Башня Владык. Том 1

Aruox

— Договорились — произнес Первый и неожиданно, широко улыбнувшись, произнес- Давно я не чувствовал куража от предстоящего боя. Не разочаруй меня! — И на этой фразе, он зашел в круг.

Он был быстрее моего предыдущего противника. Значительно, пока-что, его первые, пристрелочные удары я успевал либо принять на блок, либо уклониться, но если так и продолжится, то я скоро начну ошибаться и пропущу удар.

А то состояние с замедлением, как назло, не хотело появляться. Бесит, что я надеюсь на что-то эфемерное, что возможно мне вообще

привиделось. Бесит что я настолько слаб, что сейчас даже подумать об атаке не могу, бесит.

С каждой моей мыслью кулаки все ярче и ярче горят, мне кажется они уже даже жгут, я как будто опустил руки в горячую воду, терпимо, но неприятно. Даже это бесит!

И вот, на одном из его ударов, время снова замедлилось. Но только одна слабая точка подсвечена, почему так? Ладно, не отвлекаемся, она еле светит, но это хоть что-то, попробуем.

И вновь, как только я начал смещаться вбок, время вернулось в прежнее русло.

Сместился вбок, подсел, и пробиваю по печени. К моменту, когда я пробил, его рука уже почти вернулась в исходное положение, так что еще бы мгновение и я бы попал блок.

Сразу после удара, он разрывает дистанцию, и чуть сгорбившись начинает медленно ко мне подходить. А мои кулаки уже просто горят, еще чуть-чуть и будет ощущение, что они в кипятке. Надо быстрее заканчивать бой.

Я выкидываю левую руку ему в челюсть, особо не надеясь на успех, и сразу пытаюсь пробить правой по ребрам. И вижу, как мне в голову летит его кулак, а я не успеваю даже левую руку вернуть на исходную, чтоб прикрыть подбородок. Это конец…

Глава 14

Да, вы, девушки, очень странные. Сначала вы готовы вцепиться друг другу в глотку, а потом мило улыбаетесь.

(с) 50 дней до моего самоубийства. Стейс Крамер.

Я бы хотел сказать, что мое пробуждение было приятным, но когда вас только что отрубили ударом в голову, а после этого начали еще и по лицу ладонью бить, чтобы вы очнулись… Тут мало кто скажет что это приятно, за исключением некоторых индивидов, но я тут не для того, чтобы их осуждать.

Так вот, как вы поняли, очнулся я от того, что меня били по лицу, и если вдруг, вы подумаете, что это не так уж и больно, то что вы скажете, если это будет делать мужик с невероятной силой, и ладонью что вся твоя голова? То-то и оно.

— Хватит! Стоп! Очнулся! — задергался и закричал я, а за время, пока я кричал эти три простых слова, мне успело прилететь еще не меньше шести или семи пощечин. Так, кажется, успокоились, не бьют, уже хороший знак!

Осторожно приоткрыв глаза, я понял, что так надо мной издевался Первый, я даже удивлен, я почему-то ожидал увидеть перед своими глазами Злого, хотя этот бы не остановился после моих криков, а продолжил бы с большей силой.

— Долго собираешься

лежать? Песок то холодный, чай не лето, застудишь себе самые сокровенные места, а потом жалеть будешь. — с ехидной улыбочкой проговорил Первый. Я не пойму, меня только что стебал искусственный интеллект? Дожились.

— Так а что вы гостей то укладываете на холодный песок? А потом еще удивляетесь что отмораживают себе все там — с иронией сказал я, и передернул плечами от холода, видимо не так уж и мало времени я провалялся, раз уже успел замерзнуть.

— Ты шути, да не заговаривайся. Не забывай, что только-что проиграл. — сразу посерьезнев проговорил Первый. Даже неловко сразу стало.

— Все я помню, просто решил в ответ пошутить, что сразу в штыки то — проронил я, медленно поднимаясь с песка.

Пока я поднимался, сзади меня раздался странный шорох и возня, сначала я этому внимания не придал, мало ли кто из братьев там что-то делает, но вот когда я заметил огорошенный взгляд Первого, то тут мне ничего не оставалось как оглянуться назад.

А там, пред моим взором предстала картина маслом «Мягкий и пушистый северный зверек против злого охотника с ножом», в роли мягкого и пушистого выступает непревзойденная Степана, а вот в роли охотника имбецила Злой, прошу любить и жаловать.

Данная картина вызывает в моей голове целую бурю эмоций, и множество вопросов. Во-первых, откуда тут появилась Степана, во вторых почему Злой с ножом, и в третьих что тут вообще творится?!

От моих веселых дум меня отвлекло странное поведение остальных братьев, они по неизвестным мне причинам начали вставать на одно колено, склонив голову, молча. Даже Первый. Нет, безусловно, Степана великолепна, но не настолько же?

А вот Злой начал заметно дрожать, и по лбу у него начали течь крупные капли пота, испугался что-ли?

— Великая охотница, простите его, он не знал, что этот человек под вашей защитой. — мрачно взмолился Первый.

После этих слов, Великая охотница Степана медленно повернула голову к Первому и зарычала.

Не знаю, толи Злой совсем дурак, толи просто его в детстве роняли головой об пол, на постоянной основе, но когда Степана от него отвернулась он бросился на нее с ножом.

Если бы я был писателем, я бы сказал, что он пал смертью храбрых, но я простой человек, и скажу, что он пал смертью идиота, его просто загрызли. Мгновенно.

После такой скорой расправы, Степана как ни в чем не бывало подошла ко мне, и заляпанной кровью мордашкой начала тереться об меня. Интересно, она делает чтобы меня в крови тоже заляпать или просто ластится?

После того, как я почесал ей за ушком, она развернулась и ушла в сторону леса, вот так вот, без всяких слов на прощание. Тьфу ты, каких слов, она же зверь, эта игра меня доконает, подозреваю что скоро начну с белками в парке говорить, а потом за мной приедут добрые и милые люди в белых халатах, и их сложно будет осуждать.