Базил Хвостолом
Шрифт:
Остальная орда в беспокойстве смотрела на предводителей, но те ничем не могли их успокоить.
Облаченные в кожу всадники бранью и угрозами гнали бесов вперед. Все было как всегда — жизнь бесов люди не ставили ни во что. Тех самых бесов, на которых они полагались в сражениях.
Бесы подняли жалобный вой; в расстройстве они колотили тесаками по тяжелым квадратным щитам.
Люди были непреклонны — они вытащили плети-девятихвостки и принялись хлестать своих подчиненных.
Бесы двинулись вперед, но осторожно. В результате длинноногие тролли вскоре
Бесы вновь принялись жаловаться. Всегда проклятых троллей берегут от опасностей, а именно им, бесам, достается вся грязная работа. Большие темно-бордовые тролли рыкнули в ответ по поводу вкуса приготовленного особым образом беса, а бесы презрительно прошлись в адрес отсутствующих у троллей половых органов.
Люди раздавали удары налево и направо, чтобы навести порядок и подтолкнуть бесов в атаку, одновременно удерживая троллей до тех пор, пока не выяснятся планы противника. И тогда уже вперед пойдут тролли, прорвутся сквозь вражеский строй и разобьют его боевой порядок, открыв дорогу для массированной атаки бесов.
Драконы ревели от возбуждения, совсем забыв об усталости. Их дикое естество кипело, они рвались в бой.
Релкин уже несколько раз видел этот боевой пыл во время сражений в Теитоле, но все равно волосы у него поднимались дыбом — так сильна была волна этой безумной энергии. Драконы впали в состояние, когда они сражались, не зная пощады, крушили все, что стояло у них на пути.
В этом их состоянии человеку впору было спасаться бегством. Их дикие братья поедали людей наряду со всем остальным, что могли изловить, а если дело касалось боя, прекрасно подходили для резни.
Подгоняемые резкими криками людей в черном, бесы наконец приблизились к линии обороны. И мгновенно воздух наполнился стрелами: это дали залп лучники Марнери.
Дородные бесы попадали с жалобными воплями. Их предводители плетками гнали их вперед и громко трубили в горны. Бесы же встали как вкопанные. Маловато было желания идти вперед и вновь нарваться на стрелы. В этих лесах их ждала смерть, и бесовские грубые морды исказились от гнева и отчаяния.
Тогда на них с треском обрушились девятихвостки, и бесы поняли, что, если не подчинятся, их ждет нечто худшее. Их отчаянье приблизилось к критической точке, и внезапно, испустив крик, толпа толстоногих фигур рванулась в атаку.
Размахивая тяжелыми тесаками над стальными котелками шлемов, они двигались через луг — толпа мускулистых гротескных человекообразных созданий, в большинстве своем около пяти футов ростом.
Релкин глотнул воздуха и поднял арбалет. Для Стодевятого драконьего бой станет истинным испытанием. За бесами шествовали тролли, меднокожие монстры девяти футов ростом. С троллями драконы еще не дрались. В зимней кампании они сталкивались только с Теитолом, а его воины, несмотря на свою отвагу, были всего лишь людьми. Но именно против троллей и предназначались драконы.
Листву со свистом пронзили бесовские стрелы. Релкин прижался к дереву и глянул направо. Там с Пиокаром
При виде Базила страхи Релкина испарились. Ведь они — боевой Стодевятый, и скоро враги узнают, что это значит!
А затем на них навалились бесы.
С дюжину или больше приземистых фигур врезались в драконий строй.
Гигантские виверны поднялись, их длинные мечи опустились на головы бесов, и с отблеском стали и искрами пламени бесовские шлемы лопнули, а тела рассекло надвое.
Ошеломленные таким неистовством, бесы бросились назад с криком «Газак!», самым страшным словом в их лексиконе. Да, в этих лесах их ждут мерзкие огромные газаки.
Опять в воздух взвились бесовские стрелы, и тяжелые кожаные жилеты драконов ощетинились ими, напоминая какое-то жуткое оперение. Кепабар, стоявший прямо за Базилом, отпустил проклятие, когда одна из стрел попала в трещину кожи и пронзила левое плечо.
Томас подскочил к дракону и сломал древко стрелы. Кепабар все это время яростно рычал.
На этом участке бесы сделались осторожнее. В других местах они сталкивались с солдатами, сталь ударялась о сталь, и они успешно теснили противника, хотя тот сражался с твердой решимостью и вскоре прекратил отступление. Грудой лежали тела, солдаты отвлекали бесов мечами, в то время как копьеносцы пронзали толстотелых врагов насквозь.
Слухи поползли в задние ряды, к всадникам, — в лесах находятся мерзкие драконы, они уже убили пятерых бесов!
Люди в черном поспешно посовещались, а затем выслали троллей. Половина троллей несла тяжелые копья — драконьи пики. Наконечники этих пик представляли собой двухфунтовые клинья из острой стали, выкованные в недрах Туммуз Оргмеина.
Остальные тролли были вооружены огромными топорами — страшным оружием, которое могло раскроить человека надвое столь же легко, как меч перерубает крысу.
Летели стрелы, осыпая троллей и извлекая из их глоток яростные вопли. Но они шагали вперед и вонзались в драконий строй, поджидающий их под сенью леса.
Первые тролли попытались проткнуть драконов, но те, выставив перед собой щиты, старались отбиться от копьев мечами и приблизиться к троллям. Огромные мечи сверкали в лучах предвечернего солнца, и ветви деревьев и кустарника разлетались вокруг, будто мякина из-под молотилки.
Базил и Кепабар попали в самую гущу схватки. Четыре тролля — двое с длинными пиками, двое с двуручными топорами — пошли на них.
С пронзительным ликующим визгом бесы отступили, по тролли с пиками подались вперед, и драконы отошли под большие деревья, размахивая непомерно большими мечами, чтобы срубить наконечники пик.
Четверка бесов ринулась сквозь подлесок, стремясь подрезать поджилки драконам, окруженным зарослями кустарника. Пока они пробирались, Томас и Релкин подстрелили парочку, попав в глотку и глаз. Оставшиеся два беса двинулись дальше и наткнулись на мечи драконопасов.