Бастард
Шрифт:
— Это не угроза, ваше сиятельство, а констатация факта. Обещаю, что буду вести себя как подобает и не испорчу праздник. Ну, либо испорчу, если вы меня прогоните. Решать вам. Что скажете?
Глава 3
Князь выбирается из моих объятий и смотрит в глаза. Взгляд у него тяжёлый. Карие глаза кажутся почти что чёрными. Но я не отвожу взгляда, сохраняя при этом спокойствие.
— Дерзкий щенок, — выплёвывает дед.
— Какой есть, ваше сиятельство.
— Не знал, что ты способен вести
— Вы почти ничего обо мне не знаете. Возможно, если захотите узнать, то будете приятно удивлены.
— Сомневаюсь.
Князь бросает взгляд на моих маму и дядю, которые медленно поднимаются по ступенькам.
— Не ради тебя, — цедит он. — Ради репутации семьи. Веди себя прилично и не отсвечивай, понял?
— Понял, ваше сиятельство.
Дедушка теряет ко мне интерес и распахивает объятия для Виталия. Обнимает его, затем смотрит на Анну. Мама скромно опускает глаза и делает реверанс.
— Здравствуй, дочь, — сухо говорит князь. — Давно не виделись.
— Да, ваше сиятельство, — неожиданно тонким голосом отвечает мама.
Князь коротко обнимает её и позволяет поцеловать себя в щёку.
— С днём рождения, папа, — улыбается она.
Григорий молча кивает и указывает в сторону дверей.
— Идёмте внутрь. Анна, расскажи, как у тебя дела. Только вкратце. Виталий, будь внимательнее. Сегодня в меню устрицы и другие морепродукты.
— Спасибо, отец, — кивает тот.
На меня князь больше не обращает никакого внимания. Вместе с мамой они уходят в зал, а мы с Виталием направляемся следом.
— Ну и представление ты устроил, — негромко говорит дядя. — Что ты сказал ему?
— Ничего особенного. Поздравил с днём рождения и попросил позволения находиться на приёме.
— И он согласился?
— Как видите, — улыбаюсь я.
— Могу лишь похвалить тебя, — перед входом в зал Виталий осматривает себя и поправляет галстук. — Может быть, ты думаешь, что это пустяк. Но переубедить моего отца в чём-либо — задача не из лёгких.
— Спасибо, дядя.
— Кроме того, ты заставил его выйти на крыльцо. Из всех гостей он встречает лично только членов клана и близких друзей. Так что это двойная победа.
Не сразу понимаю про членов клана. Вроде бы мы род, а не клан. Потом доходит.
Грозины — род, семья. А клан — понятие более обширное. В него входят и другие роды, связанные с Грозинами узами вассалитета или деловых отношений.
— Но мы ведь даже не члены клана, правда? Мы члены основного рода.
— Сложный вопрос, — Виталий искоса смотрит на меня. — Хорошего вечера, Александр.
— Благодарю, и вам.
Князь Григорий Грозин
В огромном зале находится куча народу. Расставлены столы с закусками, лавируют официанты,
Приём в честь дня рождения — традиция, которой следуют многие дворяне. Те, что могут себе позволить, по крайней мере. Завтра же в этом доме состоится закрытый ужин. Только для самых близких.
Моя задача — попасть туда. Я должен заявить своё право зваться Грозиным.
Шампанское мне пока нельзя, да и вообще, я не любитель алкоголя. Наливаю себе апельсиновый сок и курсирую по залу, знакомясь с людьми и оттачивая мастерство коротких бесед.
Далеко не все хотят со мной общаться. Всё же репутация и правда далека от идеальной. Многие, не скрываясь, воротят нос. Избегают разговора или сворачивают его как можно быстрее под вежливым или не очень предлогом.
Неприятно, но ничего не поделаешь. Приходится работать с тем, что есть. Я бастард, а слова более ругательного в дворянской среде сложно придумать. Признание дало мне право носить фамилию, но не сделало мою кровь чище.
С точки зрения аристократов я едва ли не хуже, чем сын бродяги. А может, и хуже. Потому что бродягу бы прогнали, а я официально имею право находиться среди них.
Впрочем, моё обаяние пробивает некоторые стены. Особенно в общении с женщинами. Комплименты и удачные шутки заставляют дам улыбаться, что явно играет мне на руку. Да и держусь я уверенно. Твёрдо встречаю неприязненные взгляды и хожу с гордо поднятой головой, будто я здесь главный.
Не забываю про своё обещание барону Аникину. Когда это уместно, упоминаю про его тяжёлое положение. Всячески расхваливаю барона как достойного человека и рекомендую при возможности помочь ему. Купить имущество или замолвить словечко в Дворянской палате.
Я не боюсь, что такие непринуждённые просьбы нанесут урон моей чести. Я ведь поискал информацию об Аникине. Репутация у него и правда неплохая, если не считать долгов. В целом, он хороший человек, просто плохой предприниматель.
— Знаете, барон мог бы обратиться за помощью в мой фонд, — говорит один из гостей.
— Что за фонд?
— Мы занимаемся инвестициями. Можем изучить ситуацию его благородия и, если это будет рентабельно, то закроем долги и вложимся в бизнес.
— Благодарю, — вежливо киваю. — Я передам барону ваше предложение.
Собственно, делаю это сразу же. Пусть Аникин не переживает и видит, что я держу слово. Отхожу в сторонку и отправляю ему голосовое сообщение, следом скидываю название фонда и контакты тех, кто заинтересовался покупкой имущества.
У меня в телефонной книжке тоже прибавилось номеров. Я познакомился с директором успешной юридической фирмы, владельцем охранного агентства и другими полезными людьми.
Пока не знаю, чем сам хочу заниматься. Но подобные знакомства лишними не бывают.
В отличие от других членов семьи Грозиных, я не могу во всём полагаться на ресурсы Династии. Мне нужны свои связи, свой авторитет и свои люди. По-другому не получится пробиться.