Башни полуночи
Шрифт:
В расчётах Брина прослеживалась методичная неумолимость и чувство острой необходимости. Старик не собирался возводить укрепления, только использовать уже имеющиеся. Он выдвигал войска только в те деревни, которые считал наиболее подходящими. На другую карту были нанесены подробности набора новобранцев.
До того как Гавин вошёл сюда, вдохнув запахи старой бумаги и горящих свечей, он не чувствовал реальности надвигающейся войны. Скоро, скоро она грянет. Дракон разобьёт печати на узилище Тёмного. Ярко-красным цветом на картах было отмечено то место, которое он назвал местом их встречи с Эгвейн - Равнина Меррилор. Она располагалась
Темный будет выпущен на свободу. О, Свет! По сравнению с этим все личные проблемы Гавина - сущие пустяки.
Брин закончил письмо, присыпал его песком, свернул и протянул руку за воском и печатью.
– Поздновато для гостей, сынок.
– Знаю, но думал, что ты, наверное, ещё не спишь.
– Так и есть.
– Брин капнул воском на письмо.
– Так что тебе было нужно?
– Совет, - ответил Гавин, присаживаясь на табурет.
– Боюсь, я плохой советчик, если речь идёт не о том, как лучше разместить отряд солдат или как укрепить подходящий холм. Тем не менее, выкладывай, о чём ты хотел поговорить?
– Эгвейн запретила мне себя защищать.
– Уверен, у Амерлин есть на то свои причины, - ответил Брин, осторожно приложив к письму печать.
– Они глупые, - ответил Гавин.
– У неё нет Стража, а в Башне орудует убийца.
– «Одна из Отрёкшихся», - мысленно добавил он.
– И то и другое верно, - согласился Брин.
– Но тебе-то какое до этого дело?
– Ей нужна моя защита.
– Разве она просила себя защищать?
– Нет.
– Вот именно. Насколько мне помнится, она не просила идти с ней в Башню. И повсюду таскаться за нею, словно пёс, потерявший хозяина, тоже не просила.
– Но я ей нужен!
– настаивал Гавин.
– Интересно. В прошлый раз, когда тебе взбрела в голову подобная мысль, ты с моей помощью разрушил всё, чего она добивалась долгие недели, все её труды по восстановлению единства Белой Башни. Иногда, сынок, наша помощь не нужна. И не важно, насколько бескорыстно она предлагается или насколько необходимой она кажется.
Гавин сложил руки на груди, не имея возможности опереться спиной о стену, боясь повредить карту с отмеченными садами, растущими в округе. Одна из расположенных поблизости от Горы Дракона деревень почему-то была обведена четырежды.
– Значит, твой совет такой: пусть она остаётся беззащитной и, возможно, получит нож в спину?
– Я не давал тебе совета, - ответил Брин, пролистывая стопку рапортов на столе. Его жёсткое лицо было освещено пламенем мигающей свечи.
– Я всего лишь дал кое-какие пояснения, но странно, что ты пришёл к выводу, что должен оставить её в одиночестве.
– Я… Брин, она ведёт себя глупо!
Уголок губ Брина приподнялся в кривой улыбке. Он опустил бумаги и повернулся к Гавину.
– Я предупреждал, что из меня плохой советчик. Не уверен, что у меня есть ответы, которые могут тебе угодить. Но позволь узнать: чего хочешь ты сам, Гавин Траканд?
– Эгвейн, - немедленно выпалил он.
– Я хочу быть её Стражем.
– Так, что именно из этого?
Гавин нахмурился.
– Тебе нужна Эгвейн, или место её Стража?
– Быть её Стражем, конечно. И… и, да, хочу на ней жениться. Брин, я её люблю.
– Мне кажется, это абсолютно разные вещи. Они похожи, но разные. Но, если забыть об Эгвейн, чего ты хочешь?
– Ничего, -
– Она для меня всё.
– Что ж, в этом твоя проблема.
– Как это? Я же её люблю.
– Это ты так говоришь.
– Брин смерил Гавина взглядом, положив одну руку на стол, другую на своё колено. Гавин боролся с желанием съёжиться под его взглядом.
– Ты всегда был увлекающимся, Гавин. Таким же, как твоя сестра и мать - импульсивным и начисто лишённым расчётливости своего брата.
– Галад вовсе не расчётливый, - возразил Гавин.
– Он просто решительный.
– Нет, - ответил Брин.
– Возможно, я выразился неверно. Галад не расчётливый, но он и не импульсивный. Быть импульсивным означает действовать необдуманно, а Галад много времени уделяет размышлениям. Подобным образом он выработал собственный кодекс морали. Он может действовать быстро и одновременно обдуманно, потому что он уже решил, что нужно делать.
– Ты же действуешь со страстью. Не обдуманно, а по велению сердца. Бросаешься, словно в омут сломя голову, под воздействием эмоций. Это придаёт тебе силы. Когда нужно, ты сначала действуешь, а потом разбираешься в собственных метаниях. Обычно твои инстинкты тебя не подводят, так же было у твоей матери, но именно из-за этого тебе ещё никогда не приходилось встречаться с ситуацией, когда твои инстинкты уводят тебя в неверном направлении.
Гавин понял, что согласно кивает.
– Но, сынок, - продолжил Брин, наклоняясь вперёд.
– Мужчина не может жить одним порывом, поглощённый единственной целью. Такого мужчину не захочет ни одна женщина. По-моему, чего-то в жизни добиваются именно те мужчины, которые тратят время на самосовершенствование, а не проявляют преданность. Они добиваются и женщины, и цели в жизни.
– Брин потёр подбородок.
– Поэтому если ты просишь совета, то он таков: пойми, кем хочешь стать без Эгвейн, а потом решай, как вписать её в эту ситуацию. Думаю, именно этого женщины…
– Стало быть, теперь ты стал экспертом по женщинам?
– раздался новый голос.
Гавин удивлённо обернулся и увидел стоящую в дверях Суан Санчей.
Брин и бровью не повёл:
– Ты достаточно долго простояла за дверью, чтобы слышать всё с самого начала, Суан, и знаешь, что речь не об этом.
Суан фыркнула, внося в комнату чайник.
– Тебе следует лежать в кровати, - сказала она, полностью игнорируя Гавина после брошенного на него беглого взгляда.
– Совершенно верно, - спокойно ответил Брин.
– Но, как ни странно, нужды страны не прислушиваются к моим прихотям.
– Карты можно посмотреть и утром.
– А можно и ночью, и вечером. Каждый потраченный мною час может стоить нескольких лиг земли, которую можно было бы защитить в случае прорыва троллоков.
Суан громко вздохнула, вручая ему кружку и наливая в неё пахнущий голубикой чай. Так странно было видеть Суан, которая благодаря усмирению выглядела ровесницей Гавина, хлопочущей над пожилым Гартом Брином.
Передав кружку Брину, Суан повернулась к Гавину.
– А теперь, что касается тебя, Гавин Траканд, - сказала она.
– Я давно собиралась с тобой потолковать. Значит, отдаёшь приказы Амерлин? Говоришь ей, что делать? Да? Порой мужчины считают, что женщины у них на побегушках. Ты навоображал себе кучу всевозможных глупых планов, и считаешь, что мы будем тебя поддерживать.