Башни полуночи
Шрифт:
– Та, что впереди – королева Этениелле, – вполголоса проговорила Кадсуане. – Женщина суровая, но справедливая. Она известна тем, что вмешивалась в дела государств на юге, и, подозреваю, что остальные позволят ей сегодня взять главенство. Красивый мужчина рядом с ней – это Пейтар Начиман, король Арафела.
– Красивый? – переспросила Мин, разглядывая лысеющего короля старше средних лет. – Он?
– Это зависит от точки зрения, дитя, – и глазом не моргнув, ответила Кадсуане. – Когда-то он был широко известен благодаря своему лицу, и он
– Такой печальный, – тихо произнёс Ранд. – Кого он потерял?
Мин нахмурилась. Изар не показался ей слишком печальным. Мрачным – возможно.
– Он Порубежник, – ответила Кадсуане. – Всю свою жизнь он сражался с троллоками; я подозреваю, он потерял многих, кто был ему дорог. Его жена умерла несколько лет назад. Говорят, что у него душа поэта, но он суровый человек. Если тебе удастся заслужить его уважение, это будет многого стоить.
– Значит, последняя – Тенобия, – сказал Ранд, потирая подбородок. – Жаль, что с нами нет Башира. – Сам старый служака сказал, что его вид может подлить масла в огонь гнева Тенобии, и Ранд согласился с его доводами.
– Тенобия, – сказала Кадсуане, – это лесной пожар. Юная, дерзкая и безрассудная. Не позволяй ей втянуть тебя в спор.
Ранд кивнул.
– Мин?
– У Тенобии над головой парит копьё, – ответила Мин. – Окровавленное, но сияющее на свету. Этениелле скоро выйдет замуж – я это вижу по белым голубям. Она планирует на сегодня что-то опасное, так что будь осторожен. Над двумя остальными парят различные стрелы, мечи и щиты – оба скоро вступят в сражение.
– В Последней Битве? – спросил Ранд.
– Не знаю, – призналась она. – Может быть, и сегодня, прямо здесь.
Сопровождающие проводили их к четырём правителям. Ранд выскользнул из седла, потрепав захрапевшего Тай’дашара по шее. Мин тоже собралась спешиться, как и Наришма, но Ранд поднял руку, приказав им остановиться.
– Проклятый дурак, – пробормотала Кадсуане, но тихо, чтобы никто, кроме находившейся рядом Мин, не расслышал. – Сперва он просит меня быть готовой вытащить его отсюда, а потом нас бросает?
– Возможно, он имел в виду, что ты должна вытащить меня, – тихо ответила Мин. – Я хорошо его знаю. Он больше беспокоится за меня, чем за себя. – Она помолчала и добавила: – Проклятый дурак.
Кадсуане бросила на неё быстрый взгляд и слабо улыбнулась. Затем вернулась к наблюдению за Рандом.
Он подошел к четырём правителям и остановился, разведя руками – как бы спрашивая: «Чего вы хотите от меня?»
Как и предполагала Кадсуане, тон задала Этениелле. Это была полная женщина с зачёсанными назад и завязанными в хвост тёмными волосами. Она широким шагом подошла к Ранду; её сопровождал мужчина-оруженосец, державший в руке меч в ножнах. Эфес меча был обращён в сторону королевы.
Невдалеке зашевелились Девы и приблизились к Ранду. Как обычно, они считали, что приказ держаться позади к ним не относится.
Этениелле
Наришма выругался. Девы подняли вуали и схватились за копья. Мин тронула лошадь с места и прошла через линию охраны.
– Стойте! – воскликнул Ранд, поднимая руку. Он обернулся и посмотрел на Дев.
Мин успокоила кобылку, потрепав её по шее. Лошадь нервничала, чего можно было ожидать. Девы неохотно отошли, а вот Кадсуане воспользовалась возможностью и подъехала к Мин.
Ранд вновь повернулся к Этениелле и потёр лицо.
– Я надеюсь, Ваше Величество, что это некое традиционное кандорское приветствие.
Королева выгнула бровь, затем с важным видом отошла в сторону, и её место занял король Шайнара. Он ударил Ранда по лицу тыльной стороной руки – так сильно, что тот вынужден был отступить назад.
Ал’Тор выпрямился и вновь знаком приказал Девам стоять спокойно. Он встретился взглядом с Изаром. По подбородку Ранда стекала струйка крови. Шайнарец какое-то время изучал его, потом кивнул и отступил назад.
Следующей оказалась Тенобия. Она ударила Ранда левой рукой – звук её смачной пощёчины зазвенел в воздухе. Мин почувствовала через узы вспышку боли. После удара Тенобия потрясла рукой.
Пейтар был последним. Стареющий король Арафела с поредевшими волосами шёл, сцепив руки за спиной и погрузившись в размышления. Подойдя к Ранду, он протянул руку и коснулся крови на его щеке. Потом он ударил ал’Тора тыльной стороной ладони так сильно, что тот упал на колени, а из его рта полетели кровавые брызги.
Мин больше не могла бездействовать.
– Ранд! – вскрикнула она, спрыгнув на землю и бросившись к нему. Она ухватилась за Ранда, чтобы его поддержать, и гневно воззрилась на правителей Порубежья. – Как вы смеете?! Он пришёл к вам с миром!
– С миром? – осведомился Пейтар. – Нет, девушка, он появился на свет отнюдь не с миром. Он наполнил землю ужасом, хаосом и разрушением.
– Как и предсказывали пророчества, – заметила подошедшая, пока Мин помогала Ранду подняться на ноги, Кадсуане. – Вы бросаете ему под ноги бремя всей Эпохи. Наняв человека перестроить дом, вы же не станете упрекать его за то, что ради этого он должен сломать стену.
– Только в том случае, если он и вправду Дракон Возрождённый, – сказала Тенобия, скрестив руки на груди. – Мы...
Она запнулась, когда Ранд встал и осторожно со скрипом вытянул Калландор из ножен сияющий клинок. Ранд вытянул его перед собой.
– Станешь ли ты отрицать вот это, королева Тенобия, Щит Севера и Меч Границ Запустения, Верховная Опора Дома Казади? Сможешь ли ты, глядя на это оружие, назвать меня Лжедраконом?
Это её утихомирило. Неподалёку кивнул Изар. Позади них, высоко подняв копья, пики и щиты, будто приветствуя или готовясь к атаке, застыли наблюдавшие в молчании шеренги войск. Мин посмотрела вдаль и с трудом смогла различить людей на стенах Фар Мэддинга. Они тоже наблюдали.