я повернулся к неожиданным гостям и неторопливо обвел их взглядом, считывая эмоции. Пожалуй, я ошибся, когда решил, что они друзья. Скорее временные союзники, но каждый преследует свои интересы.
Долгоруков смотрел на меня с неприкрытой ненавистью. Еще бы, не так давно главу их рода с моей помощью благополучно упекли в Петропавловскую крепость.
Граф Шувалов выглядел сердитым, но его скорее злило то, что в этой компании он находится на вторых ролях.