Башня грифонов
Шрифт:
– Да не до того мне! У меня работа, карьера…
– Ага, карьера. На работу-то нам вся жизнь отпущена, до старости. А семью все же пораньше заводить надо. Хоть замуж выйти…
– Да где его взять, мужа-то? – рассердилась Ольга. – Думаете, так просто мужа найти, как гриб в лесу? Если приличный человек – так женат давно, а так одни идиоты попадаются. Вон Ларка попробовала, все замуж хотела – и что из этого вышло… С деньгами хотела, с положением – и где она теперь?
– Да уж, – поскучнела Надежда, и они надолго замолчали.
Через
– Головой не верти, посмотри в тот угол.
В двери банка как раз вошел крепкого вида молодой человек. Довольно дорогой костюм не скрывал накачанных мышц и хорошей физической подготовки. Он огляделся нарочито равнодушно и направился к креслам, что стояли напротив. Сел, окинул Надежду и Ольгу незаинтересованным взглядом и взял со столика какой-то журнал.
– Не пялься на него, – шепнула Надежда.
– А вон и второй, – не разжимая губ, сказала Ольга.
Этот был постарше. Пониже ростом и пошире. Однако мышцы видны были даже под пиджаком.
– Кажется, наши собираются… – прошептала Надежда, вспомнив историю про хоббита.
Второй мужчина сел чуть наискосок от женщин.
Надежда взглянула на часы – прошло тридцать восемь минут со времени ее разговора с тестем Воронка.
– Скоро сам будет, – прошептала она, – охрана уже на месте.
Тут она увидела, что парень у входа нахмурился и что-то бубнит тихонько в рацию. Молодец, тоже заметил этих двоих, не похожи они на обычных клиентов.
Ровно через сорок минут в двери банка вошел немолодой, худой мужчина, опирающийся на палку. Не взглянув на охранника, который и не делал попытки задать ему вопрос, мужчина огляделся и уверенными шагами направился в сторону сидящих женщин. Надежда машинально отметила, что на палку он опирается не слишком сильно. Подойдя ближе, мужчина остановился и спросил:
– Значит, я так понимаю, вы мне звонили?
– Если вы – господин Шатило, то да, – ответила Надежда, стараясь, чтобы голос ее не дрожал. Это было трудновато после того, как она взглянула в глаза пришедшего. Страшноватые были глаза. Вообще весь он выглядел необычайно опасно – глаза под нависшими бровями, седой клок волос, прилипший к загорелой лысине, глубокие морщины на задубевшем лице – такие ни один массажист не разгладит.
– Присаживайтесь, – сказала Надежда, – в ногах правды нет.
И обмерла: а ну как он посчитает, что она насмехается над его хромотой? Но Шатило оглядел ее с ног до головы, хмыкнул и решил, видно, что на тетю в идиотской кофте с цветами обижаться не стоит.
«Алке торт куплю, на два кило! – подумала Надежда. – Надо же, как кофта пригодилась!»
– Времени у нас мало, так что перехожу прямо к делу, – сказала Надежда и подвинула Шатило документы, – вот, ознакомьтесь. Вас это заинтересует.
Тот, прищурившись, проглядел бумаги, и лицо его при виде фамилии зятя стало таким страшным, что Надежде срочно захотелось оказаться как можно дальше отсюда.
– Откуда это у вас? – отрывисто спросил Шатило.
– Это мне дала подруга, Лариса Самохвалова, – ответила Ольга, они так и договорились с Надеждой – не грузить малознакомого человека подробностями, ему важно другое.
– Она была любовницей господина Воронка, – подхватила Надежда, – а потом он ее бросил. Ну, она в мэрии работала, достала как-то эти документы, начала его шантажировать. Он за это ее и убил.
– Что?
– Да, ушла она на встречу с ним и пропала, а потом нашли, за городом, в мусорном контейнере…
Надежда незаметно ткнула Ольгу в бок – не увлекайся, этого человека такими подробностями не проймешь, он в своей жизни и не такое видел.
– И что? – повторил Шатило.
– А вот что, – Надежда пододвинула ему фотографию, – это его алиби полностью разрушает. Официально он в тот день был вместе с семьей на ярмарке в Торжке. Думаю, он все заранее спланировал: к примеру, сказал жене, что у него там, в Торжке, какие-то важные переговоры по поводу бизнеса, а сам на полдня из Торжка улетел частным самолетом в Петербург. У него ведь была возможность воспользоваться частным самолетом?
– Была, – хмуро кивнул Шатило.
– Ну, вот видите! Здесь у него была назначена встреча с Ларисой, во время этой встречи он ее убил. В доме, где Башня грифонов, тут недалеко, ему жулик-управляющий тем домом предоставлял для встреч пустовавшую квартиру. А там архитектор работал, мой знакомый хороший, он дом фотографировал и случайно этот снимок сделал. После этого его убили, чтобы снимок найти и уничтожить. Но не получилось. Управляющего тоже убили, он, зять ваш, киллера нанял.
– Это серьезные обвинения, – выдохнул Шатило, – но доказательств у вас, я думаю, нет?
– Ну, эта фотография многое доказывает, – возразила Надежда, – кроме того, вы же – не полиция? Вам улики проверять не нужно?
– Это так, хотя…
– Я понимаю, не хочется ломать жизнь вашей… такой актрисе хорошей, и дети у нее… но, с другой стороны, оставлять все как есть тоже нельзя… И потом, столько убийств вокруг этого дела – архитектор, кстати, его смерть расследуют, затем управляющий…
Вдруг Надежда приподнялась и выглянула в окно.
– А вот и он! – проговорила она вполголоса.
Шатило обернулся и проследил за ее взглядом.
Из остановившегося возле банка «мерседеса» вышел вальяжный красивый мужчина. Вице-губернатор Воронок.
– Знаете что? – Надежда понизила голос, – исчезните пока, дайте мне с ним поговорить… но только далеко не уходите! Уж будьте так добры, сделайте милость… на пять минут всего…
Шатило ничего ей не ответил, только усмехнулся, а потом шагнул в сторону – и тут же пропал за какой-то дверью. И все его люди разом исчезли: вот только что маячили на каждом шагу – и все, как корова языком слизнула.