Башня с часами
Шрифт:
– Кто кому снится… – повторил Максим, кажется, бледнея еще больше.
Мы смотрели друг на друга и молчали. Казалось, вот-вот станет ясно, что именно происходит, еще несколько секунд – и придет озарение.
Но его все не было и не было. Мы так и замерли, глядя друг на друга с испугом и непониманием.
– ?очему–то нет башни за окном… – тихо произнес Максим, словно пытаясь разрушить окружившую нас тишину. – Наверное, сейчас часы отбили бы три ночи…
Я поглядела в окно. Там, на улице снег заметал наш город. Крупные белые хлопья все падали и падали,
– Ее никогда здесь и не было, - отозвалась я растеряно. – В нашем городе никогда не было часовой башни.
Ночной гость, услышав мои слова,искренне растерялся.
– Как такое вообще возможно, что бы не было часовой башни?
В голосе Максима звучало неодолимое изумление, словно ему пытались доказать, что солнце крутится вокруг земли.
– Вот так. Пусть даже это сон, но уже если моя квартира снится мне точно такой, какая она есть, почему вдруг должна появиться башня?
– Но ведь это мой сон! – возмущенно воскликнул парень и подался вперед, ко мне.
– Это моя квартира мне снится! И ты – только часть моего сна… Как бы ни хотелось обратного.
В полумраке Максим нашарил мою руку и сжал ее так, что еще чуть сильней – и стало бы больно.
– Так кто кoму снится?..
– прошептала я, чувствуя себя невероятно беспомощной и потеряной.
Сейчас былo настолько просто поверить, что парень передо мной действительно живой, настоящий, из плоти и крови, а не просто плод излишне бурного воображения.
– Ты не можешь быть настоящей. Не такая, - произнес хрипло Максим.
– Ты слишком идеальная, совершенно такая, как я хочу. Ненастоящая…
И он это еще мне говорит. Решила развеять романтические иллюзии своего сновидения и как следует ударила его по плечу.
– Так менее идеальная?
– спросила я с недовoльством.
Максим охнул от боли и принялся тереть место ушиба. Интересно, а он на самом деле что–то чувствует – или я просто вижу то, что ожидаю увидеть? Как вообще все во сне работает?
– Куда менее идеальная, - проворчал он почти обиженно.
– Я вообще не понимаю, как так происходит. Я тебя во сне вижу куда чаще, чем наяву. Бред какой-то. Надо было спросить хотя бы в какой квартире живешь.
Я рассмеялась и назвала номер своей квартиры. Все равно во сне можно делать все, что угодно.
Гость нахмурился.
– Вообще–то, я живу в этой квартире. Все, в вещие сны больше не верю.
То есть, выходит, раньше верил? Хотя я ведь и сама если не верила, то невероятно сильно хотела поверить . Ведь говорил Максим как настоящий, живой, пусть и слегка идеализирoванный человек. И если вообразить себе нечто волшебное, к примеру, что во сне мы можем общаться друг с другом… То жить в одной и той же квартире мы точно не можем.
– Значит, это только сoн, - не без сожаления пробормотала я и, окончательно осмелев, погладила Максима по щеке.
Это совершенно точно не по-настоящему. Значит, можно все.
Мой ночной гость изумленно смотрел
– Во сне можно все, - произнесла я и потянулась к его губам. Никогда бы не позволила себе наяву вот так запросто поцеловать парня.
Но это был Максим, уже такой понятный, практически родной, к тому я нахожусь в собственном сне. Так что можно смело цeловать, обнимать за шею и просто красть эти минуты фальшивой радости.
Через несколько минут мы просто сидели в обнимку, изредка вздыхая. Макс гладил меня по голове, я сопела в его плечо, чувствуя как слипаются глаза.
– ?ойдем спать, ?лиса, – ласково шепнул он.
ГЛАВ? 7
6 декабря
вторник
После звонка будильника я снова проснулась совершенно не отдохнувшей, однако до странности умиротворенной и даже самую малость счастливой. Оказывается, увидеть Максима во сне и не выспаться куда приятней, чем выспаться и не увидеть своего… возлюбленного? Такое старомодное слoво, даже неуклюжее пo нынешним временам. Но именно так мне хотелось называть Максима из моих снов. А сны, тем временем, становились все более запутанными и все менее реальными.
– Ну и пусть, – сказала я и заставила себя рывком сесть на постели.
На мгновение перед глазами потемнело. Кажется, будто за ночь я даже не отдохнула, а устала ещё больше.
Добрела до ванной комнаты я медленно и с большой неохотой, уже представляя, как печально будет выглядеть мое отражение. И в каком-то смысле догадка была верной – под глазами залегли тени, не слишком тонко намекающие, что стоило бы позаботиться о самочувствии больше, да и бледность ясней ясного говорила, что стоило бы остаться в постели.
Чего только я не могла предвидеть – так этo алых опухших губ, заставлявших задуматься или о сильной аллергии… или о том, что я едва не всю ночь целовалась.
Я даже провела по губам пальцами, желая убедиться в реальности происходящего. Кожу cаднило…
Мы с Максимом целовались…
И губы теперь опухшие.
Но как такое вообще возможно? Все происходило во сне. Просто ещё один сон, в котором мне привиделся по?равившийся парень! Ничего больше!
Но почему тогда у меня губы распухли в реальности, да еще и настолькo сильнo? Неужели я с подушкой всю ?очь напролет целовалась?
У зеркала я в растерянности простояла минут пять, как будто надеялась, что вот еще немного – и лицо снова станет совершенно нормальным,и исчезнут все следы прошедшей ночи, которые ясней любых слов говорили – все происходило по–настоящему.
Но как?..
В университет я добиралась в полубреду, чудом не пропустив нужную станцию метро и не промахнувшись маршруткой. Мысли путались в голове, пытаясь уложить происходящее хоть в какую-то логичную схему. Логика быстро начала пасовать, потому что отрицала саму возможность того, что поцелуи во сне – это по-настоящему. Такого просто не бывает в реальности!