Башня Крови

Игнатов Михаил Павлович

Умение в умение, клинок в клинок. Осколки их хлещут по полу, стенам, потолку над нами, выкрашивая камень и выбивая щепу, разрезая плащ Борака и вспарывая его броню, но не в силах даже коснуться моего многослойного ханбока.

Борак рычит:

— Да кто ты такой, Безымянный тебя побери?

Я лишь шире растягиваю губы в ухмылке. Уже побрал, Борак, уже побрал, до тебя ещё не дошло?

Да и зря ты разговариваешь во время сражения.

Мой клинок не замирал ни на миг, продолжая плести вязь движений.

Третье, четвёртое движение.

Стена ледяных лезвий.

Она окружила меня, а через миг начала вращаться, преграждая путь Бораку.

Его это не остановило. Два шага, сердце даже не успело ударить и раза, а он уже вломился в Стену, голой сталью, без умений сметая со своего пути ледяные клинки и полагаясь на броню.

Пятое движение, шестое, довернуть меч, создавая Покров ледяных игл и...

Он срывается, сводит руку, окончательно ломая движение. Я едва не роняю меч.

Борак уже рядом, уже рвётся к моему горлу сталью, тянется к моей крови.

Устрашение.

Я толкаю в его сторону пелену тьмы, ухожу в сторону, спасая свою жизнь.

Это умение действует. Борак спотыкается, на всём бегу словно врубается в жердь, которая подбивает ему ноги.

Удар сердца и я уже в пяти шагах от него. Над ним колышущееся облако тьмы — тени не ожидали его падения, вывалились из его тела и одна за другой прыгают обратно, на ворочающегося на полу Борака.

Ирал ревёт:

— Круговорот, господин, круговорот меча!

Но я упрямо вздёргиваю меч в позицию. Первое, второе, третье движение. Влево и вниз, выпад вперёд, развернуть клинок, заставляя воздух стонать. Быстрей, Борак уже встал на одно колено, уже поворачивает в мою сторону голову.

Пятое, шестое, седьмое движение, выпад в сторону Борака.

Ничего.

С кончика клинка не хлещут десятки его образов. Ничего. Только руку сводит болью, а Борак уже в шаге от меня.

Плечо обжигает болью, а затем я бросаю тщетные попытки усмирить непокорное умение и ответно жалю Борака в бок обычной сталью.

Ирал снова ревёт:

— Круговорот, используйте простые движения, господин, высокие умения меча срываются.

Я лишь глухо рычу в ответ. А то я сам не догадался!

Устрашение.

В этот раз результат слабей, да и Борак надёжно стоит на двух ногах, а не бежит сломя голову. У него лишь на миг дрогнул меч, и только.

Отбить, отбить, ударить в бедро, заплести чужой клинок, вскинуть ладонь левой руки, складывая печать и выдохнуть:

— Агдже!

Удачно.

В этот раз Борак не сумел увернуться, и пламя залило его с головы до ног.

Я тут же добавил:

— Агдже! Исит ватум!

А вот это впустую. Огонь он рассёк мечом, а каменные шипы проигнорировал, даже не стронувшись с места.

Я выругался, это что, я не способен пробить этим умением даже защиту несильного идара?

Чего он тогда рвался первый раз из центра этого умения? Да и огненный сгусток «Агдже» не так уж и навредил ему — одежду прожёг, броню, которую он носит для маскировки, не более.

Борак потрясённо выдыхает:

— Да кто ты такой?

Кто я такой? Хороший вопрос. Похоже, я что-то среднее между идаром идущим по пути меча и идаром внешних техник. Не в этом ли моя проблема с тем, что трёхсоставные техники даются мне с таким трудом?

Борак ухмыляется:

— А главное, сумею ли получить такие же способности, когда поглощу твою кровь?

— Это вряд ли.

— Проверим.

Борак вскидывает меч к плечу. Первое движение меча, неизменное почти во всех умениях. Я же мгновение трачу на раздумья — что я должен использовать? Ещё раз проверить умения меча? Дастся ли мне снова третье из них или ещё раз замахнуться на четвёртое?

Ирал требует:

— Простые движения, используйте свои сильные стороны, господин.

Через миг я тоже вскидываю меч, ставя его в первую позицию, и одновременно поднимаю левую ладонь, складывая пальцы в печать:

— Херристра потег.

Действует.

Бритвенно острые осколки обрушиваются на Борака, сталкиваются с такими же ослепительно белыми, крушат друг друга. Но если Борак стоит на одном месте, то я мчусь по кругу, и наши умения превращают бочки и полки башни в труху.

Действует.

Двадцать четыре клинка мрака.

Первые три движения зажгли после себя дымные росчерки, четвёртое явило над Бораком четыре серых клинка, которые стремительно рванули к нему, заставляя его защищаться.

Пятое движение, шестое, седьмое, восьмое, девя...

Сорвалось. Туго скрученный жар души вырвался из повиновения, заставив меня остановиться.

Восемь движений, равные, похоже, Стене Клинков.

Действует. И тоже имеет предел.

Борак яростно ревёт:

— Ты что, играешься со мной, отродье?

Я спокойно киваю:

— Так и есть, Кровавый, — чуть повернув голову, приказываю теням. — Сообщите, когда о нашей схватке станет известно.

На миг запинаюсь, вспомнив, что рядом, вообще-то, только Ирал, но уже через миг из тела Борака выскальзывают четыре тени и скрываются за стенами.

Отлично. Хорошо иметь преданных слуг. Да и Борак станет чуть быстрей.

* * *

Слуга неспешно дошёл до развилки, сделал вид, что сбилась обмотка и нужно подтянуть сапог, чтобы она села. Сам же незаметно бросил взгляд назад. Никого. Слева? Тоже никого. Последний раз топнув ногой, шагнул влево и тут же побежал, на цыпочках, чтобы не стучать каблуками. Промчался мимо входа в восемнадцатую башню, ухватил со стены светильник, свернул, принялся отсчитывать ответвления.