Беги, негр, беги!

Хеймс Честер

— Я ведь уже сказал тебе: надо проверить некоторые, пока необъяснимые совпадения… Да, между прочим, зачем тебе сегодня понадобилось алиби?

— Я следил за третьим негром. Кто-то убил двоих, и он не остановится…

— Пожалуй, — кивнул Брок, — Я тоже мыслил бы так.

— И я подумал, что тот, кто убил двоих, убьёт и третьего, понимаешь? Поэтому я повсюду хожу за негром. Скорее из-за себя, чем из-за него; если убийца появится, он тут же окажется в моих руках. А если бы им оказался тот самый негр, что встретился мне ночью, я сразу узнал бы

его… Тогда все подозрения с меня снимутся.

— Да, мы тоже предполагали это. Я имею в виду, что убийца попытается расправиться и с третьим негром.

— Ну ладно, если вы за ним следите сами, мне незачем стараться.

— Мы, если хочешь знать, не следим за ним. Следствие… э-э, находится в стадии планирования, как сказал бы инспектор нашей комиссии. — Брок с интересом посмотрел на Уолкера. — Значит, когда он сегодня утром отправился домой, ты его охранял?

— Да. И он, очевидно, заметил меня, по крайней мере, он позвонил адвокату фирмы «Шмидт и Шиндлер». Скорее всего этот негр видел меня из окна своей квартиры… Поэтому я сразу поехал к тебе, но дома тебя не оказалось, и я позвонил в твой участок: я подумал, что инспектор комиссии обязательно свяжется с тобой.

— О многом же ты успел подумать.

— Чего же ты хочешь?! — недовольно воскликнул Уолкер. — Я должен думать! Я попал в западню. А ты ещё надо мной издеваешься!

— Я только хочу помочь тебе, — сказал Брок.

— Почему же ты ведёшь себя так странно?

— Потому что я любопытен. Откуда тебе, например, известно, какое из окон его?

Уолкер ответил холодно:

— Этот мерзавец хочет засадить меня в тюрьму! О человеке, который задумал такое, я просто обязан знать всё.

— Безусловно, — сказал Брок. — И о нём, и о его девушке… А чего ты хочешь от меня сейчас? Ты как будто говорил по телефону, что хочешь просить меня ещё о каком-то одолжении?

— Мне нужно найти ту девку, чтобы иметь полное алиби.

— Ты думаешь, она подтвердит твоё алиби?

— Да. Если она поймёт, что для неё выгодно…

— Гм, гм… И чем я могу тебе помочь?

— Прижми здешних альфонсов. Кто-нибудь из них да знает, в какую щель она спряталась. Им известно, что я пока отстранён от службы, и мне не хочется доходить с ними до крайностей, ты ведь мой кулак знаешь…

Брок кивнул:

— О'кэй, Мэтт, не исключено, что я смогу тебе помочь. Мы тоже её ищем.

Уолкер резко повернулся к нему:

— Почему?

— Потому что и нам важно, чтобы у тебя было надёжное алиби… Но всё-таки что ты о ней помнишь?

— Знаешь, не очень-то много, — признался он. — С того момента, как мы с ней выпили в «Карнавал-баре», вся плёнка засвечена.

— Не подсыпала ли она тебе чего в виски?

— Нет, не думаю.

— Ну и что случилось, когда ты вернулся к ней за деньгами?

— Она успела смотаться.

— Вот как.

— Да, кстати… Зовут её Кэти. Блондинка, крашеная. Глаза карие, рост сто шестьдесят пять — сто шестьдесят восемь. Лет — около тридцати…

Брок внимательно слушал его.

—

Она наверняка не из Нью-Йорка, — продолжал Уолкер. — Может быть, даже из Британии: говорит с сильным английским акцентом.

— А квартира?

— Я смутно припоминаю, что-то вроде меблированных комнат…

— Что станем делать, если найдём её?

— Я хочу сам поговорить с ней.

— Если её найду я, может, это и удастся устроить.

— Спасибо, Брок, — Уолкер подозвал бармена и заплатил по счёту. — Как дела у Дженни?

— Хорошо… А ты нашёл свою машину?

— Что?.. Ах да! Я думал, ты в курсе… На другой день её нашли. На 34-й стрит. На том же самом месте, где я её оставил. Кто-то попользовался ею, но догадался вернуть. Почуял, видимо, неладное, негодяй.

— Негодяй; но человек очень вежливый и щепетильный. Привести машину туда, где она была украдена, — на это не каждый способен.

Уолкер безразлично пожал плечами.

— Машина была закрыта? — поинтересовался Брок.

— Забыл спросить, — равнодушно ответил Уолкер и поднялся. — Передай привет Дженни.

— Обязательно. — Брок посмотрел ему вслед и подумал: «Благодари бога, Мэтт, что я твой шурин! Не то бы…» — он даже не решился закончить эту мысль. Увидев, что Уолкер обернулся и помахал рукой, Брок крикнул ему: — Будь осторожнее, Мэтт. Особенно насчёт случайных совпадений…

Когда Уолкер оказался на улице, было четверть десятого. Конечно, стоило посидеть в тепле подольше, хотя бы до десяти, но скрытые намёки шурина действовали ему на нервы.

…Таймс-сквер был ярко освещён. Манили и зазывали огни реклам.

Уолкер подошёл к своей машине. Это был длинный серебристо-серый «бьюик-ривьера». Ему невольно вспомнилось замечание лейтенанта Бэкера: «Чересчур шикарная коляска для обыкновенного детектива». Да, такие покупки можно оплатить, если только умеешь «играть в жмурки», делая вид, что не видишь, как кто-то обделывает свои незаконные делишки… Так устроен мир, и не ему менять заведённого порядка. Он всего-навсего воет вместе с волками…

Уолкер сел в машину и поехал по Бродвею…

Жалюзи на окнах квартиры, в которой жил негр, были опущены, но сквозь прорези пробивался свет. «Значит, птичка не улетела», — подумал Уолкер.

Он вышел из машины и направился в бар на углу. Там отыскал в телефонной книге номер Линды Лу Коллинз. Бросил в автомат никелевую монету, набрал номер.

— Джимми? — услышал он озабоченный женский голос и, не говоря ни слова, повесил трубку.

Когда он снова оказался на улице, то вдруг подумал о том, как изменились эти места со времён его юности. Тогда здесь жили только белые. Теперь гетто наступало. Гарлем уже успел поглотить противоположную сторону улицы. На этой пока ещё жили белые, но никто не мог запретить неграм появляться здесь. «Демографический взрыв», — вспомнил он название одной из статей «Нью-Йорк пост». Ох уж эти негры! Скоро дойдёт до того, что они будут жить на реке, на баржах.