Бастард Императора. Том 26
Шрифт:
Мне нужна была не шахта — переходы от здания к подземным уровням обороны редко совмещают с гражданскими лифтами. Слишком глупо. А вот скрытые ходы — это все любят… Но без энергии они для нас бесполезны, как и скрытые специальные лифты, которые ещё отыскать надо.
Мы пошли внутрь и даже быстро нашли лестницу вниз. Всё оказалось куда проще, чем я думал…
Кругом было полно скелетов, внизу пахло влагой, пылью и «застывшим временем». Когда ничто живое уже давно не шевелится.
Подвал оказался просторным, с рядами
Обнаружить ещё одну лестницу также не составило труда. Спускаясь по ней в абсолютной темноте, мы дошли до огромной, примерно четыре метра в диаметре двери из белого металла.
Ольга аккуратно подошла и провела ладонью по прохладной поверхности.
— Тут даже щели нет. Если это то, что нам нужно, мы просто не попадём внутрь.
Ничего не отвечая, я создал шаровую молнию, как источник света и упёрся ладонями в металл. Электроника уже давно приказала долго жить, зато сама масса металла никуда не делась. Пробить её не выйдет, наверняка широкая, а вот вырезать «язычок» — вполне.
Сосредоточившись, активировал родовую силу, а затем направил в пальцы молнию и тёмную энергию, пробивая себе отверстия для удобства. Погрузил пальцы внутрь, а затем потянул, при этом запуская понемногу чёрную молнии в щель.
Металл застонал. Сначала едва слышно — низким, протяжным скрипом, которым обычно жалуются старые конструкции. Потом звук усилился. Но замки, лишённые питания, оказались беззащитны перед прямым давлением и тёмной энергией.
Поняв, что добился своего, я резко потянул.
Дверь сильно заскрипела, внутри лопнули мощные удерживающие её в пазах заслоны, и она резко отворилась, обдавая нас прохладным воздухом.
Ольга вскинула брови.
— Впечатляет…
— Спортом занимаюсь, — усмехнулся я.
За дверью открылся широкий коридор. Высокий потолок, метров шесть, не меньше. Стены — из тёмного, почти чёрного металла без единого пятна ржавчины. Воздух встретил прохладой и странной, стерильной очищённостью, как будто здесь только вчера всё проветрили.
Ни пыли, ни мусора. Пусто и тихо.
— Не слишком ли чисто? — вполголоса заметила Ольга, звук её голоса утонул в глухой, плотной тишине. — Может там кто-то ещё есть?
Я прислушался. Где-то в глубине — еле заметное гудение. Не энергия, а механика: оставшиеся в строю фильтры, может, автономные контуры.
— Что-то ещё работает, — ответил я. — Резервные блоки или автономная очистка воздуха. Для бункера это нормально.
Мы пошли вперёд. Широкий коридор тянулся метров на сорок, а впереди была ещё одна массивная дверь, но уже приоткрытая. Её край был вмят, словно дверь пытались с усилием открыть изнутри — или закрыть, но не успели.
За ней располагался командный пункт.
Высокий зал,
На полу не было ни пыли, ни мусора, ни людей…
— Пусто, — констатировала Ольга. — Как будто все просто встали и ушли.
— Или их отсюда эвакуировали через другой выход, — поправил я.
Я провёл ладонью по ближайшей консоли. Пальцы скользнули по гладкой, холодной поверхности, не оставив даже следа, как это бывает от пыли.
— Странно, — тихо добавил я. — Снаружи — мясорубка, здесь — идеальный порядок. Значит, последний бой шёл не здесь.
— Компьютеры? — Ольга обвела зал взглядом. — Сможем их включить?
— Думаю, да. Но для начала надо найти резервное питание.
Я сосредоточился. В таких бункерах редко полагаются на одну ветвь. Основной генератор, резервный, а иногда и третий — полностью автономный, на случай, если всё остальное сгорит к демонам.
Слабый, почти незаметный импульс в углу зала выдал мне ответ. На фоне мёртвых линий этот крошечный, но стабильный источник был как живая искра в темноте.
Подойдя поближе, присмотрелся к ровной стене.
На первый взгляд никаких ручек, замков, даже шва. Но для высокоразвитых таких штуки привычное дело…
Я приложил ладонь к холодному металлу и использовал молнию. Пришлось немного повозиться, направляя энергию, но в итоге плита стены с щелчком ушла в сторону, открывая нишу.
Внутри, встроенный прямо в стену, висел компактный генератор. На нём мигал одинокий синий огонёк — знак того, что система находится в ждущем режиме, сохраняя остатки заряда.
— Живучая штука, — присвистнула Ольга. — Сколько времени прошло, а он всё ещё не умер.
— Хороший инженер ценит надёжность, — хмыкнул я. — Сейчас посмотрим, насколько они были хорошими.
Быстро найдя взглядом небольшую кнопку, нажал её.
По залу прокатился еле слышный гул. На стенах один за другим вспыхнули дежурные световые полосы, заливая помещение мягким, холодным сиянием. Несколько экранов дрогнули, моргнули логотипами какой-то корпорации, но затем все, как по команде, замерли на заставке авторизации.
На главном, самом большом, центральном экране всплыло окно. Ряд непонятных, судя по взгляду, для Ольги символов, для меня — вполне читаемых: запрос пароля верхнего уровня доступа. Три строки для идентификатора, пароля и биометрического ключа.
Ольга повернулась ко мне, словно ожидая, что я сейчас совершу очередное чудо.
Я вздохнул и развёл руками в стороны.
— Обнадёжил, — выдохнула она.
Я не ответил. Вместо этого заставил себя перестать смотреть на экран и снова прислушался к залу. Не к технике, а к энергопотокам.