Бастард Императора. Том 26
Шрифт:
Впрочем, стоило двери открыться, как все сразу повернули головы в нашу сторону.
— О, поздние пташки пришли, — усмехнулась Кларисса и на этих словах чуть дольше задержала взгляд на Яне.
Яна сохранила на лице прежнее спокойствие. Только по лёгкому движению ресниц можно было понять, что она всё прекрасно уловила.
— Что, поздно легли? — с ленивой насмешкой продолжила Кларисса.
— А то ты не знаешь, — усмехнулся уже я, возвращая ей подколку. — Мы ведь вместе вернулись.
Кларисса негромко засмеялась, а вот четвёрке возле
Если две девушки из троицы смотрели на нас с откровенным интересом, то Ольга и Хмурый выглядели подстать вечному поведению хмурого. Правда, Ольга хотя бы пыталась это скрывать. А вот он — нет.
— А я тут, — продолжила Кларисса, — обучаю твоих учеников. Так сказать, помогаю тебе.
Мы с Яной подошли ближе. Я остановился рядом и, посмотрев на троицу, снова усмехнулся.
— Да ладно тебе, не покрывай их. Я же вижу, что они просто напрашиваются к тебе в ученики.
Троица быстро переглянулась. Хмурый при этом снова мельком посмотрел на Яну, будто надеялся найти у неё какую-то реакцию. Но девушка стояла всё так же невозмутимо, с той самой ледяной маской на лице, за которой ничего нельзя было прочитать.
— Слушай, — задумчиво протянул я, — а может, ты и вправду заберёшь их себе?
Кларисса повернула ко мне голову и я продолжил:
— Авадий ведь всё равно ничего не узнает. Да и эти, — мотнул головой в сторону троицы, — явно ничего ему не скажут. Всё же куда почётнее учиться у великой святой, чем у какого-то абсолюта. Точно будут молчать.
Кларисса хотела что-то ответить, но заметила, что я смотря на печать и спросила:
— Удивительно, не правда ли?
— Доработанная печать Сарса, — задумчиво протянул я, ещё раз пробегаясь взглядом по структуре. — Причём её явно пытались улучшить. И, надо признать, местами даже не без толка. Вот только в одном из просчётов допущена слишком грубая ошибка, и из-за неё вся конструкция превратилась в нагромождение. Пользоваться таким уже не стоит. Уж точно не новичкам. Ты ведь именно поэтому её и пересобираешь?
— Она не может быть недоработана, — вдруг нахмурился хмурый, резко влезая в наш разговор. — Она четвёртого поколения. Её улучшением занимался лично наш император! Святой третьего ранга! И уж он-то в этом понимает явно больше, чем… — парень запнулся.
— Больше, чем абсолют? — усмехнулся я, спокойно заканчивая за него.
Хмурый зло сверкнул глазами, но не отвёл взгляд.
— Так значит, этой печатью занимался Авадий? — я снова посмотрел на структуру. — Неплохо. Действительно неплохо. Правда, в плане синометрии у него знания очень сильно проседают. Я чуть перевёл взгляд на Клариссу. — Они что, пытались купить этой печатью тебя?
Она лишь усмехнулась.
— Понятно, — кивнул я. — Ну, Авадию самому явно ещё нужно подучиться. Всё же он метил на четвёртое поколение, и так… Коряво сделал. Тут не четвёртое, а третье поколение печати.
— Возьми свои слова назад! — почти прорычал Хмурый, резко вскакивая на ноги.
Я неторопливо повернул
— Надо же. Котёнок показывает зубки.
— Я не позволю тебе порочить имя нашего императора! — процедил он. — Хоть я и следую его приказу, но не стану терпеть такую наглость!
— Какой бойкий, — произнёс я уже с откровенным интересом. — Что, хочешь сразиться со мной?
Вместо ответа парень просто чуть шире поставил ноги и удобнее развернул корпус.
Я покачал головой.
— Нет. Мы сразимся не так. Это было бы слишком просто. И исход тут слишком очевиден. Впрочем, в другом случае он тоже будет очевиден. Но да ладно. Предлагаю следующее, — я обвёл взглядом троицу. — Раз уж вы узнали эту печать, значит, в теории хотя бы что-то о ней знаете.
— Мы проходили её на курсах, — спокойно произнесла рядом Яна.
Хмурый тут же метнул на неё раздражённый взгляд. Любовь к императору у него, похоже, сильнее, чем к девушке. Или он просто раздражён, что она рассказывает секреты их обучения.
— Не полностью, — продолжила Яна. — Но функционал нам объясняли. Мы сможем отличить настоящую активацию от ложной, а также увидеть изменения в структуре.
Я кивнул и подошёл ближе к Клариссе. Печать всё ещё висела перед ней.
— Хорошо, — произнёс я. — Тогда я видоизменю её прямо сейчас. Сохраняя принцип вашего императора, облегчу конструкцию где-то на двадцать процентов и усилю примерно на семь. Этого должно хватить, чтобы вы увидели разницу и поняли одну простую вещь, — повернулся лицом к троице. — Вы должны отвечать за свои навыки, а не за чужие. И если ничего в этом не понимаете — лучше слушайте, или спрашивайте, а не возникайте попусту.
Хмурый стоял всё так же напряжённо и молча, поэтому я продолжил, обращаясь уже к нему:
— И когда я выиграю этот спор, ты, хмурый, будешь отжиматься в этом зале сто тысяч раз. Всё время ты проводишь здесь, пока не сделаешь. Это будет тебе уроком за твою дерзость и наглость, чтобы впредь думал, прежде чем встревать в разговор не с дельными предложениями, а просто чтобы открыть рот.
Две девушки разом чуть побледнели. Ольга тихо присвистнула.
— А если не сможешь? — зло прищурился парень, тоже слегка побледневший, но старающийся не показывать.
Я пожал плечами.
— Тогда я сделаю то же самое. Или придумай своё наказание. За свою победу.
Хмурый не ответил сразу. Взгляд его метнулся к Клариссе, потом ко мне, потом снова к печати. Видимо, он быстро считывал, где для него здесь настоящая выгода. И уже через пару секунд холодно произнёс:
— Если я выиграю, ты уговоришь Великую взять нас в ученики.
Я не удержался и рассмеялся.
— Что скажешь? — обратился уже к Клариссе.
— И вот нравится тебе играться с детьми, — покачало девушка головой, а затем лениво махнула рукой, обновляя печать. — Просто отказался бы уже от них за их наглость и дерзость. Ну да ладно. Дело твоё. Со своей стороны обещаю, что возьму всех троих в ученики.