Бастарды

Аскеров Эльхан

Все это Ал-Тор успел отметить одним мимолетным взглядом, брошенным на дочерей графа. Он вел себя так, словно готовился к схватке. Все чувства обострены, тело готово откликнуться на любой приказ, а руки в любой момент могут превратиться в смертоносное оружие.

Юноша специально привел себя в такое состояние, понимая, что настроившись дружелюбно, он будет уязвим, пропустив какую-то мелочь. Состояние боя помогало ему фиксировать и замечать все вокруг, не упуская ничего, а находиться в таком состоянии он мог долгие часы.

Представив наконец всех сидящих, граф Мадерра опустошил очередной кубок и уселся в кресло,

предоставив гостям самим развлекать себя. Молчанием гостей не преминула воспользоваться младшая из сестер.

– Скажите, граф, как вас там, какой ифрит занес вас в наши места?

– Мой отец служил трону и выйдя в отставку откупил у короны эти земли, решив на старости лет пожить тихой жизнью. Построил замок, но переселиться не успел. Военная служба меня не привлекает, и я решил исполнить его мечту. Создать родовое гнездо, где мои потомки будут безраздельными владетелями.

– Вы воин, но не хотите служить? Вам не кажется это странным? – усмехнулась девица.

– Нет. Чтобы сделать карьеру в армии, нужно иметь высокопоставленных родственников, а у меня таких нет. Служить же в подчинении какого-нибудь глупца, продвигающегося по служебной лестнице только благодаря именитым родственникам, мне не по нутру.

– Разве вам не хочется почестей, славы, известности выдающегося военного? – не унималась Айгун.

– Нет. Я не тщеславен. Отец был мастером меча и передал мне все свои знания. Этого достаточно. Я знаю, чего стою в бою, и мне этого хватает. Все остальное для меня не имеет никакого значения.

– Значит, вы не бывали в столице?

– Нет.

– То-то я смотрю, ваше платье больше напоминает солдатский мундир, чем платье благородного человека.

– А как, по-вашему, должен быть одет благородный человек?

– Красиво, модно, изящно, а не как конюх.

– Айгун, прекрати! – попытался осадить дочь граф Мадерра, но та только отмахнулась, продолжая нападать на Ал-Тора.

– Глядя на вас, граф, можно подумать, что вы и понятия не имеете о моде.

– В ваш дом я заехал прямо с охоты. Естественно, что и одет я соответственным образом. Если же у меня возникнет такая необходимость или просто придет в голову блажь разодеться в кружева, я просто отправлю гонца в столицу и он доставит все необходимое. Или закажу проходящему каравану нужные ткани и прикажу сшить. В замке у меня проживает белошвейка, обшивавшая всех модниц столицы. Ей пришлось бежать из города после того, как от болезни умерли ее муж и двое сыновей. Я оставил ее у себя, разрешив поселиться рядом с замком.

– А что это была за болезнь? – тут же насторожились все присутствующие.

– Полтора года назад по столице пошла черная оспа.

– Великие боги! И вы не боитесь заразы?

– Не боюсь. Черная оспа убивает в течение седмицы, будь она больна, ей не удалось бы даже выбраться из города. Но она жива и здорова, а кожа не обезображена, как это обычно бывает. Прошло уже полтора года, так что, бояться нечего.

– И она хорошо шьет? – заинтересовалась разговором старшая сестра.

– Хорошо. Но меня одежда больше интересует с точки зрения удобства. В замке мне нет смысла рядиться, а гостей я еще не принимал, не считать же гостями проходящие караваны.

– Да уж. Представляю ваш домашний наряд, – насмешливо фыркнула Айгун.

– Скажите, граф, вас интересуют стихи? –

вступила в разговор средняя сестра.

– Нет. По мне, так это пустое сотрясание воздуха. Зачем читать, к примеру, о полной луне, если можно просто выйти на улицу и полюбоваться ею в свое удовольствие. Или как можно понять из сонета, чем пахнет море, если никогда его не видел и не обонял. Ерунда это все. Отдушина для ленивых. Если я хочу увидеть море, я сажусь на коня и еду на берег. Если хочу увидеть луну, выхожу на улицу.

– Значит, книг у вас в замке нет?

– Ну почему же. Книг много, и под них выделена отдельная библиотека, просто книги там собраны довольно специфичные. По искусству боя, по тактике, стратегии. Те, которые интересовали отца и интересуют меня.

– Боги! Как это скучно! – скривилась Мирам и снова устремила взгляд в царство грез.

– Да уж. Повезло нам, сестрички. Еще один солдафон, только и умеющий, что размахивать мечом.

– Ну, каждому свое, – философски заметил Ал-Тор, которого уже начала доставать бесконечная грубость девчонки, – одному мечом размахивать, а другому на меч насаживаться.

– Что это за намеки, граф! – вскинулся барон Вильтар.

– Никаких намеков, барон. Человек, умеющий сражаться, размахивает мечом, а не знающий, с какой стороны за него берутся, будет на этот меч насажен.

– И тем не менее я попросил бы вас впредь воздержаться от таких выражений. У каждого свои вкусы. Сами-то вы, конечно, предпочитаете женщин.

– Верно. Но я не понимаю вашей угрозы. Что я сказал такого, что вас задело? Мне в общем-то все равно, какие у вас вкусы, но я привык говорить то, что думаю, и никто не сможет запретить мне это. А если вы собрались прислать мне вызов, то советую как следует подумать. Вы мне не соперник, – жестко проговорил Ал-Тор, с силой сжимая в пальцах серебряный кубок. Послышался легкий скрежет, и на стол упала кучка искореженного металла, даже близко не напоминавшая тот изящный сосуд, который слуги подали на стол.

Вскочивший было барон испуганно пискнул и плюхнулся обратно в кресло. Достав из рукава надушенный кружевной платочек, он принялся растерянно промокать покрывшийся испариной лоб.

– Боги! Вот это силища! – восхищенно проворчал граф Темино, искоса глянув на своих сыновей.

– Да-а, – задумчиво протянула Хаста, облизав губки острым язычком, – похоже, вам в руки лучше не попадаться.

– Да. Когда рассержусь, могу наделать бед. – Пожал плечами юноша, недовольный, что позволил вывести себя из равновесия.

– Я же говорю, солдафон. Теперь придется весь вечер слушать разговоры об оружии, лошадях, доспехах и тому подобной дребедени. Боги, ну почему здесь не может появиться хотя бы один приличный кавалер. Утонченный, изящный, умеющий читать стихи, играть на лютне, петь, знающий, как обращаться с приличными девушками.

– Тогда вам нужен менестрель. Хотя я, кажется, забыл, что благородных менестрелей не бывает. Как не бывает и богатых менестрелей, – не удержался от шпильки Ал-Тор. – Как я уже говорил, каждому свое. Одному заботиться об уделе и получать доход, другому бренчать на лютне, распевая сонеты, и выпрашивать у первого корку хлеба, чтобы не помереть с голоду. Пожалуй, теперь я понимаю, почему во многих домах, где есть женщины, менестрелей спускают с лестницы, – рассмеялся Ал-Тор.