Башня преступления
Шрифт:
– Чихать я хотел… – прорычал один из братьев Портье де ля Грий. – Гром и молния!
– И я тоже, – поддержал его второй, – в носу чешется!
– Так разговаривать с наследником прес…
– Тише! – шепнул месье Лефебюр, всегда спокойный и осторожный.
Но шевалье де ля Прюнелэ спросил властным голосом будущего префекта:
– А что, молодой человек ищет ссоры с кем-нибудь здесь?
– Не с вами, – сухо парировал Поль Лабр.
– А с кем? – спросило сразу несколько разгоряченных голосов.
Поль
– Вот с ним.
Его тут же окружили. Пулэн и его племянник дю Молар настолько расхрабрились, что готовы были ударить барона д'Арси.
– Месье, месье, спокойно! – пытался образумить ихпринц.
Поль с презрительной улыбкой и угрозой во взгляде повернулся к нападающим, выставил вперед руки и легким движением оттолкнул их. Барон д'Арси был человеком недюжинной силы, в чем Пулэну и его племяннику пришлось лично убедиться. Сомнений на этот счет у них больше не осталось и они быстренько стушевались.
Зато остальные, все еще не понимая серьезности происходящего, подходили со всех сторон, окружая Поля и принца.
– Да, с ним, – повторил Поль и добавил, обращаясь к присутствующим: – Я сразу предполагаю ваш вопрос: почему? Месье, я не могу, да и не хочу сказать вам – почему. Дело касартся одной женщины. Мне все равно, кто этот человек. Я знаю, что он – самозванец. Но я не собираюсь мстить за всех обманутых, которых он Одурачил или обобрал. Для меня достаточно, что он однажды в жизни повел себя как трус и подлец.
– Господи Боже мой! – воскликнул старший из братьев Портье де ля Грий. – Разрешите мне заткнуть пасть этой бешеной собаке!
Он храбро двинулся вперед, но Поль таким же легким движением, как и в первый раз, оттолкнул его, и Портье де ля Грин упал. Это неожиданное событие привело в замешательство большинство мятежников. Они явно не отличались смелостью.
Поль подошел вплотную к принцу. Тот остановил его надменным жестом и сказал, продолжая улыбаться:
– Я чувствую себя достаточно оскорбленным, месье барон. – И добавил совсем тихо: – Завтра, в шесть часов утра, на перекрестке дю Фу, на пистолетах.
– Без секундантов не дерутся! – вскричал шевалье де ля Прюнелэ, которого душила ярость. – Я сомневаюсь, месье, что вы найдете хоть одного секунданта во всей Франции!
– Моими секундантами, – проговорил сын Людовика, – будут полковник Боццо и месье Лекок де ля Перьер. Будьте любезны, назовите ваших секундантов, месье барон.
– Я обязательно сообщу вам их имена, когда это станет необходимым, – ответил Поль Лабр и, снова учтиво поклонившись дамам, медленно вышел.
Едва он скрылся из виду, ревностные заговорщики взорвались криками, как ракеты фейерверка.
– Такой бой невозможен, преступен, противоестествен, нелеп! Коронованные особы не дерутся на дуэлях, – орали все наперебой.
Многие
– Монсеньор! Моя кровь в вашем распоряжении!
И тут следует справедливо отметить, что ни один из этих голосов не принадлежал парижанам.
Сын Людовика поблагодарил всех со спокойным величием, которое свойственно лишь королям. Он всем своим видом напоминал статую Генриха IV с Нового моста, когда давал такой замечательный ответ:
– Месье, я не только Бурбон, я, в первую очередь, француз и дворянин. Чтобы быть коронованной особой, нужно носить корону. Моя корона – на голове узурпатора. По примеру моих предков, монархов и рыцарей, я завоюю и верну себе власть над Францией. Я буду сувереном и на правах крови, и на правах победителя!
Все мелкопоместные дворяне вздрогнули от восхищения. Даже скептики по натуре признали в один голос:
– У нас будет великий король, месье!
Тем временем старый полковник Боццо говорил месье Лекоку, словно пытаясь его убедить:
– Приятель-Тулонец, мой малыш, ты же видишь, у парня в самом деле большие способности!
Лекок ответил, пожав плечами:
– Он прекрасно понимает, что ему грозит. А нам терпения не занимать. Не так ли, Отец?
– Хе, хе, Приятель! – одобрительно хихикнул старик, – когда ты стоишь за спиной, невозможно чувствовать себя уверенным. Никогда не знаешь, подставишь ты плечо или подножку.
– Вечно вы шутите, Отец! – прошептал Лекок. – Но тихо! Вот идет Николя получать наши поздравления.
И в самом деле принц подходил к ним, извиняющимся тоном говоря окружающим его дворянам:
– Месье и вы, прекрасные дамы, позвольте мне посекретничать с моими друзьями из Парижа.
Все вежливо замолчали и расступились, давая ему пройти.
Принц и прибывшие из Парижа гости встали так близко друг к другу, что Пистолет отскочил подальше, сильнее прижимая к себе своего Горэ.
– Отлично, сир! – произнес Лекок. – Ждем приказов Вашего Величества!
Николя бросил на него неприязненный взгляд, столь пронзительный и гордый, что Лекок опустил глаза.
– Шутка! – проворчал он и добавил более дружелюбно: – Дружище, ты действительно был неподражаем!
– Я не желаю, чтобы тут шутили, – проговорил принц строгим голосом. – У каждого здесь свое дело и место. Я Хозяин или нет?
– Ты Хозяин, ты, друг мой, – подтвердил полковник. – А Приятель-Тулонец мне только что говорил: «Решительно, это славный малый!» В глубине души он обожает тебя. Честно тебе говорю.
Принц по-прежнему неприязненно и внимательно глядел на Лекока.
– Тулонец! – произнес он тихо и угроза прозвучала в его голосе, – может нам вооружиться ножами и покончить со всем этим раз и навсегда, а? Ты как? Не возражаешь?