Башня страха
Шрифт:
Он немного помог у лебедки, потом отошел. Теперь нечего делать, пока рабочие не будут готовы к установке мачты. Кулло тоже ушел, поэтому Аарон решил навестить Билли-козла, который с помощью деревянного молотка и клина загонял куски каната в щели между планками; старик работал быстро и проворно, помощник — он заливал щели горячей смолой — отставал от него на несколько метров.
— Вонючая штука, — заметил Аарон.
— Смола-то? К ней здорово привыкаешь. Потом, несколько дней не работаешь — и уже начинаешь скучать по запаху. У тебя как?
— Да с лебедкой возимся.
— Угу.
— Как
Билли всегда узнавал новости раньше мастера. Вокруг названия корабля разгорелись жаркие споры между фанатиками и купцами, которые понимали, что в иностранных портах геродианский бог не встретит теплого приема.
— Да нет. Хочешь о чем-то потолковать, Аарон?
— Да. — Аарон не знал, с чего начать, чтоб не показаться брюзгливой старой бабой. — Помнишь, ты мне рассказал о потерянных ребятишках у Козлиного ручья?
— Угу. — Руки Билли продолжали проворно делать свое дело.
— А о других похожих случаях ты не слыхал?
— Опять что-то стряслось?
— На сей раз не у меня. Вчера похитили сынишку подруги моей жены. Единственный ребенок.
— Угу. — Билли-козел остановился, прямо взглянул на Аарона. — У тебя определенно есть особые причины так интересоваться этим делом, правда?
Что он мог сказать? Поведать о пустых подозрениях, о ночных кошмарах, о страхе за Арифа? Это после всех предупреждений и предосторожностей. Да он просто спятил!
— Что ж, коли уж зашла речь, я вроде припоминаю, что слышал о еще нескольких подобных случаях. Ребятишки были хорошо одеты, здоровы, но мало что помнили. — Билли снова взялся за работу.
— А своих домашних они признали?
— Да вроде бы…
Аарон вздохнул, и вздох этот исходил из самой глубины души. Да, чудно это все, есть над чем поломать голову.
— Ну ладно, предположим, — заговорил Билли-козел, — а что с тобой вообще-то происходит нынче утром, мальчик? — Часть очарования Билли заключалась в этой добровольно взятой на себя роли умудренного опытом старика, хотя на самом деле до старости ему было еще далеко.
Аарон удивился. Неужели его состояние бросается в глаза?
— Ну да. Старичок Билли читает в душах, как в открытой книге. Какого черта ты ждал, Аарон, ты что, думал, шляешься тут с кислой миной целое утро, и никто ничего не замечает? Давай выкладывай, облегчи душу.
" Не так-то это просто. Билли. Тут такая штука, что приходится выбирать, и даже отказаться от выбора — тоже выбор, и что бы ты ни выбрал, кто-нибудь да пострадает. Ты, выходит, должен выбрать, кто именно.
— Ага. Направо пойдешь, коня потеряешь, налево… Гомар, ты зря теряешь время. Ты устал и начинаешь халтурить. Я уже вижу пару пропущенных щелей.
Аарону казалось, что Гомар все делает правильно. Он думал, что Гомар знает это не хуже его, но он покорно собрал инструменты, подбросил в топку угля, чтобы растопить еще пару брусков смолы, и ушел.
— Итак, давай, Аарон, рассказывай.
— Что ты знаешь о Живых? Билли-козел подозрительно прищурился.
— Меньше знаешь — крепче спишь. Слишком много знать о них все равно что переплывать залив, когда к ногам привязан груз килограммчиков
— Да-да. — Аарону не приходило в голову взглянуть на дело с этой стороны. — Я не об том. Как ты думаешь, это стоящие ребята или просто компания упрямых идиотов, которые только затрудняют нашу жизнь?
Билли-козел улыбнулся.
— Это ты мне осложняешь задачу, Аарон. К чему пустые разговоры? Скажи прямо, что тебя тревожит, и я помогу чем смогу, а если ничем не смогу, напрочь позабуду о твоем вопросе, точно его и не было.
Аарон подумал с минуту, но он уже просто не мог держать это все в себе; ему необходимо было извергнуть из себя отраву, пока она вконец не погубила его.
— Скажем, есть парень, который предал кушмаррахан в деле столь же важном, что и Фа'тад, но только предательства его никто не заметил. Заметил только второй парень, а предатель об этом ничего не знает. И вот прошло много лет, и второй парень узнает, что предатель теперь занимает какой-то важный пост в Союзе Живых. А если раньше он работал на геродиан…
— Стоп, я все понял. — Билли-козел поднял руку, призывая к тишине, и отложил молоток. — Ни слова больше. — Он подумал еще несколько минут. — За годы оккупации завязались новые отношения, возникла масса обстоятельств, битва за Кушмаррах осталась далеко позади. Предатель наверняка завел семью, и члены ее ни о чем не подозревают, они ни в чем не виноваты, а если начать запоздало восстанавливать справедливость, пострадают в первую очередь именно они. С другой стороны, если он и в самом деле не последний человек в Союзе и в то же время сотрудничает с Городом, а Живые стоящие ребята, у которых и вправду есть шанс восстановить независимость Кушмарраха… Да уж, Аарон, задачка не из легких.
Аарона окликнули сверху. Рабочие у лебедки были готовы к спуску мачты.
— Я подумаю, Аарон. Из всякой безвыходной ситуации, стоит посмотреть на нее под неожиданным углом зрения, можно найти выход. Поговорим попозже. Поднимайся, а то они описаются от нетерпения.
— Спасибо, Билли.
Аарон по ближайшим лесам вскарабкался наверх, пробежал по недоделанной еще палубе, перепрыгивая прорехи и убедившись по дороге, что все сделанное раньше сделано на славу. Помощники ждали его.
— Опускайте!
Мачта медленно поплыла вниз. Рабочие развернули ее, уравновесили, установили в положенном месте. Аарон махнул рукой мастеру.
— Все вроде бы в порядке. Но давайте сперва проверим стыки.
Десятью минутами позже он буквально раздувался от гордости.
Оказалось, что лишь одно место требует небольшой доработки.
— Ты просто создан для нашего дела, Аарон, — сказал ему Кулло. — Оставайся, заключим договор…
Аарон пожал плечами, отошел в сторону и подал знак рабочим у лебедки на полметра приподнять всю конструкцию. Помощники его принялись смазывать клеем все стыки. Аарон дал клею немного подсохнуть, потом сооружение опять опустили на место. Теперь пришла очередь втыкать пропитанные клеющим составом деревянные колышки-гвозди — по четыре на каждый стык: четыре на уровне палубы, два сбоку, четыре по мидйлю, еще два сбоку и четыре на киле.