Беги
Шрифт:
— Только какой-то парень с моего курса по маркетингу поведал, какой же отстой случившееся в Чарльстоне.
— Отстой?
— Так и сказал.
— Тебе нужна маскировка. Может, те очки с приклеенными к ним усами. (1)
Шарлотта ощутила внезапный прилив нежности к Тони. Хотя он потерял Бена, Эми и Дженни, но оказался непоколебимой скалой в прошедшие два месяца. Она не знала, что делала бы, утратив Тони – а ведь это чуть было не произошло. Снимок МРТ показал, что пуля Люка скользнула по основанию височной ямки, неглубоко вдавившись в бок черепа, и нейрохирургам
— Послушай, Тони, - произнесла она, беря его за руку. – Думаю, мне нужно отсюда уехать.
— Конечно, - ответил он. – Можем поехать ко мне, посмотреть кино.
— Я имею в виду Эшвилл.
Тони изумленно уставился на нее.
Она продолжала:
— Слишком близко к Чарльстону, слишком много воспоминаний.
— И куда ты собираешься? Назад в Нью-Йорк?
— Нет, с меня хватит зим. Я подумываю, например, о Лос-Анжелесе.
— А как же твой диплом?
— Получу его в Калифорнийском университете или еще где-нибудь.
— О, - ответил он со страшно расстроенным видом.
Она сжала его ладонь.
— Я не имела в виду только себя, Тони. Нас. Хочу, чтобы ты поехал со мной.
Он просветлел, но казался не слишком-то вдохновленным.
— Не знаю, насколько легко все это будет, Шар. У меня студенческие кредиты и…
— У меня есть деньги.
Он нахмурился.
— Есть деньги?
Она кивнула.
— Ты только что ограбила банк?
— У меня были состоятельные родители, - пояснила она. – Папа владел несколькими фабриками в Китае. Они завещали мне трастовый фонд. В прошлом году, на двадцать первый день рождения, я его получила.
— Что за трастовый фонд?
— Из тех, что с большим количеством нулей.
— С каким именно?
— Нам хватит, - просто ответила она.
Тони выглядел скептично настроенным.
— Шар, ты в магазин ходишь со скидочными купонами.
— Мои дед и бабка любили экономить. Так и меня воспитывали.
Тони сел прямо.
— Но если у тебя есть этот жирненький трастовый фонд, - сказал он, явно не поверив ее искренности, - за каким чертом тебе диплом по ресторанному менеджменту?
— Ты не помнишь, да?
— Что не помню?
— Я говорила, что хочу открыть собственный ресторан. – Усмехаясь, она извлекла из сумочки объявление о продаже ресторана «Бульвар Сансет», распечатанное из интернета. – Я разговаривала с агентом и думаю заключить сделку. Пока мы не получим дипломы и не освоим все нюансы этого дела, найму управляющего. Итак – что ты думаешь?
Тони несколько секунд молча качал головой, потом сказал:
— Ух ты, Шар. То есть, Господи. Ух ты.
— «Ух ты» в хорошем смысле?
Его усмешка теперь повторяла ее.
— В лучшем смысле. Вот только, - добавил он, - тебе нужно поменять название забегаловки.
— Придумай ты – что-нибудь с привкусом Италии.
— Уже придумал. – Он сделал драматическую паузу. – «Пицца Тони».
— Черт, нет, - расхохоталась она.
— «Пироги Шарлотты»?
Она застонала.
— Это Италией даже не пахнет. Может, мы все-таки остановимся на «Сансет – пиццерия и паста».
— Ты тут босс, Шар, - сказал он, наклоняясь через стол, чтобы поцеловать ее в губы. – Все, что захочешь.
***
Стоя у писсуара в туалете, Тони закончил свои дела, застегнул молнию, потом подошел к раковине. Намылив руки, он поймал свое отражение в зеркале и ахнул. Кожа стала серой и шелушащейся. Глаза – налитыми кровью и пустыми. Кое-где не хватало клочьев волос. С левой стороны головы, там, куда попала пуля и где должен был находиться лишь маленький шрам, зияла дыра, сочащаяся кровью и личинками.
Тони закрыл глаза, досчитал до трех и снова их открыл.
Его обычное отражение, хотя и бледное от страха, уставилось в ответ.
— Проклятье, - пробормотал он. Затем склонился над раковиной, набрал в ладони холодной воды и несколько раз сполоснул лицо.
Галлюцинации приходили к нему с момента выписки из чарльстонской больницы. Обычно Тони мерещилось то же, что и сейчас - призрачный образ его самого, мертвого и гниющего, однако иногда являлись призраки такой же разлагающейся Шарлотты, или Бена, или Дженни, или Эми.
Бывали и кошмары, причем скверные. В них Люк всегда являлся за Шарлоттой и Тони – порой и за родителями Тони во Флориде, - и заканчивались они одинаково: Люк убивал всех до единого, и Тони просыпался за миг до своей гибели.
И все же он мог справиться и с галлюцинациями, и с кошмарами. Его пожирала живьем тревога. Она кипела в нем ежеминутно, с момента пробуждения утром до момента отхода ко сну вечером.
Несколько недель назад он был у врача, и тот прописал ему «Золофт». (3) Ни черта не помогло. Как выяснилось, выпивка действовала эффективнее. Тони не надирался вдрызг каждый день, но начал прихлебывать из фляжки по утрам, днями и ночами.
Шарлотта ничего об этом не знала. Он ей не сказал – и не собирался. Ей хватало и своих демонов, с которыми нужно бороться.
«И потом, - подумал он, выключая воду и делая глубокий вдох, – мы едем в Лос-Анжелес. Новое окружение, новое начало. Я же не Люк. Я справлюсь куда лучше».
Тони обсушил лицо и руки бумажным полотенцем и вернулся к столу. Садясь напротив Шарлотты, он одарил ее беззаботной улыбкой. А потом помахал официантке, чтобы заказать что-нибудь покрепче пива.
(1) Очки с приклеенными к ним усами – очевидно, намек на популярные «очки Граучо» (Groucho glasses). Их создали в память знаменитого актера-комика Джулиуса Генри «Граучо» Маркса в 40-е гг. XX в.