Башня Близнецов 1
Шрифт:
— Вот так, — довольно сказала и повертелась перед зеркалом. — Здорово, э?..
Девчонка кивнула, соглашаясь — да, здорово. Тьярми втирал крем в кисти, задирая рукава рубашки, подступился было к лицу.
— Позвольте, — служанка ловко стала наносить грим. Тьярми сел, чтобы ей было удобнее, скосил глаза на девичью грудь напротив его лица. Сара хмыкнула.
Дева, заметив наконец, куда смотрит гранд, вздрогнула и заехала пальцем ему в глаз.
— Ай!.. — Сара была готова предположить, что она сделала это нарочно,
— Я случайно, господин… — губы её кривились, казалось, она вот-вот заплачет. — Я не хотела!..
— И ты думаешь, что я откушу тебе за это голову?
Девушка кивнула, кажется, не особо расслышав, что ей сказали.
— Ну, что ты, — с утешающими интонациями сказал Тьярми, — у меня рот на столько не распахнётся… вот разве что горло перегрызть… или Сару попросить…
Анима хихикнула. Угрожающе шевельнула челюстью.
Служанка аж посерела от ужаса. Руки её крупно тряслись. Тьярми с сомнением посмотрел на них:
— Пожалуй, тебе я больше не доверю наносить крем. Ещё глаз вынешь, — поморгал пострадавшим, скосил к носу. Сара с удовольствием разглядывала его — в нанесённом гриме мужчина казался двухцветной заготовкой клоуна. — Помоги-ка мне, дочь моя. А ты ступай, приведи себя в порядок.
— Как скажешь, папочка, — хихикнула Сара, поднимая коробочку. Девушка-служанка бесшумно выскользнула вон, размазывая слёзы по щекам, даже поклониться забыла. Взяла крем на палец и принялась осторожно размазывать по лицу гранда.
В коридоре девушка пересеклась с двойником Тьярми, послышались голоса, злой мужчины, срывающийся девушки. Потом звук затрещины. Что-то лёгкое ударилось о стену и упало на пол.
Сара чуть не угодила Тьярми в другой глаз, уронила коробочку. Прежде чем вещица ударилась о пол, анима оказалась около двери. Сорванная занавесь взлетела и опала.
А толстяк просто взлетел.
Вообще-то ему повезло, что анима уже переоделась. Под рукой у неё не оказалось ни Дайса, ни плети, иначе она немедленно воспользовалась бы ими. А так она просто взяла двойника Тьярми за горло и подняла в воздух. В конце концов, его оригинал правильно сказал — она сама себе оружие.
— Ты хрена объелся, толстяк?!.
– спросила анима свирепо. — Жить надоело?..
Девчонка сидела на полу, держась за щеку, таращила глаза, икала и сучила ногами, спеша отползти от взбешённой девушки, которая с лёгкостью держала крупного мужчину за горло на весу. Толстяк изо всех сил цеплялся за руку Сары, таращил глаза, хрипел и сучил ногами.
— Госпожа, не надо!.. — вскричала девчонка, обретя наконец дар речи. — Пощадите его, я виновата!..
— Отпусти его, — вежливо попросил Тьярми, возникая из-за спины. Не послушаться Сара не могла, но не отказала себе в удовольствии вольно истолковать приказ, бросила толстяка на пол. Тот сипло дышал, цепляясь за горло, пускал
— Он её ударил, — сказала Сара. — Этот бурдюк с дерьмом ударил её!..
— Я виновата, госпожа, простите меня!.. — девчонка заламывала руки, не поднимаясь с колен.
Сара жутковато скрипнула зубами.
— Всем молчать, или я буду зверствовать.
И воцарилась тишина.
— Сара. Оставь это, — позвал гранд, но в его голосе не было приказа, и анима воспротивилась:
— Нет уж, с вашего позволения, не оставим. Мне неприятно видеть, как меня бьёт по лицу какое-то жирное ничтожество, — хотя она не видела, слышала.
Толстяк явно не понимал, в чём дело, но начал кланяться сыпать словами, извиняясь, обещал сурово наказать девчонку, которая осмелилась прогневать… Служанку снова затрясло, из глаз покатились крупные слёзы.
— Растолкуй мне, дитя, — ласково начал Тьярми, — с чего ты решила, что для меня такие пустяки имеют хоть какое-то значение?
— И заодно ты, боров, скажи мне, какого-такого сельдерея ты распускаешь руки? — спросила Сара, и толстяк задрожал, его тело заколыхалось, будто студень.
— Да, отчего вы позволяете себе портить имущество Дома? — вкрадчиво спросил Тьярми.
— Значит, она рабыня, — никогда бы не подумала, что обрадуюсь этому известию!..
— Вещь, — подтвердил гранд.
— Что ж, я забираю… этот предмет в Башню, — Сара ткнула пальцем в "предмет". — А ты…
— Ы-ы-ы!.. — завёл на одной ноте толстяк. Сара потёрла виски.
— Можно, я его убью? — жалобно спросила у Тьярми.
— Нет. Но стукнуть разрешаю. Только без увечий!.. — поторопился добавить гранд, Сара уже собралась отвесить такого пинка, после которого толстяка пришлось бы выковыривать из стены. — Не порть имущество Дома.
Толстяк валялся на коленях, норовя поцеловать уже занесённую для пинка ногу. Сара зарычала.
То есть она зарычала. Встречающие вжались в пол, даже Тьярми сделал шаг назад. Анима стиснула зубы. Кажется, это был инфразвук?
— Повелеваю тебе, рабыня, — холодно сказала она, — к нашему возвращению приготовиться к перемещению в Башню.
А ты, — толстяк съёжился, — только попробуй её ещё раз ударить… если я увижу синяки на её теле…
— Не увидишь, — сказал Тьярми.
Сара была зла и взвинчена и жалела об отсутствии чадры в этом наряде — тогда не пришлось бы старательно контролировать выражение лица. Её двойняшка трясущимися руками заплела ей волосы, перевязав цветными шнурками, убрала под головное покрывало. Кожу Сары покрывал ровный загар. Со стороны поглядеть — типичная картинка, отец и дочь, отдыхают в своём доме на одной из улиц Агбахада, где обычно покупают себе недвижимость богатые семьи из провинций…