Басни
Шрифт:
Я на свирели басни той
Здесь сделал перепев простой;
Быть может, свет он позабавит,
Но жду, что скоро мой герой
Трубу поэта взять заставит.
Пророком быть не мой удел;
Но по звездам прочесть успел
Я кое-что,-и полон веры,
Что натворит он славных дел,
И будут нам нужны Гомеры.
А где же в наши дни их взять?
Но чем сбивать читателей нам с толку,
Не лучше ли рассказ начать?
"Послушай,
Ты знаешь сам, что на обед
Волк и Лиса
Таскаю я себе добычу втихомолку,
Которой хуже нет.
Уж надоело есть мне петухов поджарых,
Не вижу вкуса я и в курах старых.
Сытнее во сто крат твоя еда,
И безопасней промысел твой, право.
Я вечно близ жилищ, - ты их бежишь всегда.
Хотела б твоего изведать я труда...
Товарищ! поучи меня. Поверь, что слава
Нас ждет, и обо мне везде заговорят,
Коль первой из лисиц барашка я добуду.
Услуги же твоей вовек я не забуду".
– Пойдем,-ответил Волк, - я очень рад.
А так как у меня недавно умер брат,
То волчью шкуру дать могу тебе я.
Волк стал учить Лису: - Вот надо делать как,
Чтобы от стада удалить собак.
И в новой шкуре, рвеньем к делу пламенея,
Лиса, учителя приняв за образец,
Твердит его урок. Сначала вышло худо,
Там, смотришь, лучше, лучше все, - покуда
Не удалося все постичь ей наконец.
Едва к концу пришло ученье,
Навстречу ей идут прямехонько стада.
Распространяя ужас и смятенье,
Наш новый Волк бежит туда...
Так точно страх нагнал на город осажденный
Патрокл, в Ахилловы доспехи облеченный:
Все - от детей и жен до стариков
Искать спасенья к храму устремилось.
Казалось, что десятков пять волков
Пред блеющим народом появилось.
К деревне все бегут - псы, стадо и пастух,
Оставивши в залог одну овцу; воровка
Уже схватить ее успела ловко,
Как вдруг невдалеке запел петух.
И с увлечением невольным
Наш ученик
Бежит на петушиный крик,
Расставшись с платьем школьным,
Забыв учителя, забыв его урок.
Хотя надеть личину и не трудно,
Но есть ли в этом прок?
Мечтать переменить природу - безрассудно:
Лишь стоит случаю прийти,
И мы по прежнему направимся пути.
Принц! вашему уму, которому едва ли
Найдется равный где, обязан всем поэт:
От вас заимствовал не только он сюжет,
Но все - от диалога до морали.
Н. Юрьин.
Сюжет басни находится в "темах" герцога Бургундского (прим. к б. 217).
223.
(L'Ecrivesse et son Fils)
Нередко, наподобье рака,
Мудрец иной
Назад все пятится; и к цели он, однако,
Подходит... повернувшись к ней спиной.
Не так ли и матросы в гавань входят?
И так же многие, чтоб скрыть свой план,
Противника искусно вводят
В обман
И устремляют взор притворно
Не к цели, что они преследуют упорно,
А к стороне другой.
Предмет сей басни мал, а велико вступленье;
Но применить его могу я, без сомненья,
К тому, кто, как герой,
Наполнив мир своих деяний славой,
Один расстроить мог союз стоглавый.
Лелеет ли какой он замысел иль нет,
Сначала тайна то, а после ряд побед.
Нельзя проникнуть в то, что он таит глубоко,
Так точно, как нельзя веленьям рока
Наперекор идти:
Он, как поток, все сносит по пути;
Юпитер сто богов осилить может сразу.
Людовик и Судьба, в согласьи меж собой,
Увлечь способны мир. Но перейдем к рассказу.
Рак Сыну сделал раз упрек такой:
– Как ходишь ты! Творец! Неужто ровным ходом
Ходить бы ты не мог?
– А сам ты ходишь как?-в ответ ему Сынок.
И как мне быть в семье своей уродом?
Коль криво ходят все в моем роду,
Так как же прямо я один пойду?
Он прав, конечно: видим мы повсюду
Домашнего примера силу. Знать, таков
Закон; он и к добру ведет, и к худу,
Плодит и умников, и дураков
(Последних больше, к сожаленью).
Теперь, когда вернуться ко вступленью
Приходится вторично мне,
Скажу, что поворачиванье тыла,
Полезно, - особливо на войне;
Но надо, чтоб оно, конечно, кстати было.
Н. Юрьин.
Из басен Эзопа и Автония (прим. к б. 137). Басню отдаленно перевел на русский язык Сумароков ("Два Рака").-От замены Дочери Рака Сыном, более отвечающей характеру русской жизни, смысл басни нисколько не страдает.
224. Орел и Сорока
(L'Aigle et la Pie)
Пространств воздушных царь, для отдыха избрав
Равнину, направлялся к ней, а недалёко
Летела также и Сорока.
Меж ними и язык, и ум, и нрав,
И даже одеянье - все различно.
И вот столкнулися они лицом к лицу.
Сорока к своему концу
Уже готовилась; Орел же - тот, отлично,
Как видно, пообедавши, был сыт,
И успокоить он бедняжечку спешит.
"Отправимся, - он говорит ей, - вместе;