Башни полуночи

Сандерсон Брендон

–  Я… - он принял свиток.
– Я подумаю над этим, Илэйн.

–  Превосходно, - она поморщилась.
– Боюсь, сейчас у меня должна состояться другая встреча, с моей акушеркой. Увидимся за ужином. Я ещё не поинтересовалась у Мэтрима, что он имел в виду, называя себя в письме женатым человеком. Я ожидаю подробный отчёт! И без исключений!
– Она с лёгкой улыбкой посмотрела на Мэта.
– «Исключение», Мэт, означает «выброшенные подробности». На тот треклятый случай, если ты не в курсе.

Он надел шляпу.

–  Я в курсе.
–

Как там это слово? Истечения? Свет, ну почему он упомянул о женитьбе в том письме? Он всего лишь надеялся заинтриговать Илэйн настолько, чтобы она захотела с ним повидаться.

Илэйн рассмеялась и махнула в сторону выхода. Перед уходом Том по-отечески чмокнул её в щечку, и хорошо, что по-отечески! Мэт слышал невероятные сплети об этой парочке, которым он не хотел верить. Ведь Том настолько стар, что в дедушки ей годится, не меньше.

Мэт отворил дверь, собираясь выйти.

–  И Мэт, - на прощанье добавила Илэйн, - если тебе нужно одолжить денег, чтобы купить новый кафтан, Корона с удовольствием даст тебе взаймы. Учитывая твой статус, тебе в самом деле нужно одеваться получше.

–  Я не треклятый дворянин, - ответил он, разворачиваясь.

–  Пока нет, - сказала она.
– Ты не настолько дерзкий, как Перрин, чтобы присвоить себе титул. Но я прослежу, чтобы ты его получил.

–  Ты не посмеешь, - ответил он.

–  Но…

–  Послушай, Илэйн, - сказал он, когда Том присоединился к нему в коридоре.
– Я горжусь тем, кто я есть. И мне нравится этот кафтан. Он удобный!
– Мэт сжал кулаки, борясь с желанием почесать шею.

–  Как скажешь, - ответила Илэйн.
– Увидимся за ужином. Я приведу Дайлин. Ей очень интересно с тобой встретиться.

С этими словами она дала Бергитте знак закрыть дверь. Мэт мгновение возмущённо смотрел на дверь, потом повернулся к Тому. Талманес и бойцы поджидали в отдалении, где не могли подслушать. Дворцовые слуги угощали их горячим чаем.

–  Что ж, прошло удачно, - решил Мэт, уперев руки в бока.
– Я боялся, что она не клюнет, но, думаю, я её неплохо подсёк.
– Однако проклятые игральные кости по-прежнему катились в его голове.

Том рассмеялся, похлопав его по плечу.

–  Ну, что ещё?
– спросил Мэт.

Том только усмехнулся, потом посмотрел вниз на свиток в руке.

–  Это тоже неожиданно.

–  Ну, Андору же не хватает придворного барда, - ответил Мэт.

–  Да, - сказал Том, просматривая свиток, - но тут ещё приложено прощение за любые преступления, известные и неизвестные, которые я мог совершить в Андоре или Кайриэне. Интересно, кто рассказал ей…

–  Рассказал о чём?

–  Так, ни о чём, Мэт. Ни о чём. До ужина с Илэйн ещё пара часов. Что скажешь, если мы купим тебе новый кафтан?

–  Ну ладно, - ответил Мэт.
– Как думаешь, а мне одно из подобных прощений полагается, если, к примеру, я попрошу?

–  А оно тебе требуется?

Идя рядом по коридору, Мэт пожал плечами.

–

 Подстраховаться не помешает. Кстати, какой кафтан ты хочешь мне купить, а?

–  Я не говорил, что плачу я.

–  Да, ладно, не будь таким прижимистым, - ответил Мэт.
– Я плачу за ужин.

Кровь и кровавый пепел, Мэт знал, что так и выйдет.

Глава 20. Выбор

–  Тебе не разрешается разговаривать, - сообщила Росил, стройная женщина с длинной шеей, в оранжевом платье с жёлтыми разрезами.
– Говори, только когда к тебе обратятся. Тебе известна церемония?

Найнив кивнула. Её сердце предательски билось всё сильнее, по мере того, как они спускались в глубины подземелий Белой Башни. Росил была новой Наставницей Послушниц и, по стечению обстоятельств, сестрой из Жёлтой Айя.

–  Отлично, отлично, - сказала Росил.
– Могу я предложить тебе переместить твоё кольцо на средний палец левой руки?

–  Предложить можешь, - ответила Найнив, но к кольцу не притронулась. Она уже стала Айз Седай и от этого не отступится.

Росил надула губы, но ничего не сказала. За время недолгого пребывания Найнив в Башне женщина проявила к ней поразительную доброжелательность, что было немалым облегчением. Найнив начала было уже считать, что каждая Жёлтая сестра будет относиться к ней с презрением или, как минимум, равнодушно. О да, они считали её талантливой, и многие настаивали, чтобы она их учила. Но они не считали её своей. Пока что.

Эта женщина была другой, и быть колючкой в её сандалии стало бы плохим ответом на её доброту.

–  Росил, для меня важно не дать ни малейшего намёка на неуважение воли Амерлин, - попыталась объяснить Найнив.
– Она возвысила меня до Айз Седай. Поэтому вести себя подобно простой Принятой - значит пренебречь её словами. Это испытание важно: когда Амерлин возвысила меня, она не говорила, что отменяет его. Но я уже Айз Седай.

Росил вскинула подбородок, но затем кивнула.

–  Да. Я понимаю. Ты права.

Найнив остановилась в полумраке коридора.

–  Я хочу поблагодарить тебя и остальных доброжелательно принимавших меня последние несколько дней - Нир и Мерамор. Я и не предполагала, что вы примете меня как равную.

–  Есть люди, которые сопротивляются переменам, дорогая, - сказала Росил.
– Так будет всегда. Но твои новые плетения и впрямь впечатляют. И, что важнее, они эффективны, это и обеспечило тебе тёплый прием с моей стороны.

Найнив улыбнулась.

–  А теперь, - продолжила Росил, поднимая палец, - может, в глазах Амерлин и Совета ты и Айз Седай, но традиции нужно соблюдать. Прошу тебя: никаких разговоров до конца церемонии.